Читаем без скачивания Уничтожить нежить (СИ) - Птица Алексей

— Хорошо.

— Тогда прощевай, вьюнош.

Велес легко вскочил на медведя и слегка хлопнул того ладонью по могучему загривку:

— Пошли, Бер, нам ещё нужно успеть других гостей навестить.

Медведь одобрительно рыкнул, прыгнул и в два прыжка исчез из поля зрения. Вадим моментально проснулся, открыл глаза и уткнулся взглядом в едва различимый в предрассветных сумерках потолок. С него всё также свисали пучки трав, берёзовые и дубовые веники и грозди летучих мышей, сейчас развернувших свои кожистые крылья и недовольно пищащих. Пряный аромат трав снова расслабил Белозёрцева и, не обращая внимания на мышиный писк, Вадим вновь крепко заснул, уже без сновидений.

Проспал он до утра. Проснулся от скрипа ведущей на чердак двери и увидел на фоне серого окошка силуэт ведьмы.

— Так… и куда я его сунула, где же он есть? — бормотала та, разыскивая что-то среди трав. — А вот, нашла! А ты чего разлёживаешься, утро уже на дворе, иди вниз.

Вадим неохотно встал, потёр глаза обеими руками, сладко зевнул. Ведьма с ухмылкой посмотрела на него.

— Ты опасливо зевай: перекосит невзначай! Хватит потягиваться, Роса уже с утра побегала, на зайцев поохотилась. Всё для того, чтобы гостя дорогого покормить свежим мясом.

— Угу, добытчица! — похвалил Вадим. — С такой никогда голодным не останешься, всё в дом, всё в дом.

Ведьма с изумлением уставилась на него.

— А что? Я заплатил за еду и сон, имею права. Договор же.

— Договор, — неохотно признала ведьма. — Ну и наглый ты, Зимогор! Ох, и наглый! Был бы оборотнем, сосватала бы за тебя Росу, а так… — и ведьма махнула рукой.

— Ну, пусть укусит меня, вместе будем бегать.

— Ты дурак? — ласково спросила ведьма.

— В смысле? — не понял Вадим.

— В коромысле! От того, что тебя Роса укусит, ты не станешь оборотнем, то враки людские.

— Да? Жаль. Ну, тогда просто буду шерсть на теле своём отращивать, чтоб вместо шкуры защищала и…

— Хватит чушь нести и пустое молоть, — оборвала его ведьма, — спускайся вниз. Роса ждёт.

Вадим замолчал, по всегдашней привычке пожал плечами и начал собираться, чтобы, спустя пару минут, оказаться внизу. Там было тихо и спокойно, а на столе дымилось, остывая, мясное рагу. Здесь же находилась и Роса. Сейчас девушка была одета в тонкое меховое платье, но мехом внутрь. Вадим даже остолбенел от неожиданности.

— Кушать подано, Зимогор, садись жрать зайчатину, как ты вчера и просил, — не слишком приветливо встретила его девушка.

— Спасибо.

Оказавшись за столом, Белозёрцев приступил к трапезе, шумно прихлебывая мясной суп деревянной ложкой. Варево состояло только из бульона и кусков мяса. Ни картошки, ни даже грамма крупы в нём не было. Хлеб тоже отсутствовал.

— А хлеб есть? — стал он привередничать.

— Лепёшки лежат травяные, не видишь?

— А! Увидел. А ты уже ела?

— А тебе-то что?

— Ну, вдруг ты голодна? Я тут жру в одну харю, а девушка сидит голодная.

— Я поела. Первого зайца разорвала и сожрала, а второму голову откусила, а тело тебе принесла.

Вадим поперхнулся травяным взваром.

— А ты ешь живьём?

— Нет, теперь сперва убиваю. Раньше глупая была, ела ещё живую добычу и вместе с потрохами, от того живот болел. Шкура плохо переваривается потому что.

Белозёрцев только головой покачал, от таких гастрономических откровений резко пропал аппетит. «Да, наплевать», — подумал он и снова стал жевать, думая о девушке. Та насмешливо улыбнулась, наблюдая, как парень ест.

