Поэтому эти исследователи утверждают, что для понимания возвышения Запада необходимо выделить специфические черты европейских государств. Было ли что-то особенное в этой группе средних по размеру государств, часто находившихся в состоянии войны и всегда конкурирующих, и в природе их правительств, содействовавших экономическому прогрессу? А главное — что было особенного в британском правительстве (ведь именно Британия возглавила Европу в процессе индустриализации), что благоприятствовало экономической модернизации? Может ли быть так, что именно политические революции, свергшие королей в Британии в 1640 г. и во Франции в 1789 г., проторили путь для шедшей за ними промышленной революции со всеми вытекающими последствиями? Эти вопросы мы рассмотрим в данной главе.
Была ли военная и религиозная конкуренция в Европе более острой, чем в азиатских империях?
Одним из явных различий между историей европейских государств и крупнейших цивилизаций Азии является отсутствие крупных империй в Европе, в особенности в период с 1500 по 1800 г. Хотя различные европейские монархи стремились установить свою власть по всей Европе, Британия, Франция, Германия и Испания (крупнейшие страны Западной Европы) не контролировались каким-то одним правителем. В 1800–1815 гг. Наполеон был близок к этому — он (или его родственники) контролировал Италию, Испанию и Францию, однако был разбит сначала в России, а затем союзом британских, русских и немецких войск. В отсутствие доминирующей державы, способной установить порядок, Европу постоянно сотрясали войны между государствами на протяжении большей части XVI–XIX столетий (на самом деле — вплоть до 1945 г.).
И наоборот, в XVI–XIX вв. большая часть Северной Африки и Ближнего Востока находилась под управлением Османской империи, большая часть Индии — империи Моголов, а весь Китай управлялся империями Мин и Цин. Эти империи безраздельно господствовали в подвластных им регионах и вводили единое правление на территориях с населением, равным либо превосходящим по численности всю Западную Европу.
Ряд ведущих европейских исследователей, таких как Эрик Джонс и Дэвид Лэнде, предположили, что наличие множества конкурирующих государств сделало Европу более открытой для инноваций. Эти исследователи отмечали, что в группах соперничающих государств — со времен древнегреческих городов-государств до итальянских государств эпохи Возрождения и государств доиндустриальной Европы — необычайно динамично развиваются искусство, политика и военная технология. Конкуренция между государствами заставляла правителей улучшать военную организацию и технику и идти на уступки своим подданным, снижая налоги для получения их поддержки. Кроме того, даже если в системе конкурирующих государств один правитель подавлял новые идеи, они могли развиваться в других странах.
В отличие от этого, как утверждают исследователи, в крупной объединенной империи правитель больше заботится о том, как сохранить контроль над существующей империей, чем о том, как отражать угрозы со стороны конкурентов. Методы поддержания жесткого контроля — в частности, насаждение строгой религиозной ортодоксии и духа повиновения правителю либо обложение высокими налогами для поддержания деспотического государства — были важнее, чем открытие новых путей увеличения экономического благосостояния или усовершенствования вооруженных сил. Даже если ценная идея возникала или просачивалась из-за границы, в крупной империи она могла попросту раствориться, не имея никаких шансов на развитие.
Но хотя теория и выглядит привлекательно, в сущности, было бы чрезмерным и ошибочным упрощением утверждать, что, начиная с XVI в., в Европе существовала система соперничающих государств, а в Азии целые империи развивались без конкуренции. Правильнее было бы сказать, что в Азии существовало несколько государств, которые были крупнее любого европейского. Если мы посмотрим на карту Азии начала XVII в., когда империи Мин, Моголов и османов уже сложились, мы увидим, что и Азия была разделена на целый ряд государств. На рисунке 6.1 показаны 22 крупных и малых государства (причем на этой карте не обозначены ни Оман и Йемен на Аравийском полуострове, ни Ява и другие государства Индонезии). Несколько крупнейших государств сталкивались с серьезными военными соперниками (османы — с Персией, Моголы — с Персией и южноиндийскими государствами), и карта в целом не сильно отличается от рис. 1.1, на котором показана Европа в 1500 г.
