Читаем без скачивания Артемис Фаул. Парадокс времени - Йон Колфер

Ниже в торговых рядах рынка незамедлительно началось столпотворение. Кожевники зашумели и заорали, как зрители фейерверка, восхищаясь и показывая друг другу каждый новый фонтан цвета. Некоторые осознали, что на их ценные кожи попадают не те оттенки краски и начали лихорадочно собирать свои изделия и инструменты. Несколько секунд шел дождь из капель краски и пространства между чанами наполнились исступленными рабочими и перепуганными туристами.

Юный Артемис стоял неподвижно, не обращая внимания на краску в воздухе, его взгляд был прикован к Дэймону Кронски и лемуру в его руке. Следи за животным. Им нужно животное.

Кронски визжал при каждом взрыве, балансируя на одной ноге, как напуганный артист балета.

– Забавно, – подумал Артемис и заснял несколько секунд видео на телефон. Что-то еще должно произойти, он был уверен.

И он был прав. У Артемиса осталось смутное впечатление, что земля разверзлась перед ногами Кронски. Грязь взорвалась, какое-то движение в завесе земли и лемур исчез.

Доктор Кронски остался держать кусок слизи, который чуть-чуть светился в вечерних тенях.

Упали последние капли краски, и хаос медленно отступал. Кожевники удивленно потрясли головами, и стали проклинать судьбу. Заработок за день пропал.

Кронски вопил несколько секунд, после того, как грязь осела, держа ноту как оперный певец. Артемис злобно ухмыльнулся. – Ноту может держать толстая леди, а ты, думаю, сейчас замолчишь.

Доктора остановил тон Артемиса. Он собрался, стоя на двух ногах и дыша так глубоко, что красные пятна выступили на его щеках.

Когда он захотел вытереть слизь, то понял, что лемура в его руке больше нет.

Не веря своим глазам, он уставился на свои пальцы, чувствуя, как слизь покрывает его пальцы и, застывая, превращается в мерцающую перчатку.

– Ты что сделал, Артемис?

– Ах, – подумал Артемис. – Ты вдруг смог произнести мое имя.

– Я ничего не делал, Дэймон. Я доставил лемура, ты его потерял. Теперь это твои проблемы.

Кронски побагровел. Он сорвал очки и открыл налившиеся кровью глаза.

– Ты меня обманул, Фаул. Ты здесь как-то замешан. Я не могу созвать Выжигающих на конференцию без соответствующего вступления. Принесение лемура в жертву было моим огромным приветствием, каждому!

Телефон Артемиса завибрировал, и он взглянул на экран. Короткое сообщение от Дворецки.

Миссия выполнена.

Он положил мобильный в карман и широко улыбнулся Кронски.

– Соответствующее вступление. Я могу тебе с этим помочь. За определенную сумму, естественно.

Артемис старший сидел в шаре-хамелеоне, наблюдая за событиями, разворачивающимися внизу. Все шло точно по плану, исключая чаны с краской, которые, на самом деле, превысили ожидания Артемиса.

– Дворецки вообще не видно, – подумал он. А потом внутри вдруг похолодело. – Конечно! Я не ставил Дворецки в том окне. Я поставил туда приманку, потому что это одно из пяти мест, куда логично поставить снайпера. Во все пять мест я поставил приманки, а сам Дворецки спрятался где-то в торговых рядах рынка, на земле, готовый вмешаться, если те надоедливые лемурокрады снова объявятся. А они могли объявиться, потому что, видимо, знали каждое мое движение. Я, Артемис Фаул, сам себя одурачил.

Вдруг его осенила ужасная мысль.

– Элфи, – закричал он в подушечку микрофона, приклеенную к пальцу. – Отбой! Отбой!

– Что… – послышался шипящий ответ. – Шум… Я думаю… поврежден.

Затем несколько секунд белого шума, резкий треск и тишина. Слишком поздно. Все, что оставалось Артемису – прижать палец к экрану и беспомощно смотреть, как один из кожевников скинул с плеч одеяло и выпрямился, оказываясь намного выше, чем был раньше. Конечно, это был Дворецки, а перед собой он направлял ручной инфракрасный сканнер.

– Дворецки. Не делай этого, старый друг. Я знаю, тебе мои махинации никогда не нравились.

Три быстрых широких шага и телохранитель был у чана Элфи, он накинул на эльфа одеяло. Она сопротивлялась и сражалась, но у нее не было ни единого шанса против огромной силы Дворецки. Через десять секунд Элфи была связана по рукам и ногам и лежала на плече телохранителя. Еще через пять секунд Дворецки скрылся за воротами и потерялся в толпе Медины.

