Читаем без скачивания Восход. Солнцев. Книга II - Артемий Скабер

мымра что-то постоянно хочет от него, то начнет говорить, то толкнет. А сейчас строит из себя недотрогу и краснеет.

— Что слюни пустила? Ничего, скоро ты их подберешь! — сказала тихо себе под нос Царева.

Девушка посмотрела в небо, ожидая, что ее кто-то остановит, но ничего не произошло. Царева пожала плечами и двинулась к Солнцеву. Она уже обратила внимание, что старший сержант находится рядом. Вот он шанс. Все или ничего!

* * *

Заметил, что к нам идет Елизавета. Значит, все-таки решилась? Хорошо.

— Борис! — схватила меня за руку Софья. — Она?

— Не вмешивайся, это мое дело! Поняла? — сказал я Долгоруковой.

Чтобы не подставлять под удар ребят, я решил пойти ей навстречу. Царева улыбалась, надменно, будто я ей жизнь должен. Так она смотрела на меня в бронепоезде.

Пусть я сильнее ее, но Елизавета — профессиональная убийца, что-то выдумать и удивить сможет. Пять крученых пуль возникли и исчезли в ожидании моего приказа.

— Борис Иванович, — сказала Царева почти рядом со мной.

— Елизавета, рад вас видеть! — улыбнулся я.

— Скажи мне, Солнцев, у меня есть будущее, как ты думаешь? — озадачила девушка меня вопросом.

— Это зависит от тебя и твоих поступков, — ответил ей правду.

— Я вот думаю, что сделать? Получить еще один шанс или рискнуть? — спросила она, смотря себе под ноги. — Ты бы как поступил?

Я задумался над ее вопросом, он и правда интересный. Значит, Царева еще сомневается.

— Я бы… — начал отвечать.

В этот момент почувствовал сзади приближающегося человека, только решил повернуться, как Царева вытащила свою спицу, которая тут же загорелась огнем. Придав своей магией ветра скорости, девушка запустила ее.

В последний момент я успел изменить цель, и мои пули попали в ее снаряд. Он изменил траекторию и ушел в сторону. Я повернулся и увидел, что в меня летит железный шип. Расстояние — метр. Выставил защиту, еще одну, еще. Все разрушено.

— Дурак, — сказал тихо голос Царевой, которая прыгнула передо мной.

Шип влетел ей в грудь, девушка стала заваливаться. Я только подхватил ее и успел положить на землю, как в меня полетели еще снаряды — металлические стрелы, копье и пули. Выставил последний звуковой барьер и за ним стал формировать звуковой удар. Жахнуло знатно.

Снаряды остановились и развеялись, потом я увидел удирающего старшего сержанта Земанского, посмотрел на Цареву. Помимо металлического шипа в ее груди, из живота торчало копье из льда.

— Бляха-муха! — произнес я, подхватил девушку и побежал к медчасти. Отряд Долгоруковой собрался около Софьи. Она почему-то тоже лежала на земле.

— Боря! Софья… Ее… — заикался Альберт, когда я подбежал. — Какая-то спица влетела прямо в шею, когда она попыталась остановить эту девку, — кивнул он на Елизавету.

Я держал Цареву на руках, по ним текла теплая кровь. Рядом лежала Долгорукова, зажимая рану на артерии в шее, из которой фонтаном била красная жидкость, и смотрела на меня, периодически дергаясь.

— Твою мать! — сказал я с девушкой на руках.

Глава 15

— Чего встали? Хватайте и несите! — крикнул я на людей Долгоруковой. — Ждите! — сказал тише. Они же все перевязанные! Сука, тварь Земанский! Я пулей полетел в медчасть.

Руки были заняты, повернуть ручку не смог, поэтому ударил ногой и вышиб дверь. Бляха, получу по шапке от Цветковой. Я до сих пор не понимаю, как моя сила работает. Забежал в палату, уложил Цареву в койку.

— Солнцев! Я тебя, гаденыш, прибью! — крикнула лейтенант, когда увидела, как я зашел.

— Потом! Вставайте в очередь! Две дуры смертельно ранены. Эта, — кивнул я на Елизавету, — и еще одну принесу. Потеря крови, — уже почти на выходе сказал и оказался на улице.

Схватил Софью, та, в отличие от Царевой, была еще в сознании и давила на рану, из которой торчала спица. Поначалу думал ее выдернуть, но вспомнил, к чему это может привести. Девушка не сводила с меня глаз. Когда я вернулся в палату, застал голой Елизавету. Лейтенант резала на ней одежду.

— Клади! — сказала она, увидев Софью.

Выполнил поручение. Только собирался выйти, как меня остановили.

