Однако понимания со стороны руководителей горкомов добиваться удавалось не всегда. В одном из выступлений делегатов на четвертой партийной конференции Кузнецкого ИТЛ, состоявшейся 14 марта 1959 г. делегат от партийной организации управления ИТЛ подверг резкой критике второго секретаря ГК КПСС А.А.Пасевского(бывшего начальника политотдела завода им. Менделеева) за его реакцию на требование администрации Кузнецкого ИТЛ повлиять на руководителей управления строительства о трудовом использовании заключенных на строительных объектах. На это требование он ответил следующим образом: «Если нет фронта работ для заключенных, то пусть они сидят в зоне». Почувствовав поддержку горкома, строители совсем перестали считаться с выполнением своих обязательств перед ИТЛ о предоставлении объемов работ и загрузке заключенных. Более того, некоторые руководители управления строительства стали заявлять о том, что необходимость в труде заключенных на объектах строительства скоро отпадет.
В г. Лесном имел место случай, когда в начальный период функционирования горкома первый секретарь А.В.Романов отказал начальнику политотдела Красногорского ИТЛ в направлении коммунистов строительного управления для оказания помощи в воспитательной работе среди заключенных. Это решение было мотивировано тем, что партийной организации строительства нецелесообразно отвлекать силы от проведения воспитательной работы в строительных подразделениях управления и мобилизации их на выполнение хозяйственно-политических задач. Однако при этом было обращено внимание хозяйственных руководителей строительства на необходимость улучшения трудового использования заключенных, и тем самым оказывать влияние на перевоспитание заключенных через труд[125].
С 15 февраля 1956 г. первым секретарем ГК КПСС был избран В.В.Семдянов, работавший с А.В.Романовым в политотделе завода «Электрохимприбор». В ноябре 1959 г., когда В.В. Семдянов был в отпуске, в горком партии позвонил начальник Управления лагерей подполковник Чикляев и сообщил, что в первом лагерном отделении идёт «волынка» и просил приехать секретаря горкома П.Г.Пронягина и прокурора города.
Из воспоминаний П.Г.Пронягина – секретаря Лесного горкома КПСС:
Прокурора не оказалось на месте, я пригласил его заместителя Ковшова и поспешил на Карьер-2. Дело было к ночи. Ковшов, грузный мужчина, имевший вместо правой ноги протез, что делало его малоподвижным, по дороге прибрасывал варианты случившегося. «Волынки» в лагерях были и раньше. Но они быстро ликвидировались, прокуратуре приходилось разбираться в их причинах, искать виновных, среди которых нередко были неправомерные действия администрации, злоупотребившей властью в части наказания провинившихся в чем-либо.
Помню, как однажды (я был главным диспетчером управления строительства) вошел Гольман и резко бросил мне: «Срочно машину, у Ильина в лагере «волынка»». У диспетчера была полуторка, я предложил её Гольману. «Пойдет! Поедем со мной!». Он легко вскочил в кузов, я за ним, и мы поехали. У ворот лагеря толпилась администрация, охрана заперлась на КПП, задраив ворота. Там же в толпе маячил грузной фигурой начальник лагерей Артамонов, начальник охраны Фомин, заместитель начальника политотдела Черкасов. Они обсуждали, что делать в такой ситуации. Заключенные отказались от ужина в знак того, что надзиратель ударил одного из них, при помощи других выдернул его из столовой и потащил в карцер. Надзиратель объяснял потом, что заключенный обозвал его сексотом и обругал матерно. Так ли это было - трудно уточнить, ибо окружавшие заявили, что ничего не слыхали. Наоборот, они бросились выручать товарища, завязалась свалка, заключенного вырвали из рук надзирателей и взялись их бить. Тем не оставалось другого выхода, как бежать к воротам, на вахту, под защиту охраны. Толпа разъяренных «зеков» бросилась за ними, надзиратели успели прошмыгнуть в дверь КПП и конвой захлопнул её, но в ответ полетели камни, собралась толпа, гневно протестующая. Заместитель начальника лагеря еле успел доложить по телефону о случившемся в Управление, как телефонные провода были оборваны. Воспользовавшись суматохой, он успел также прибежать на вахту, оставив свой кабинет запертым на ключ, и кабинет был взят под охрану дежурным по лагерю из числа нарядчиков, то есть самих заключенных.
Гольман соскочил с машины, спросил у Артамонова, в чем дело, двинулся к проходной, надвинув на лоб фуражку.
