"Теперь уже скоро", — сказал он себе. Скоро все они вернутся в замкнутый уют их персональных гробов. Будут введены иглы, в их вены начнет поступать снотворное, и они забудутся долгим, приятным сном, отбросив все свои страхи и тревоги.
Как только они допьют кофе.
— Кейн должен будет пройти карантин, — сказал Даллас, отпив из кружки дымящийся кофе.
— Да, и все мы тоже, — добавила Рипли задумчиво. Это было понятно. На Земле должны быть твердо уверены в том, что ни в ком из них не притаилась болезнь вроде той, что поразила Кейна. Рипли закрыла глаза и представила себе высокое чистое небо и зеленую траву под ногами. Она загрустила.
В этот момент в дверях показалась Ламберт. Она выглядела усталой и подавленной.
— Хотите, я испорчу вам настроение? — спросила навигатор.
Даллас попытался мысленно подготовить себя к неприятному известию. Он знал, для чего Ламберт задержалась в командном отсеке.
— Согласно моим расчетам, учитывая время, затраченное нами на непредвиденную остановку и…
— Говори короче, Ламберт, — прервал ее капитан. — Все это мы знаем. Скажи лучше, сколько мы будем лететь до Земли?
Ламберт налила себе кофе, уселась в кресло, и печально произнесла:
— Десять месяцев.
— О, Господи! — Рипли смотрела на дно своей чашки. Конечно, десять месяцев, проведенных в гиперсне или один, — разница небольшая. Но все они привыкли мыслить в реальном масштабе времени, и сообщение Ламберт их огорчило. Сама Рипли рассчитывала не более, чем на шесть месяцев, а не на десять.
Прозвучал сигнал селектора. Даллас нажал кнопку и спросил:
— В чем дело, Эш?
— Приходите посмотреть на Кейна.
Даллас и все остальные невольно выпрямились в своих креслах.
— Его состояние изменилось? Это серьезно?
— Проще будет, если вы сами все увидите.
Все наперегонки бросились к дверям. На в миг опустевшем столе дымились оставленные чашки.
Пока Даллас спускался в изолятор, в его голове сменялись картины, одна страшнее другой. Ему мерещился и немигающий глаз, и серые щупальца инопланетной твари, и несчастный Кейн, тело которого было покрыто язвами и отвратительными наростами. Что же все-таки это чудище сотворило с их товарищем? Тяжело дыша, все пятеро подбежали к изолятору и заглянули в открытую дверь.
На платформе сидел Кейн, на вид совершенно здоровый! Он обернулся и посмотрел на вошедших в изолятор людей.
— Кейн? — Ламберт не верила своим глазам. — С тобой все в порядке?
— Тебе что-нибудь нужно? — спросила Рипли, когда Кейн не ответил на вопрос Ламберт.
— Сухо во рту.
Даллас внезапно сообразил, кого напоминает ему Кейн в его теперешнем состоянии: человека, потерявшего память. Помощник выглядел удивленным и морщил лоб, словно пытаясь собраться с мыслями.
— Можно мне немного воды?
Эш быстро набрал воды в пластиковый стаканчик и протянул его Кейну. Тот выпил его залпом. Даллас невольно отметил, что мышечная координация у него была в норме. Движение руки ко рту было инстинктивным, без обдумывания.
— Еще, — только и произнес Кейн, продолжая вести себя, как человек, полностью контролирующий свои действия.
Рипли нашла большой стакан, наполнила его и подала ему. Он жадно выпил всю воду, как человек, проведший долгие годы в безводной пустыне, потом откинулся на спину, тяжело дыша.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Даллас.
— Ужасно. Что со мной случилось?
— Ты не помнишь? — спросил Эш.
Даллас подумал, что он, по всей видимости, не ошибся — аналогия с амнезией была полная.
Кейн глубоко вздохнул.
— Я ничего не помню. Я с трудом вспоминаю свое имя.
— Да, кстати… для медицинского отчета, — в Эше пробудился профессиональный интерес. — Как тебя зовут?
— Кейн. Томас Кейн.
— Это все, что ты помнишь?
— В настоящий момент, да.
Он внимательно вглядывался в лица обступивших его людей.
— Я помню всех вас, хотя не могу назвать по именам.
— Ты вспомнишь, — уверил его Эш. — Ты помнишь свое имя и узнаешь лица. Это хороший признак. Он указывает на то, что ты не полностью потерял память.
— У тебя что-нибудь болит?
Как ни странно, но именно стоик Паркер задал этот вопрос.
— Все тело. Чувствую себя так, будто несколько лет меня избивали палкой.
Кейн снова сея на платформе, свесил с нее ноги и улыбнулся:
— О, Господи! До чего же я голоден. Сколько времени я пробыл без сознания?
Даллас, все еще не веря своим глазам, смотрел на внешне совершенно здорового Кейна.
— Дня два. Ты действительно не помнишь, что с тобой случилось?
— Нет. Совсем ничего.
— А что последнее ты запомнил? — спросила Рипли.
— Не знаю.
— Ты вместе с Далласом и со мной отправился на незнакомую планету, уловив сигнал тревоги. Ты помнишь, что там произошло?
Кейн наморщил лоб, словно пытаясь уловить ускользавшую от него мысль.
— Я как будто видел какой-то страшный сон, где меня душили. А где мы сейчас? Все еще на этой планете?
Рипли покачала головой.
— Нет, к счастью. Мы в гиперпространстве, на пути домой.
— Готовимся вернуться в холодильники, — добавил Бретт. Он, как и остальные, жаждал поскорее заснуть и забыть обо всех кошмарах, с которыми им пришлось столкнуться.
— Я целиком и полностью за это, — быстро отозвался Кейн. — Я чувствую себя таким усталым и разбитым, что засну даже без снотворного, — он осмотрелся и добавил: — Однако сейчас я ужасно хочу есть. Перед сном я хотел бы подкрепиться.
— Я тоже голоден, — заметил Паркер, в желудке которого неделикатно заурчало. — Засыпать лучше на полный желудок. Приятнее будет просыпаться.
— Я не спорю. — Далласу захотелось как-то отметить выздоровление Кейна. — Пойдемте, пообедаем как следует перед сном…
Глава 9
В кают-компании был накрыт стол. К чаю и кофе на обеденном столе добавились блюда по индивидуальному вкусу. Почти все ели медленно, их хорошее настроение подогревалось скорее сознанием того, что они снова все вместе, чем аппетитностью блюд, предлагаемых автоповаром.
Один только Кейн ел с завидным аппетитом. Он жадно поглощал огромные количества искусственного мяса и овощей. Он уже съел две полные порции и приступил к третьей, без малейших признаков насыщения. Деликатно игнорируя людскую прожорливость, кот Джонс аккуратно и не спеша ел из своей миски в центре стола.
Кейн поднял глаза от тарелки и заговорил с набитым ртом.
— Первое, что я сделаю, вернувшись домой, это поем нормальной пищи. Меня уже тошнит от искусственной. Что бы там ни говорили все инструкции Компании, у этой пищи какой-то неистребимый неприятный привкус.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
