встречает. Встретились и даже пообнимались. Не очень такое приветствуется — я граф, а он простой рыцарь, но плевать. Я и в самом деле чертовски рад его видеть. Прошли в мою каюту и выпили за встречу по бокалу вина. Доклад его выслушивать не стал — всё потом. Только узнал, что в графстве всё нормально и с семьёй всё хорошо. Ну, это главное.
Отдал несколько приказов и засобирался в свой городской дом. Моряков и солдат пока распорядился с кораблей не отпускать. Морпехов и штурмовиков завтра отправлю в Линдендорф, пусть там расслабляются. С судовыми командами сложнее, их с кораблей не снимешь, им ещё дел выше крыши. Увольнения разрешил после разгрузки. Капитанам наказал, чтобы отправляли людей сразу в город, нечего им с портовыми шлюхами связываться. В городе тоже хватает борделей, а там девочки поприличней. А то намотают что-нибудь на конец, а у меня не так много хороших моряков, чтобы лишаться их из-за их неумеренной любвеобильности. Хотя понять их могу, сам готов за первую попавшеюся юбку уцепиться. Ничего, потерплю. Дома меня три прекрасные женщины ждут, вот уж развернусь.
Гюнтер засел за бумаги с Отто, так что ждать его не стал, отправился домой один. Дома отмылся как следует и завалился на кровать. Ох, как хорошо-то. Достала эта раскачивающаяся палуба. Нет, не морской я человек, совсем не морской. Вернусь в замок и больше никуда. Хотя, кого я обманываю? Год бы выдержать и не сорваться куда.
Вечером пришёл Гюнтер. Как раз к ужину. Сделал подробный доклад. Всё у нас хорошо. За исключением одного: англичане опять безобразничают. В Порту попытались напасть на наш корабль. Как раз когда он стоял на погрузке, прямо среди белого дня. И были это именно англичане, не местные. В порту стояли три английских нефа, вот с них солдаты и попытались прорваться на наш корабль. Не с кораблей, а из порта, с причала. Нападение вовремя заметили и прорваться им не удалось. Но пришлось применить пушки. В итоге: куча погибших среди местных и разрушения в городе. Пришлось уходить не закончив погрузку. Убытки не очень большие, но главное — с Португалией отношения испорчены. Туда нам теперь лучше не соваться. Очень жаль. А я новгородскому боярину вина наобещал. Ну, на разовый подарок вина хватит, а там видно будет. Да и в замке к португальскому вину привыкли. Ну и ладно, пусть местную кислятину пьют. Как говорится: на халяву и уксус сладкий. Мне по барабану, я к вину не приучен. А пиво у нас и своё прекрасное варят. Конечно, пить пиво графу не совсем «комильфо», но и плевать, кто мне запретит? Но всё равно, потерять один из рынков сбыта не очень приятно. Вот ведь английские собаки.
Мало того, в канале, когда проходили мимо Кале, нарвались на целый английский флот. Кораблей 30–35. Пришлось удирать. Хорошо ветер попутный был. Но парочку английских галер утопили. Вернее, сожгли, а потом уж они сами утопли. Только после этого английские галеры отвязались. Понятно, от галеры паруснику не уйти. Утопили и чёрт бы с ними, но ведь теперь не отстанут, так и будут мои корабли ловить в канале. Ладно, будем думать.
О наших приключениях Гюнтер уже знал, ему Отто всё подробно доложил. Хотя какие там приключения, даже подраться только пару раз получилось. Единственная неприятность: потери. Из пяти тяжёлых трое всё-таки умерли. 14 погибших. Хорошо обученных ветеранов. Очень плохо. Попросил Гюнтера поручить кому-нибудь разобраться с семьями погибших. Компенсация, освобождение от налогов. Хотя бы лет на пять. Убытки, конечно, но армия должна знать, что граф всё помнит и знает и в беде никого не оставит.
Привезённый товар решили на склады не разгружать, а перегрузить сразу на нефы. Рыбий зуб весь, а из мехов оставить себе немного, для наших дам. Оставлять что-то для распространения на внутреннем рынке не решились. Всю Европу снабжают мехами ганзейцы и лучше не влезать в их бизнес. А то точно озвереют. Будем продавать всё маврам. Там рынок пожиже, но мы не так много и возим. Можно кастильцам предложить. Они северные меха очень уважают. Хотя им меха, как собаке пятая нога, с их то жарким климатом, но престиж. Так что найдём кому товар спихнуть и не в ущерб Ганзе. Потому как отбиваться сразу и от англичан и от ганзейцев мы не сможем. А если они договорятся, то вообще хана — запрут нас на материке и из Рейна носа высунуть не сможем. И куда тогда нашу сталь девать? Отдавать за бесценок тем же ганзейцам? Хрен им всем!
