что прискорбно.
– А вы – многословны, – выплюнул Инквизитор в ответ.
Тетушка застонала, а кавалеры прытко поднесли ей флаконы со спиртом. Мне даже стало ее жаль.
– Кристоф – снедаемый честолюбием студент из крестьян. – Ботрел театрально протянул к Инквизитору руку. – Магического дара – крупицы. И ведь сколько ни зубри и не грызи фолианты, одаренных сокурсников не перепрыгнешь.
Мне показалось или Инквизитор заскрежетал зубами? Я бы на его месте заскрежетала. Бедняга.
– И в такой ситуации молодой амбициозный студент готов пойти на любые жертвы, – Ботрел сделал невинное лицо и обаятельно улыбнулся.
А был колдун тот еще обаяшка, когда хотел.
– Что вы сделали, Кристоф? Расскажите сами. Как вы получили дар? Ведь почти сразу после вступления в ряды Инквизиции? На мелкие должности Инквизиторы охотно набирали таких, как вы. Вам выжгли печать, но и ее оказалось мало? Вы жаждали большего.
Нинелль странно покосилась на Инквизитора. В глазах ее мелькнуло торжество. Нянечка горестно засопела, она умела сопением выражать разные эмоции, а мы с Раулем теснее придвинулись друг к другу. Чуяло мое сердце, что доберутся и до нас с разоблачениями. И надеюсь они окажутся не очень ужасными. Но кто этого Рауля знает, что он еще мне недоговорил.
– Я не собираюсь вам исповедоваться, – бросил Инквизитор.
– Как пожелаете. Тогда я расскажу сам. Вы учавствовали в той экспедиции в Санктум. Это заснеженная северная страна на границе с Бездной. – Пояснил он нам, будто мы не знали. – Экспедиция длилась долго, но в Санктуме обитают сильнейшие маги и потому практика у них полезна. Да и трудности закаляют Инквизиторов. Я считаю, что разумнее было бы воспользоваться порталами, но Инквизиторы так потешно трясутся над ними, используя лишь в чрезвычайных ситуациях. Но не будем о дураках. Там вы убедились окончательно, что ни на что не способны.
Инквизитор низко опустил голову на скованные руки.
– Вы вступили в связь с Марией, женщиной из местных оборотней. Санктум ведь принадлежит снежным барсам, – он кинул нам реплику, поясняя. – Она перевела вас через границу, в Бездну. Вы поднялись на Проклятую гору и... получили там дар. И вернулись оттуда стихийным колдуном, управляющим воздухом, водой и морозами. Но темным. Вот почему, уважаемый инквизитор, ваша печать вас начала отвергать. Как следствие, вы слабнете и опять ни на что не пригодны.
Инквизитор застонал и закачался.
– Надеюсь вы понимате, что единственный ваш шанс – это свести печать. Я могу помочь.
– Я считал, что чистота моих помыслов помешает темной силе овладеть мной. Я читал в старинных манускриптах... что возможно перевести темную магию в светлую.... я почти достиг успеха.
– Да разве можно им верить? Этим старым книжонкам. Половина там сущие враки.
Ботрел презрительно фыркнул.
– Мне нужна ваша сила. Я хочу возродить Кохунто. И вы станете главой моей Инквизиции. Первый в истории Инквизитор – темный маг. И моя правая рука. Надеюсь вы найдете способ подтвердить мне свою преданность.
Ботрел потер руки и обвел нас взглядом. Все будто съежились, опасаясь новых разоблачений.
– Рауль де’Вилиер! – воскликнул Ботрел. – С вами не все так ясно. Король жутко испугался, узнав о вас. Вернее о том, что и вы ястреб. Даже стал покладист как лань. А ведь известен своим мерзким характером. Думаю, вам надо ждать наемных убийц.
Нинелль взглянула на Рауля с удивлением. А тот вздохнул и небрежно пожал плечами.
– Как-нибудь отважу этих ваших убийц, – ответил он.
– Вы, как всегда, самонадеянны и беззаботно стремитесь навстречу гибели. При дворе вы слыли опасным дуэлянтом. – Ботрел хитро подмигнул мне. – Вызывали на дуэли неугодных людей на заказ и за деньги, практически служили наемным убийцей. И весьма близко якшались с принцем Жюлем.
Рауль скромно кивнул головой, ничего не отрицая. Так я и знала, что этот врун полон сюрпризов. Хотя что я. Он даже не врет. Он с невинным видом все выкладывает, просто люди его сами потом оправдывают. Но он действительно говорил, что часто дерется на дуэлях. Это я, дурная морковка, подумала, что он преувеличивает. Разве может такой приятный парень быть драчуном и опасным бретером?
– Подозреваю, что убить вас не легко, но тем не менее я весьма заинтересован в раскрытии тайны вашего рождения. Я хочу знать все. Тогда мне удасться говорить с королем Генрихом на моих условиях. Так что побудете немного моим заложником. Будете вести себя хорошо, я отдам вам Лили. Простите, дорогая, – он кивнул мне головой.
Я в отчаянии посмотрела на папеньку, а он встрепетнулся и попытался подняться, но няня Милисент его удержала.
– Не рыпайтесь, месье Камилл, – прошептала она, но слышно было во всей гостиной.
Тетушка издала нервный всхлип и упала на грудь шевалье Будона.
– Камилл, зачем вы погубили нас? Зачем притащили сюда этого гада?
– Лили Шабо. Единственная в этой комнате светлая магиня.
Я подскочила на ноги.
– Что вы придумываете! Вы обманули нас! Обманули отца!
– Я не обманывал. Может переборщил с эффектами. Красные розы, вещие сны. Но молодые девицы романтичны и я хотел произвести впечатление. А ведь мог просто пригрозить без романтики. Жизнь вашего отца все еще в моей воле. Но мне интересен ваш дар. Он мне не совсем понятен. Пока только я понял одно – вы можете высвобождать заключенных в камне. Но, возможно, можете и многое другое. Вы, моя милая, бриллиант среди чудовищ, даже жаль вас отдавать этому дурному оборотню.
– Вы не можете меня никому отдать. Не имеете права.
– Действительно, о чем это я – вы отдались ему сами. И если он все не испортит своими проделками, останетесь с ним до конца жизни.
Няня потянула меня за руку и усадила на место.
– Не перечь, – пробасила она и задвигала бровями, намекая.
– Ведьмы, – радостно продолжил Ботрел. – Сколько у нас тут сегодня ведьм. Если вы, мои дорогие дамы, перейдете на мою сторону, сможете жить открыто. Нинелль, вы ведь мечтаете осесть и создать семью? С моей помощью вы осуществите свои мечты, поверьте А ваша матушка сможет и дальше блистать при дворе и не бояться Инквизиции.
– Не представляю, как вы собиратетесь все это осуществить, – ответила Нинелль заинтересованно.
– При помощи интриг. Это же очевидно.
Он указал пальцем на виконта.
– Вот – мой козырь.
– А если они убьют его?
– Мы
