не совсем милосердно напомнила Андриана Карлсоновна.
– Вот именно, что была!
– Вы долго встречались?
– Мы знали друг друга три года, – сухо ответил он.
– За это время можно узнать человека.
– А у меня, как видите, не получилось, – ответил он холодно.
– У Марины были недоброжелатели? – Она едва удержалась от того, чтобы не добавить: «Кроме вас». Но вовремя остановилась.
– Я так не думаю, – ответил Горчаков.
– Она что, никогда ни с кем не ссорилась?
– Почему не ссорилась? – Он как-то меланхолично пожал плечами. – Ссорилась, как и все мы. Но ссоры были ерундовыми. Однако я не могу понять, куда вы клоните?
– У Марины похитили ребёнка.
– Похитили ребёнка? – тихо повторил он.
– Вы этого не знали?
– Да откуда же?! – На этот раз он почти кричал. Потом зажал голову руками и посидел так несколько секунд.
Андриана ждала. И Горчаков проговорил уверенно:
– Марина тут ни при чём! Ей мстить некому. Ищите похитителя в стане врагов Пряшникова.
– Ах, милый вы мой Вадим Григорьевич! Если бы было всё так просто! Детей похитили не только у Пряшниковых.
– Так, может, это педофил? – предположил Горчаков.
– Всё может быть, – не стала спорить Андриана.
Ей почему-то совсем не хотелось говорить, что именно сделали похитители с ребёнком его бывшей невесты.
– А выкупа ни у кого из них не требовали? – спросил Горчаков.
– В том-то и дело, что нет, – грустно ответила Андриана.
Она уже поняла, что и от Горчакова она не узнает ничего, что могло бы хоть на один шаг приблизить её к разгадке преступления.
Она уже собралась уходить, когда он остановил её:
– Давайте я провожу вас до автобусной остановки, – предложил он.
– Нет, нет, спасибо! Я дойду сама.
– И всё-таки я провожу, – твёрдо проговорил Горчаков.
– Ну что же, проводите, Вадим Григорьевич, – согласилась она.
До остановки они дошли молча. Андриана заметила, что Горчаков приноравливается к её шагам, чтобы ей не пришлось семенить, поспевая за ним.
Автобус подошёл почти сразу. Горчаков помог ей войти в салон, а она при этом умудрилась вложить в его ладонь свою визитную карточку.
Дверь закрылась. Бывший жених Марины Пряшниковой помахал ей рукой и, не оборачиваясь, тронулся в обратный путь быстрым шагом. У него и впрямь совсем скоро должен был начаться урок.
«Ну вот, – думала Андриана, прижимаясь лбом к холодному стеклу, – опять съездила без толку».
Глава 13
Вернувшись домой, Андриана сразу же залезла под душ и долго стояла под ним, то ли согреваясь, то ли смывая с себя грустное настроение.
Рассерженные её невниманием кошки сначала скребли дверь. Но поняв, что их усилия бесполезны, сели в прихожей и стали ждать.
Едва дверь ванной комнаты приоткрылась, как два серых клубка бросились ей под ноги.
– Знаю, знаю, что вы голодные и сердитые, – сказала сыщица, – но будьте благоразумны и подождите ещё пару минут. Если же вы свалите меня, то я расшибусь и ублажать вас будет совершенно некому.
Кошки как будто бы задумались над её словами, а потом побрели на кухню, опустив хвосты.
Андриана же поспешила разогреть овсяную кашу, сваренную с нарезанной кубиками куриной грудкой, и, подогрев, щедро наложила вкусно пахнущую кашу в миски кошек и в свою тарелку.
Вскоре все трое уплетали кашу с таким отменным аппетитом, что только за ушами трещало.
После довольно позднего обеда она собралась проанализировать собранную информацию.
Пока мыла посуду, вспомнила, что Агата Кристи придумывала свои преступления как раз за мытьём посуды. У Андрианы Карлсоновны, наоборот, возня с посудой вызывала приятное умиротворение. Особенно с тех пор, как посуду стал помогать мыть Артур. Вот и теперь она представила, что он рядом, и разомлела.
Не успела она убрать на место тарелку, которую мыла в последнюю очередь, отмыв сначала чуть ли не до блеска миски кошек, как зазвенел её мобильный.
Андриана бросилась его искать. Оказалось, что он под животом у Маруси. И что интересно, его звон кошке абсолютно не мешал. Зато когда Андриана вытаскивала телефон из-под её брюшка, кошка недовольно заворчала.
– Нашла себе игрушку, – в тон ей проворчала и хозяйка.
– Говорите! – велела она, включив связь.
– Ты спала? – донёсся до неё голос Артура.
– Я мыла посуду, – отчиталась Андриана, – а на мобильнике задремала Маруся и не хотела мне его отдавать.
Артур фыркнул в трубку. Он любил обеих кошек. А уж как они его любили! Если он ночевал в квартире Андрианы, то обе кошки, оставив хозяйку, спали с ним на диване под портретом императора Петра Алексеевича Романова. Будь на то воля кошек, они бы Артура вообще не выпускали из квартиры. Впрочем, как и Андриана…
– Я к тебе сегодня приеду, – сказал Артур.
– Зачем? – вырвалось у неё.
– Ты что, мне не рада? – сделал он вид, что удивился.
– Нет, рада! Очень рада! – поспешила она сгладить ситуацию. – Просто ты редко приезжаешь ко мне среди недели.
– А сегодня приеду с ночевкой. У тебя есть что-нибудь поесть?
– Есть, – соврала она.
И едва он положил трубку, бросилась к холодильнику, вытащила из морозильной камеры кусок говядины. Замочила белую фасоль. Потом посмотрела на часы. До вечера у неё ещё есть время. Подумав, она ещё достала и фарш на тефтели. Затем принялась резать лук, морковь, свеклу, чеснок, высыпала всё на сковороду. Пусть готовится обжарка к борщу.
«Да, надо ещё нашинковать капусту», – подумала она и мысленно похвалила себя за то, что два дня назад купила вилок капусты. И, что интересно, купила как-то машинально, и лишь заплатив за него на кассе, спросила себя: «Зачем же я его купила?»
Оказывается, так было надо.
Всё время, пока возилась с готовкой, Андриана Карлсоновна думала о том, что за причина побудила Артура к поездке к ней среди недели. Вероятно, причина была серьёзной. Она правильно сделала, что не стала доставать Артура по телефону.
В последнюю очередь она начистила картошку. А когда ужин был уже практически готов, она вспомнила, что у неё нет ничего на десерт, разумеется, кроме её шведского варенья. Но Артуру оно уже, наверное, приелось. Хотя, например, её подругам, да и знакомым, оно никогда не надоедало.
Даже Виолетта, внучка подруги Милы, которую она считала и своей внучкой, хотя и не разрешала называть ей себя бабушкой, приходя в гости к Андриане, сразу же с криком:
– Где моя большая ложка? – Доставала из шкафа десертную серебряную ложку и лезла в банку с вареньем.
– Виолетта! – укоряла её Андриана, – в вазочке же есть варенье!
– В вазочке мало! – отвечала Виолетта и принималась уписывать варенье прямо из банки.
Андриана только рукой махала.