Все это произошло настолько быстро, что челюсть у Артемиса отвиснуть не успела. В какой-то момент все было под контролем, и он самодовольно наслаждался осознанием, что он самый умный человек в метафорической комнате. В следующий момент он с треском упал на землю, пожертвовав королевой за ладью, осознавая, что он был лицом к лицу с кем-то таким же умным, как и он сам, только вдвойне более безжалостным. Он почувствовал, как бледность отчаяния наползает на лицо, оставляя за собой покалывающие следы.

Элфи у них. Выжигающие будут пытать ее, обвиняя в том, что она дышит человеческим воздухом.

Ему в голову пришла мысль. – У каждого подсудимого есть право на хорошего адвоката.

Глава 12

Ушедшие навечно

Владения людей, территория Extincrionists, Фес.

Молодой Артемис согласился посетить особняк Доктора Кронски, расположенный недалеко от Медина. Автомобиль Кронски был более роскошный, чем арендованный Артемисом. Он был оснащен мощным кондиционером и водяным холодильником, сиденья его были драпированы шкурой белого тигра. Артемис пропустил мех сквозь пальцы и совсем не удивился, обнаружив, что мех настоящий.

– Неплохие сиденья – прокомментировал он сухо.

Кронски не ответил. Он не очень-то был разговорчив, с тех пор как потерял лемура, лишь бормотал в полголоса, проклиная несправедливость всего произошедшего. Также не было похоже, что он слишком переживал о том, что краска с его костюма въедалась в мех дорогой драпировки.

Хотя путь до особняка занял не больше пяти минут, Артемис использовал это время, чтобы обдумать план дальнейших действий. К тому времени, когда автомобиль миновал укрепленные ворота, он выровнял все в неточности в своей стратегии. Оставшиеся две минуты он посвятил одной из романтических новелл, которые он время от времени писал под псевдонимом Виолеты Тсирблоу.

Машина проехала под аркой четырехметровой стены. Артемис смотрел по сторонам, отмечая вооруженных охранников, патрулирующих особняк, расположение источника энергии и служебного помещения.

Информация – сила.

Особняк был построен в стиле пляжных коттеджей Калифорнии: с плоской крышей, огромным количеством стекла и искусственным пляжем с волновой установкой и спасателем. Рядом с особняком было построено огромное здание для конференций, на крыше которого возвышался шпиль. Двое мужчины заканчивали укрепление медного изображения на конце шпиля. Несмотря на то, что большая часть изображения была закрыта холстом, Артемис видел достаточно, чтобы бы понять что это. Человеческая рука, сжимающая мир в кулаке. Символ Extinctionists.

Шофер Кронски остановил машину у парадного входа, и доктор молча прошел внутрь особняка. Он жестом указал на покрытый шкурой диван и ушел в спальню. Артемис надеялся принять ванну и сменить одежду, но вероятно Кронски был так расстроен произошедшим, что забыл о вежливости, поэтому Артемис был вынужден дергать в разные стороны воротник зудящей рубашки и ждать возвращения хозяина дома.

Зал приема Кронски был жутким местом. Одна стена была заполнена сертификатами extinction. К каждому сертификату прилагалась фотография несчастного животного и дата, когда Extinctionistорам удалось убить последнего представителя вида.

Артемис бегло просмотрел фотографии на стенах. Здесь были изображения японского морского льва и озёрного дельфина, гуамской летающей лисицы и балийского тигра.

Все они ушли. Навечно.

Есть только один способ увидеть этих животных: надо как-то развить скорость перемещения быстрее, чем скорость света и вернуться в прошлое.

Мебель в комнате, наглядно указывающая на цели организации, вызывала ужас и отвращение. Диван был обит шкурой фолклендской лисицы. Абажуром торшера служил череп западного черного носорога.

Артемис из-за всех сил старался сохранить спокойствие.

Я должен покинуть это место как можно быстрее.

Но слабый голос совести напомнил ему, что его отъезд не будет означать того, что это место больше не существует, а продажа странного существа Кронскому только привлечет внимание людей к действиям этой организации.

Артемис мысленно представил себе отца.

Чего бы это не стоило. Чтобы не понадобилось сделать.

Кронский появился в комнате в чистом, ниспадающим свободными складкам кафтане. Его глаза были красными, как если бы он плакал.

– Присядь, Ах-темис,- сказал он, указывая жестом на диван.

Артемис окинул взором диван:

– Нет. Я останусь стоять.

– Ах, понимаю. Слишком большой диван. Трудно оставаться серьезным, когда твои ноги не достают до пола, – сказал Кронски, садясь в офисное кресло.