— Гюнтер, а ганзейцы к нам в Дуйсбург приходят?
— Конечно, господин граф, постоянно там вертятся.
— Надо бы как-то до них донести, что мы на их поляну лезть не собираемся.
— Могу с ними встретиться и поговорить.
— Нет, Гюнтер, плохая идея. Подумают, что мы их боимся и пытаемся договориться. Тогда сразу на шею сядут и руки начнут выкручивать. Надо как-то исподволь до них донести, что мы конкурировать с ними не собираемся.
— Понял, господин граф. Они постоянно с моим городским приказчиком дело имеют и с наместником. Поговорю с ними, проинструктирую.
— Вот-вот. Пусть они проговорятся, что наши корабли ходят далеко на север, где торгуют с норвегами, малочисленными дикими финскими и саамскими племенами и с небольшими факториями новгородцев. Товара привозят не много и весь он идёт маврам.
— Завтра же займусь, господин граф. Может и в самом деле отстанут?
— Не отстанут, гадить будут всё равно, но хоть немного их злость приглушим. Главное, чтобы они с нами воевать не начали. Во всяком случае не сейчас, когда у нас конфликт с англичанами.
— А с ними что делать будем?
— Не знаю. Соберёмся все и будем думать. Когда караван пойдёт на юг?
— Недели через полторы. Корабли надо подремонтировать, командам отдохнуть. Хоть немного.
— Хорошо. С ними пойду. Не волнуйся, только до канала. Посмотрю, что там и как. Может и придёт что в голову. Завтра со своими морпехами схожу в Линдердорф, а через неделю вернусь. Пусть каракку и когг тоже осмотрят и подремонтируют. Когг тоже можно загрузить, пойдёт с караваном, а каракку не загружай, на ней вернусь обратно.
— Понял, господин граф, сделаю.
Честно говоря, никуда идти не хотелось. Во всяком случае, не сейчас. Месяца через 2–3 с удовольствием бы проветрился, а сейчас хочется как следует отдохнуть и расслабиться. Но проблемы решать надо. Сомневаюсь, что моё присутствие в караване что-то решит, но как по другому? Я граф и сеньор и должен быть, так сказать, на острие атаки. Такие уж времена. Но может и в самом деле что в голову придёт?
Утром отправились в Линдендорф. На двух стругах. Морпехам и штурмовикам дал отдохнуть неделю. Мало, конечно. Они-то рассчитывали, что теперь до следующего года дома останутся. Нет, бездельничать им никто не позволит, наоборот, вкалывать придётся побольше, чем в походе, но зато дома. На твёрдой земле. Да и в город иногда смотаться можно. И пивка попить и с девчонками погулять. Именно погулять — гулящих девок в городе хватало. Хоть и боролись церковники с этим, но… Зато хоть и гулящие, но не такие профуры, как в Дуйсбурге. Но и дороже. Ничего, денег парни заработали много, на всё хватит — и семьям помочь и погулять всласть.
Ночью уже был дома. По реке буквально летели — а чего бы и не лететь, если полные струги гребцов? Менялись каждый час, так что шли одним темпом. Парни тоже торопились, я же им на отдых меньше недели выделил. Вот и спешат. Так что до Хаттингена добрались мигом. А там мы с Элдриком и охраной прихватили лошадей в крепости и помчались в замок. Ночевал уже в своей постели, с женой. Именно ночевал, а не спал. Да кто б мне спать дал?
Неделя пролетела как один миг. Эмма меня из своих ручек вообще не отпускала. Всего пару раз смог вырваться к Ирме. Один раз заскочил к Эльзе, но только поболтать. Она, оказывается уже беременная, хотя по ней и незаметно. Добилась своего. Вот ведь женщина, всё у неё получается, как задумывает. Молодец. Хорошо, что она у меня есть. Вообще с женщинами мне очень повезло — и Эльза и Ирма просто бесценны. Да и Эмма тоже. Во всяком случае, за детей я полностью спокоен, она их на нянек не сбросит, постоянно с ними. А они её просто обожают и слушаются беспрекословно. Правда, Генрих начинает немного нос задирать. Его каждый день возят в лагерь на занятия к деду и он уже считает себя рыцарем. С кинжалом, что я ему подарил, не расстаётся. Он у него вместо меча. У него уже и своя лошадка есть и он на ней осваивает конную выездку. Надо будет и самому заняться пацаном, а то дед вырастит из него и в самом деле настоящего рыцаря, а мне такой