Государства Азии часто вели военные действия. Персы вторглись в империю Моголов и разорили их столицу Дели в XVIII в. Моголы также неоднократно вели войну против маратхской конфедерации. Османы периодически воевали с австрийцами, русскими и поляками. В Китае маньчжуры завоевали империю Мин в середине XVII в., основав свою собственную династию Цин. Затем императоры Цин провели сто лет в войнах с конкурирующими королевствами в Центральной Азии, ведя за собой вооруженные огнестрельным оружием армии и опираясь на невероятно развитую логистическую систему, протянувшуюся на тысячи километров через горы и пустыни.
Небольшие государства также оказывались серьезными противниками. Вьетнамцы вели многочисленные войны с Китаем и неоднократно вторгались в Камбоджу. В сущности, небольшие государства Индокитая — Аннам, Тонкин, Чампа и Кхмер (Камбоджа) — веками непрерывно с XII по XX в. воевали друг с другом, например, в период с 1771 по 1845 г. Аннам, Таиланд (тогдашний Сиам), Китай и Камбоджа вели войны между собой на протяжении 44 лет.
Европейские историки иногда с гордостью указывают на замки и фортификационные укрепления, возводимые с эпохи Средневековья до эпохи Возрождения, и на дух воинственности европейских государств. Историки Китая и Японии, напротив, часто подчеркивают придворную куртуазность и культуру элит в этих обществах, в которых важнейшее место отводилось учению Конфуция, живописи, каллиграфии и поэзии. Но мы вряд ли сможем игнорировать воинственный дух этих азиатских обществ, которые в XVII в. не только завершили строительство Великой китайской стены (крепостные стены и фортификационные сооружения невообразимого в Европе масштаба), но и производили лучшие в мире сталь и мечи, создали самую утонченную (и по сей день знамениты этим) технику боевого искусства, содержали огромные армии, вооруженные огнестрельным оружием и артиллерией, построили крупнейший и мощнейший флот и разработали грандиозные сети коммуникаций и снабжения. В XIV в. китайский флот использовал массивные, трехпалубные военные корабли с чугунными башнями, в каждой из которых находилось более 200 человек. В одном из столкновений участвовали несколько тысяч судов и 400 тыс. солдат и матросов. Европа смогла вести войны подобного размаха только спустя много столетий{25}.[9] Просто и Китай, и Япония были достаточно сильны в военном отношении, чтобы удерживать европейцев в небольших, удаленных от столиц приграничных пунктах на протяжении 300 лет, пока военные суда на паровом ходу из Британии и Америки ни прибыли к их берегам в XIX в.
Рисунок 6.1. Государства Азии в XVII в. Следует также признать, что конкуренция между европейскими государствами обычно не благоприятствовала свободе и плюрализму — в сущности, подобная конкуренция привела большинство правителей к резкому развороту курса против плюрализма в пределах подвластных им территорий, что означало конец всем инновациям и свободе мысли. К концу XVII в. монархи в католических землях — в особенности, Филипп IV в Испании, Фердинанд II в австрийской империи Габсбургов и Людовик XIV во Франции — изгнали протестантов и других инакомыслящих со своих территорий. Многие протестантские государства, как, например, кальвинистские Нидерланды и лютеранская Швеция, точно так же укрепляли свою религию в качестве официальной поддерживаемой государством религии. В середине XVIII в. лишь Дания, Пруссия и Британия поддерживали принцип веротерпимости, в отличие от более агрессивных и униформирующих религиозных практик в большинстве стран Европы.
Точно так же, как было бы неверно считать, что крупнейшие империи Азии всегда доминировали над своими соседями и были свободны от военной конкуренции, было бы ошибочно полагать, что они были закрыты для новых веяний и придерживались единообразных взглядов. В XV–XVIII вв. число и разнообразие государств в Азии способствовало расцвету международного обмена товарами и идеями, пересекавшими границы и обогащавшими различные культуры Индии, Персии, Тибета, Центральной Азии, Индокитая, Юго-восточной Азии, Китая, Кореи и Японии. Как и в Европе, здесь тоже имело место соперничество между различными конфессиями — главным образом, исламом, буддизмом, индуизмом и конфуцианством, — причем каждая из них имела множество разнообразных сект и ересей.