- Семен Осипович, туда лучше сейчас не ходить, народ возбужден, успокоится, тогда и разберемся, - говорил на ходу Артамонов, еле успевая за быстрой ходкой Гольмана.
Я следовал за ними, не зная, что делать. Было страшно, но бросать Гольмана одного стыдно, тем более что он меня позвал с собой. А вдруг он обзовет трусом! Не сознавая, что делаю, я шел за Гольманом, Артамонов за мною. Гольман пинком стал требовать открыть проходную, начальник конвоя подчинился, но сказал:
- Там «волынят», товарищ подполковник!
- Знаю! – резко ответил Гольман. – Открывай!
Звякнула задвижка, мы вошли на территорию лагеря. И помогли.
Написано собственноручно в 2004 г.
Последовательно выполняя намеченный комплекс мероприятий по реформированию всей работы министерства внутренних дел в целом и системы исправительно-трудовых учреждений в частности, Совет министров СССР и ЦК КПСС 25 октября 1956 г. приняли постановление «О мерах по улучшению работы МВД СССР», в котором задача по перевоспитанию и исправлению заключенных через их трудовое использование оставалась одной из главных. Используя накопленный опыт выполнения постановлений партии и правительства в ИТЛ Главпромстроя был проведен целый комплекс партийных конференций и собраний партийного актива, партийных и комсомольских собраний, совещаний и организационно-политических разъяснительных мероприятий. Для придания этой работе большей динамичности в работе на местах приняли участие представители Главного управления ИТК МВД СССР, а также работники горкомов партии закрытых городов. В докладах и протоколах партийных конференций был сделан подробный анализ состояния лагерей, трудового использования заключенных, проанализированы положительные результаты и недостатки в текущей работе, намечены меры по их устранению.
Из анализа материалов этих партийных конференций ИТЛ можно сделать вывод, что проведенная работа дала некоторые положительные результаты по некоторым направлениям функционирования лагерей. Например, в Кузнецком ИТЛ в 1956 г по сравнению с 1955 г. не было допущено массовых беспорядков с участием заключенных, число фактов неповиновения отдельных заключенных сократилось с 6% до 1,5%. При этом количество заключенных, осужденных за тяжкие преступления и неоднократно судимых возросло с 4% от общего количества содержащихся в лагере в 1955 г. до 31% в декабре 1956 г..
Однако, в целом состояние режима содержания заключенных и общие показатели функционирования ИТЛ не могли в полной мере удовлетворить ЦК партии и правительство. Поэтому, в постановлениях партийных конференций со всей принципиальностью были констатированы результаты выполнения требований постановлений ЦК КЦСС и Совета Министров СССР, дана персональная оценка деятельности руководящего состава, вновь поставлены среднесрочные и ближайшие задачи перед коммунистами по коренной перестройке работы ИТЛ. Вот лишь несколько пунктов постановления второй партийной конференции Кузнецкого ИТЛ:
партийная конференция требует от коммунистов - работников управления, политотдела, лагерных отделений добиться улучшения трудового использования заключенных. До февраля 1957 г. принять меры к организации специального производства для трудового использования ограниченно годных к труду и инвалидов. Чаще бывать на производственных участках, более настойчиво предъявлять требования к работникам строительства по обеспечению фронтом работ, материалами, инструментом, не допуская случаев простоя по этим причинам;
Планово-контрагентскому отделу управления, начальникам подразделений и планово-производственных частей организовывать работу заключенных так, чтобы каждый из них в период нахождения в лагере мог получить трудовую квалификацию и после отбытия срока наказания быстрее приобщиться к честной трудовой деятельности;
Обязать начальника управления т. Кузнецова, его заместителя т. Решетова, начальника оперативного отдела т. Шестакова, начальника охраны т. Вацурина устранить серьезные недостатки в работе лагерных отделений. Навести строгий порядок в режиме содержания и охране заключенных, в срок до 1 февраля 1957 г. обеспечить содержание лиц, осужденных за менее опасные преступления, отдельно от воров-рецидивистов и других опасных преступников. В течение января-февраля 1957 г. выявить и изолировать всех рецидивистов и организаторов нарушения режима и дисциплины в лагерях. Политическому отделу ИТЛ установить строгий контроль за выполнением требований Совета Министров СССР и ЦК КПСС о раздельном содержании особо опасного контингента от основной массы честно работающих и соблюдающих установленный порядок заключенных;
