Читаем без скачивания Эвотон: начало - Андрей Крыжевский

– В Норвегию. И как можно скорее…

Поступивший на мобильный телефон звонок заставил меня вздрогнуть. Я с сомнением и некоторым опасением достала его из внутреннего кармана и внимательно посмотрела на дисплей.

– Здравствуй, солнышко.

– Привет, мамочка! – девочка старалась отчётливо выговаривать каждую букву, развивая своё произношение по заданию её учителя.

– Как ты красиво говоришь, милая!

– Спасибо, мамочка!

– Как ты, детка?

– Нормально. Меня сегодня похвалили на уроке! – довольно сказала она.

– Умница! – с улыбкой проговорила я. – Как твоё здоровье?

– Хорошо! Мы с мисс Кэррингтон сегодня много гуляли в парке вместе с Джоном.

– Джон приударяет за моей принцессой? – в динамике послышался приятный детский смех.

– Он снова дёргал меня за косичку!

– Скажи ему, что мама скоро приедет и отшлёпает его как следует, если он не будет вести себя, как настоящий джентльмен, – её смех наполнял меня теплотой и невероятной любовью.

– Когда ты вернёшься?

– Мама тебе уже говорила, что сама не знает. А как только узнает – сразу сообщит, помнишь?

– Да, мамочка!

– Мисс Кэррингтон хорошо о тебе заботится?

– Да… – протяжно ответила малышка.

– А я вижу, что – нет. Почему ты ещё не спишь? – требовательно спросила я.

– Мамочка, мисс Кэррингтон не виновата. Она давно меня уложила спать.

– Значит, ты не спала всё это время?

– Да, мамочка! Я сильно хотела тебе позвонить!

– Так! Быстренько ложись спать, пока няня не заметила, – из моих глаз потекли слёзы, но я старалась изо всех сил не изменять интонацию. – Помнишь, что я тебе говорила?

– Да. Что я буду плохо расти, если не буду вовремя ложиться спать. Я люблю тебя, мама!

– И я тебя, солнышко моё! – я прикрыла рукой заплаканные глаза и положила телефон обратно во внутренний карман.

Я понимала, что необходимо идти до конца, чем бы это не закончилось. Иного пути не оставалось. «Может, бросить всё и вернуться домой? Может, зря я всё затеяла?» Из глаз текли всё новые и новые капли… «Но если я всё брошу, то они непременно найдут меня и мою дочь. Они не прощают измены и не успокоятся, пока не высосут из нас последние эвотоны». Я быстро взглянула на Вела. Его каменное лицо было направлено на трассу. Мы не разговаривали с момента последнего диалога. «Вел – моя последняя надежда на спасение! В нём находится огромный потенциал, который и не снился абсидеумам. Если бы только в них находился страх… Но у него всё получится!.. Моя девочка достойна лучшей жизни, как и все наши дети! Даже если я не вернусь, мою душу всегда будет согревать…» Я закрыла лицо рукой.

– Тебе плохо? – отреагировал Велфарий.

– Нет, всё в порядке.

«…Мысль о том, что моя малышка находится в полной безопасности и лучшей жизни».

– Ты уверена? – снова обратился ко мне Вел.

Я непонимающе посмотрела ему в глаза.

– Что всё в порядке? Вид у тебя стал совсем неважным! Может, остановить автомобиль?

– Нет! Только не останавливай его! Нам нужно ехать в Лиллехаммер, Вел. Необходимо заканчивать этот триллер! Хватит уже с меня остановок и пауз!

«Если бы только в них находился страх… – повторяла я про себя. – Чтобы они сами прочувствовали, каково это… Когда ты постоянно находишься под прицелом и сомневаешься в завтрашнем дне для себя и своих детей!» Я напряглась и приложила кончики пальцев к вискам. «А почему абсидеумы требовали привезти его непременно живым под угрозой нашей с дочкой смерти? В Пути Вела отсутствует одна из Точек, время которой подошло. Но за пустотой они вновь продолжаются. Поразительно! Иными словами, логика подсказывает, что он должен умереть и воскреснуть. Выходит, они боятся его смерти! И Милы… Они боятся их смерти!.. Ничего себе! Но как абсидеумы могут бояться в принципе? Неужели они вводят всех в заблуждение относительно собственной неуязвимости? Или это вовсе не страх? О, нет! Вел ведь уже умирал! И я его спасла, вытащив из загробной жизни обратно… Значит, Точка уже миновала? Или нет? Ничего не пойму!»

– Послушай, Велфарий. А почему патрийцы не прилетят и не помогут? Даже если никто не узнал о произошедших событиях после потери тобой связи с информационным полем, незамеченным этот факт вряд ли бы остался.

