Хотелось кричать. Нужно было закричать. Смертные могли пострадать… Тиан не пощадит никого… Но, Хаос, я не могла вымолвить и слова…
Он запрокинул голову и зарычал. Тут нервы разбойника не выдержали. Он вновь нажал на спуск. Я закричала, но…
Его движение было так быстро, что даже я не успела уследить за ним. Он выхватил болт прямо из воздуха, сжал в кулаке. И рассмеялся.
Рассмеялся зло, жестко, радостно…
— Ш-ша'и… — сорвалось его губ, он обернулся, взглянул на людей, попадавших вновь на колени, и вновь посмотрел на меня. Вот тут я действительно пожалела, что обрела плоть. Хотелось исчезнуть. Бежать. Бежать, бежать и бежать… Как можно дальше от этого… существа… говорящего на единственном языке, что рожден еще ДО того, как возник Порядок. Языке Стихий. Языке Хаоса. Языке, который не знали даже Князья. Языке, который был чужд этому миру, который просто не мог звучать здесь… Но прозвучал. Из уст человека. Человека, продолжившего: — Ха'шиа ш-ша'и…[11]
Он смотрел на меня, все еще держа перед собой вытянутую руку, сжимая в кулаке болт. Я попыталась отползти, понимая, что это — недостойно Старшей, но не в состоянии ничего поделать с диким, животным страхом, охватившим меня.
Он осторожно, медленно разжал пальцы. Окровавленный болт с тихим шорохом упал на землю… Ладонь была окрашена алым, тяжелые капли срывались с его пальцев, а потом повисали в воздухе, оборачивались пламенем… Он сжал пальцы щепотью, а потом резко раскрыл, словно стряхивая капли воды.
Столб пламени заревел, поглотил его, пронзил Порядок — от Грани до края мира, от земли до небес. Я вскочила, кинулась, вне себя, безумная, охваченная ужасом. Смертные кинулись со всех ног куда подальше, выбрав ночной лес, но не это… это… Только Дор остался, да его отец. Побелели, как полотно, но не ушли…
Мой человек! Мой! Человек!
— ТИАН! НЕТ! Тиан! Тиан!
Я отшатнулась, опаленная злым жаром. Не пустит. Не отдаст.
Но это МОЙ человек!
А потом пламя исчезло. Словно и не было его. И я пожалела, что осталась жива… Пожалела, что остался жив он.
Его одежда не сгорела — наоборот. Она просто изменилась. Вместо залатанного старого костюма на Тиане был черный, вышитый тончайшей алой нитью, так, что лишь вблизи было заметно. Но мне не нужно было видеть, чтобы знать, что именно вышито: пламя. Языки пламени. Не из ткани был мундир: из Тьмы и Огня. Не снять ему теперь ее вовеки веков, не избавиться…
Он еще не ушел в Огнь, но уже стал одной из его душ…
Передо мной стоял один из командиров Легиона Осени.
Я отшатнулась, запнулась обо что-то и вновь полетела на землю, больно приложилась копчиком, ойкнула…
Тиан…
Тиан
Крик. Детский крик. А потом — пустота. Нет, не пустота в памяти — я помню все. Каждое движение, каждый шорох, каждый удар сердца человека, призвавшего на свою голову гнев Огня. Пустота в груди. Ни боли, ни страха, ни отчаяния — только невероятная, обжигающая потребность. Нет, не убивать — мстить, наказывать, восстановить равновесие… Не смерть ради смерти. Смерть ради жизни. Пусть не моей — чужой. Что-то во мне кричало, билось в агонии, требовало остановиться, убеждало бежать, бежать и бежать… Но пустота ширилась, пожирала сомнения и страхи.
Пламя вокруг — тем лучше… Забираю его себе, делаю своим продолжением. Я пью его, трансформирую, пожираю… Жар зарождается на кончиках пальцев, а потом волной омывает все тело. Это… невероятно…
Кто-то кричит за моей спиной, кто-то убегает, кто-то плачет: мне все равно… Не они вызвали меня, не они меня пробудили.
Покой… Так спокойно, так тихо… Так правильно…
Зачерпнув горсть пламени, я умываюсь им… Что-то кажется мне странным, я почти поймал мысль, но… Еще один болт — чего этот жалкий смертный хочет этим добиться?! Неужели, он не видит, кто перед ним?
Покой… Спокойствие…
Люди считают, что Воинами становятся те, кто не знает мира, не желает покоя. Даже Повелительница Огня верит в это… Но это не так. Огнь — и есть покой. Мы сражаемся не потому, что злы или яростны — мы лишь храним мир. Мы лишь защищаем покой. Мы лишь…
Мысли путаются. Я помню, что призван ради чего-то… важного… но не знаю, ради чего. Кого я должен защитить? Кому отомстить? Чьей кровью я должен напоить Огнь? Женщины, которая сидит на земле рядом со мной? Или тех двоих, что за моей спиной?
— Эй, фейкино отродье, подойдешь — убью девчонку! — прокричали с чердака лачуги. Я, до этого тупо разглядывающий лицо женщины, глянул туда, откуда раздался голос. Да, тот самый глупый смертный, который в меня стрелял… Холодная душа. Кровавый Убийца… Вечный противник, вечный союзник…
Пытаюсь переместиться, но не получается. С изумлением осматриваю свое тело…
Смертное тело?! Почему?! Откуда? Как уцелела плоть?! Пламя должно было смыть ее с костей, дать мне новую жизнь, забрав старую…
Как так вышло?!
Я…
Живой?!
Это становится интересным.
— Тиан… — шепчет женщина. — О, Тиан! Что же с тобой произошло? Как?!
Тиан? Это мое имя? Да… мое… так меня звали. Или зовут?
Что происходит, Огнь Великий?! Кто я?!
Растерянно осматриваюсь снова, подмечая детали, которые до этого пропустил: тлеющие факелы, валяющиеся на земле вилы и топоры, раненный в плечо мужчина и ребенок, которого он к себе прижимает здоровой рукой.
— Слышишь меня, отродье! Проваливай, пока жив! А девку сюда давай! Давай-давай, а то этой маленькой паршивке уши отрежу!
Я опустился на одно колено, заглядывая в лицо женщине…
В ее глазах был страх загнанного в угол животного, раненого и осознавшего, что в этот раз охотников ему не уйти. Ее губы шевелись… Она твердит и твердит одно и то же слово, словно заклинание, словно спасение…
— Тиан… Тиан…Тиан…
Не слово — имя. Мое имя. Да, мое… Так меня звали прежде, до того, как…
— Тиан…
Не просьба, нет… Молитва…
— Тиан… Ти… Тиа… Тиан…
Она красива. Красива сейчас. Полная ужаса, оцепеневшая, словно кролик под взглядом удава, но она невероятно, необычайно красива. И пуста. В ней нет Огня. В ней нет ничего. Только страх. Только ненависть. Она не понимает и никогда не поймет.
Жаль… Почему-то мне жаль. Жаль, что у нее не будет шанса принять. Жаль, что я не могу оставить в ней свое семя, не могу продолжить свой Род в ней. Она сгорит, она не подходит. Придется искать другую. Ту, в ком горит хоть искорка Огня.
Улыбаюсь ей… Она мне не нужна пока. Огню она не нужна.
Кажется, я вспомнил, ради чего меня призвали. Покарать Убийцу, защитить Дитя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
