— Ну извини, — пожала плечами я. — Наследственность у меня такая.
Пусть мама у меня и отвечает за недоразумения, зачастую данное явление сопряжено с неприятностями.
— Твоя наследственность — это отдельная песня, — поежился муж, видно, вспомнив тестя с тещей. — Кажется, ну вот все уже, более крутого переплетения генов быть не может. Так нет! Еще чего-нибудь выплывет!
— Да ладно, — поморщилась я, — как будто твоя родословная хуже.
— Ну у меня она более однотипная.
— Тебя это беспокоит? — пошутила я, пародируя психолога из рекламы. — Хочешь об этом поговорить?
— А давай мы будем не обсуждать мою родословную, а поучаствуем в ней напрямую, — навис надо мной Мортифор.
— Мне нравится ход твоих мыслей, — улыбнулась я, обнимая мужа за шею.
И мы, образно выражаясь, занялись вопросами генетики. Взрослые люди меня поймут, а более юные ознакомятся с ними сами несколько позже. В жизни каждого человека и нечеловека есть моменты, которые хочется оставить при себе либо разделить их только на двоих. И зрителям тут не место. Приблизительно что-то такое прорычал Мортифор, накладывая на комнату чары неслышимости и невидимости. В результате за дверью раздался возмущенный ропот, а пытающиеся подсмотреть за нами в окно дети рухнули вместе с веткой в кусты колючек. Мораль: любопытство — грех!
Где-то в середине ночи меня разбудил шепот мужа.
— Свет, — согрело его дыхание мне ухо. — Мне тут отлучиться где-то на часик надо, пожалуйста, не волнуйся и никуда не уходи.
— Издеваешься? — пробормотала я, поправляя одеяло. — Покажи мне ту силу, что заставит меня вскрутиться ни свет ни заря, покинув теплую и такую удобную постель.
— Это хорошо, — облегченно вздохнул Мортифор. — Это правильные мысли.
— Тебе хоть ничто не грозит?
— Нет. Тут обиженный жених свою невесту с другим поймал. Родители своевольной дочери не хотят разрывать помолвку и просят меня разрешить их спор. Тут еще родители третьей стороны подкатили. В общем, где-то за час должен управиться. Спи давай.
— Удачи, — пробормотала я.
Мортифор поцеловал меня в плечо и вышел, а я погрузилась в объятия Морфея.
Второе пробуждение оказалось гораздо грубее первого.
— Княжна, княжна! — пыхтели у меня над ухом. — Вставайте, княжна!
— Что такое? — подскочила я, уставившись на двух смущенных детей, черноволосого мальчика лет тринадцати и светленькую девочку лет девяти. Когда мы поднимались в комнату, я видела, как их прятала за своей юбкой жена старосты. Наверное, это их отпрыски. Кажется, Мортифор называл их Фатум и Террор.
— Беда случилась, — потупились отроки.
По моей спине пробежал холодок.
— Что-то с Мортифором? Виком? — выкрикнула я первое, что пришло на ум.
Дети непонимающе моргнули и замотали головами.
— Нет, с ними пока все в порядке, но будет плохо, если мы сейчас не решим нашу проблему, — тряхнула кудрями девочка, Фатум, по-моему. — Понимаете, нам было скучно…
— И мы решили вызвать демона, — перебил сестру мальчик.
— Чего?! — опешила я.
— Ну я в одной книге читала, — затараторила девочка, — что присутствие дракона способствует нарушению границы миров. В сочетании с пентаграммой это дает возможность вызвать любое существо с минимальными усилиями и практически без ритуала.
— Представляете, как здорово! — вновь перебил сестру Террор.
— Да уж! Восторг! — буркнула я.
— Вот и я о том же! — обрадовался мальчишка, довольный, что нашел в моем лице единомышленника. — В общем, пока взрослые разбирались с дочерью плотника…
— Сын кузнеца виноват не меньше! — нахмурилась девочка.
— А нечего было ему драться с Терцией голышом в сене! — парировал мальчик.
— Он не дрался! — возмущенно замотала головой девочка. — Они там детей делали! Я в книге читала!
— Стоп! — перебила я юную библиофилку. — Что там с демоном?
— Удалось! — гордо похвастался Террор.
Сестра, похоже, его радость разделяла не до конца.
— Понимаете, — прошептала она, — я не знала, что присутствие двух драконов удваивает результат. Мы хотели попробовать вызвать маленького такого, безобидного путешественника по мирам, чтобы он принес нам конфет, которые мама заперла в буфете.
— А получили вот такенное чудовище! — восторженно развел руками Террор. — Рога — во! Глазищи — во! А зубы аж досюда, — провел он рукой по груди.
Если указанные параметры правдивы, то я не хочу покидать теплую и относительно безопасную постельку. Насколько понимаю, они хотят, чтобы я загнала его обратно.
— Где? — вздохнула я.
— В хлеву, — понурила девочка голову.
— Идемте, я покажу, — нетерпеливо подпрыгнул мальчик.
Я подскочила с кровати и принялась одеваться.
— Как хоть его обратно загнать?
— Я не знаю, — растерянно пожала плечами девочка. — Я не успела этого прочитать.
— Больше никогда не смей так делать! — возмутилась я. — Из-за твоей халатности могут пострадать люди!
— Это я уже поняла, — угрюмо кивнула девочка.
— Бери книгу — и живо читай, как его вернуть обратно, — приказала я Фатум и повернулась к Террору: — Веди, экспериментатор. И что вас дернуло границу миров беспокоить?!
— Так скучно же было! — вскинулся мальчишка.
Блин! До чего же нынче развитая молодежь пошла! От нечего делать вызывать потустороннее существо! Лучше бы они за юной парочкой на сеновале подсматривали!
«А как же твой лозунг, что любопытство — грех? — хмыкнуло правое полушарие. — А как же право на уединение?»
«Ну, если выбирать между ними и паранормальной хренью, то лучше бы первое! — фыркнула аналитическая половина мозга. — Впрочем, от деток с такими именами иного и ждать невозможно!»
Я вспомнила латынь. Террор и Фатум — Ужас и Исход, причем чаще всего роковой. Да уж! Обласкали родители деток! Надеюсь, я переживу их последнюю забаву.
Мы с пацаном вбежали в сарай и выругались. Причем синхронно и одинаково грубо. Посередине помещения сидела огромная чешуйчатая тварь и доедала корову, без всяческих усилий разрывая тушу на куски. Рога у демона действительно были знатные. На глаза я не обратила внимания, так как больше всего меня беспокоили его когти и клыки. Вот те были на самом деле гигантскими.
— Зови Вика, — приказала я. — Только не объясняй ему ничего, а скажи, что я его здесь жду. И сестрицу твою тащи! Вместе с книгой желательно!
Энергично кивнув, мальчик тут же смылся. Видно, идея находиться с плотоядным чудовищем один на один его прельщала не так сильно, как задумка вызвать. Я тешила себя надеждой, что, по крайней мере, оно хоть сытое. К счастью, тварь продолжала свой поздний ужин (или ранний завтрак?), не обращая на меня никого внимания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