Вел беспомощно пожал плечами.

– Я не знаю, что тебе ответить… – с неуверенностью сказал он. – В подобных ситуациях на место вылетает спасательный отряд с ферруанцами.

– Фер…

– Ферруанцы. Это класс наших роботов, включающий в себя различные их разновидности и модификации. Используются только в экстренных случаях и в основном для воздействия на неразвитые цивилизации.

– Что-то мне подсказывает, что правило двадцать пятого уровня на них не распространяется.

– Ты зря иронизируешь… – недовольно заметил Велфарий. – Я ведь не случайно сказал, для воздействия на кого они используются.

– Так что со спасательным отрядом? – я деловито сменила тему разговора.

– Наверное, ты уже знаешь, что изменение информации в поле не может остаться незамеченным. Но только для того, кто целенаправленно обращается к подобным данным. В моём случае, Алмий курирует контакт с S24 – вашей планетой. Следовательно, я уверен, что он должным образом отреагировал и принял соответствующие меры.

– А кто такой Алмий?

– Как и я, работает в Центре космологии. Мой самый близкий друг на Патрии.

Я не могла не спросить…

– Извини, может быть, этот вопрос покажется тебе слишком личным, – деликатно и чрезвычайно осторожно начала я. – А любимый челов… любимая патрийка есть у тебя?

Его лицо стало напряжённым.

– Да. К сожалению, она – вторая, кто успеет заметить изменения. И кто, наверное, уже с ума сходит… – печально добавил он через несколько секунд.

– Как её зовут?

– Юва.

– Часто думаешь о ней? – с пониманием спросила я.

Вел тихонько, но очень уверенно кивнул.

– Знаешь, что больше всего неприятно? Я знаю о её мучениях, но никак не могу воспрепятствовать этому… Если бы у меня были хотя бы пять секунд для Вызова – я бы уложился!..

– Ладно, извини! – я второй раз подряд решила изменить тему разговора, так как мне стало откровенно жалко моего собеседника. – А как выглядит твой Алмий? – спросила я первое, что мне пришло на ум.

Велфарий сделал незадачливый вид.

– Молодой, подтянутый с белыми волосами сливочного оттенка и зелёными глазами. Невероятно спокойный. Наверное, из-за этого его легко можно спутать с абсидеумом… – Велфарий довольно и тепло улыбнулся.

А у меня, тем временем, полностью отнялся голос и, наверное, встали дыбом волосы на голове от испытанного только что шока и страха одновременно! Быстро отвернувшись к окну, я не дала повода Велу засомневаться во мне. Хоть это и было делом времени. Но я до сих пор с трудом верила услышанному! «Алмий – глава миссии абсидеумов на Земле! И близкий друг Велфария на Патрии?! Парадокс Ферми мне в мозг! Коллега!..»

Впереди показался полицейский патруль. С правой стороны дороги стояли два припаркованных джипа и четверо полицейских возле них. Один из них, заметив наш автомобиль, сделал нам условный знак, чтобы мы остановились. Велфарий молча выполнял команды человека в форме.

– Вы – Велфарий, а вы – Диана? – настороженно спросил он через опущенное окно, подойдя ближе.

Патриец нервно держал ногу над педалью газа с максимальной готовностью.

– Мне велено сопроводить вас в Лиллехаммер, – неожиданно сказал он, позволив нам вздохнуть с некоторым облегчением. – Не отставайте от нас, пожалуйста!

Полицейский что-то проговорил остальным, после чего все без промедления залезли в свои джипы с включёнными проблесковыми маячками.

– Замечательно! – прокомментировал патриец. – Нам как раз туда и нужно.

– Я заметила, что ты был готов сорваться с места. А почему не собирался их эвотонировать?

– Нам нужно обсудить с тобой несколько нюансов наших дальнейших действий и, в том числе, эвотонирования, Диана, – со всей серьёзностью ответил мой спутник.

Недалеко от здания резиденции плавно и осторожно совершил вертикальную посадку летающий объект, невидимый режим которого отключился в последние пятнадцать секунд полёта. Из него целеустремлённой и деловой походкой вышел Алмий в приподнятом настроении. Сзади его сопровождали два абсидеума. К ним на ходу присоединился третий, выбежав им навстречу из резиденции. Солнце уже достаточно высоко поднялось над горизонтом, но запах утренней свежести всё с тем же свойственным ему упорством продолжал бодрить каждого, кто ещё по-настоящему не проснулся.

– Обрадуете меня? – строго спросил Алмий подбежавшего абсидеума.