— Куда? — рявкнула Цветкова.

Остановился. Через пару минут вроде как к жизни вернули Елизавету. Во всяком случае, она стала дышать, но тут сердце остановилось у Софьи. Мне приказали снять с нее всю одежду, потому что сейчас к ее телу подключится своей магией лейтенант.

То ли из-за сноровки из прошлой жизни, то ли потому, что я торопился, но через несколько секунд Долгорукова была голой.

Цветкова сформировала какие-то ветки растений, и они оплели ноги Софьи, потом руки, а один стебель воткнулся ей в грудь. Вся эта штуковина засветилась. Я пришел в легкий восторг от умений Дарьи Марковны. Женщина тратила свою магию на обеих девушек одновременно.

По лбу лейтенанта стекал пот. Эти конструкции стали немного затухать, потом мигать, Цветкова почти шепотом произнесла:

— Подключайся, герой-любовник! Направляй магию в растения.

Отличные инструкции… Я же такое делаю постоянно. Замешкался на секунду, чтобы понять, как выпустить свою магию и не разнести тут все. Сделал глубокий вдох, почувствовал магическую силу, текущую по каналам. Сосредоточился на том, чтобы она высвободилась из моих рук.

Но тут долбанный отросток запульсировал, и по другой паре черных каналов что-то задвигалось. Нельзя это выпускать наружу. Старался как-то остановить «неправильную» энергию, но она, собака такая, перемешивалась.

— Солнцев, твою мать! Щас они обе ласты склеят, пока ты там сопли жуешь! — гаркнула Дарья.

Из меня вырвалась объединенная магия. Или что это вообще такое? Ветки Цветковой на мгновение потухли полностью, а потом вспыхнули, будто стоваттная лампочка.

— Ох, нихуа себе! — выдавила лейтенант и чуть присела.

Я продолжал выпускать что-то из себя и направлять в конструкцию.

* * *

Генерал Долгоруков прибыл.

Семен Аристархович уже был в Охотничьем, там встретился с лейтенантом Березиным, но свою дочь не нашел. Сотни людей, которые прибыли с ним обыскали весь город, тоже не обнаружили девушку.

— Значит, она или в части у стены, или за ней? — недовольно произнес генерал.

Была отдана команда собираться и выдвигаться. Из личного бронепоезда сгрузили грузовики, машины и мотоциклы. Долгоруков планировал сам выйти за стену: кости размять, и с дочкой общий язык найти. Ну, и чего врать, не просто так он взял столько людей — ожидал крупной охоты и больного куша. Никто и слова не скажет, если он заберет всех монстров себе.

Они уже подъезжали к части, когда услышали звук тревоги и увидели закрывающиеся ворота.

«Прорыв»? — подумал генерал. Если так, то там его любимая доченька.

— Заблокируйте ворота, и всем быстро внутрь! — отдал он приказ военным.

Сотня человек выскочила из грузовиков и остановила закрывающуюся конструкцию. Машины въехали на территорию, и только потом врата закрылись.

Его люди захватили управление на посту. Семен Аристархович вылез из личной бронированной машины, медали забренчали на его кителе. Рядом верный слуга Лука. В окружении своих людей он направился искать главного в этой части.

— Ну и помойка! — дал мужчина свою оценку. — Дисциплины — ноль, все, как говно в проруби! Если это прорыв, я лично казню тех, кто не участвовал в сражении.

— Да, господин… — услужливо поддержал решение генерала Лука.

Военные уже узнали все, что нужно: никакого прорыва не было. Кто-то сбежал, сержантишка какой-то, вот и включили тревогу. Генерал направлялся к зданию лейтенанта Твердохлебова.

Военные оцепили периметр, Семен Аристархович зашел в кабинет.

— Генерал! — вскочил Самсон и поприветствовал старшего.

— Вольно! — махнул тот рукой.

Сейчас внимание мужчины привлек другой человек — подполковник Трутень, его друг. В последнее время они нечасто видятся и общаются. Весемир — мужик правильный, а еще запредельно сильный. Даже генерал со своим уровнем Архимага вряд ли осилит битву с ним.

Трутень — очень близкая фигура к императору, занимается внутренними проблемами страны. Ходят слухи, что у него даже есть своя служба. Никто не знает ее названия и кто в ней состоит.

— Что же птица такого полета делает в этой дыре?

— Трудный? Не ожидал тебя здесь увидеть! — улыбнулся Семен Аристархович.

— Генерал! — даже не встал подполковник. Просто отсалютовал рукой, в которой держал трубку.

Долгоруков бы не спустил такого поведения никому, кроме Весемира. Тем более здесь, в неофициальной обстановке. Семен Аристархович просто сел рядом