— Бабушка тебе зелье приготовила. Вот это для здоровья, — она указала пальцем на флакон, стоявший на шкафу, — а этот для зрения. Для зрения после обеда выпьешь, а вечером ещё для ночного зрения выпьешь.

— Хорошо.

Флакон «для здоровья» оказался деревянным. Откупорив его, Вадим вдохнул острый пряный запах. Пахло хвоей, дёгтем и чем-то пчелиным, но не мёдом. Он отхлебнул и скривился. Горько!

Роса, которая выжидательно смотрела на него, сразу же обрадовалась.

— Что, не вкусно?

— Горько, — отозвался Вадим.

— Горько, зато полезно, — наставительно подняла палец с острым ногтем Роса.

— Ты-то откуда знаешь?

— Я сказала, — ответила внезапно появившаяся ведьма, спрыгнувшая с чердака.

Бесшумно, как сова, она слетела с двухметровой высоты, даже юбка не шелохнулась.

— Я смотрю, ты зубы девке заговариваешь, Зимогор.

— Вы издеваетесь? Я? Оборотню? Улыбнись, Роса!

Девушка послушно осклабилась, довольная перебранкой. Острые и тонкие хищные клыки предстали во всей своей красе. При их виде все фривольные мысли, что могли посетить буйную голову мужчины, стремительно улетучивались. Во избежание недоразумений, так сказать.

— У неё зубы, чтобы рвать глотки, а не дарить улыбки, — хмуро констатировал Вадим. — Так что, вы не по адресу, госпожа лесная ведьма. Я себе не враг! Но не молчать же мне?

— Как ты меня назвал? Госпожой? — польщённая ведьма хитро блеснула молодыми, зелёными глазами. — Ммм, а ты заработал себе ещё на пару капель целебной настойки. А если назовёшь меня госпожой главной ведьмой, то и вообще можешь получить ещё один флакон целебной гадости.

— А что, есть ещё другие ведьмы? — Вадим чуть не поперхнулся, но добавил, — госпожа Главная Ведьма.

— А ты мне нравишься! — хохотнула бабка. — Есть, конечно, я не одна такая. Много нас, сестриц… по лесу бродит. Здесь нас три, а сколько в других лесах, и не знаю. Тебе повезло, что ты попал именно ко мне. Это Роса тебя нашла.

— Да, я чувствовал, как она постоянно мне спину сверлила взглядом.

— Это потому, что ты для неё добыча.

А вот это для Вадима не новость! В современном, теперь уже бывшем мире некоторые девушки тоже порой мужиков за добычу держат. И наоборот. Но ему не хотелось становиться добычей в этом качестве.

— Вы меня есть собрались? Уж очень вы похожи на Бабу-Ягу. Та тоже сначала накормила, напоила, да спать уложила, а потом — ам! и съела.

— Тебя, ты говоришь, Вадимом зовут? — будто всерьёз призадумалась бабка.

— Да.

— Был бы Ивашкой, обязательно бы съели. Иваны они повкуснее будут, чем Ва-димы, — и старуха отвернулась от него.

Белозёрцев почесал лоб. Сказать было нечего.

— Чем заниматься будешь?

— Так ждать, пока вы всё сделаете и уговор с договором выполните.

— Угу, сегодня управлюсь с зельем, завтра решу с ножнами твоими и клинок твой, так и быть, наговорами усилю супротив мертвяков, то награда от меня будет. Хозяин, авось, не осерчает. Догадываюсь я, не по своей воле принуждает он мзду ему золотом платить. У него свой резон, у нас свой, всякая нечисть и нелюдь жить хочет. А чужие эти, как снег летом на голову обрушились, никакого сладу нет. В войну с ними вступать нам незачем, а других жителей или людей средь нас нет. Покамест ты под руку подвернулся. Третьего дня тебя и проводим. Есть ещё в чём у тебя нужда?

Вадим задумался и вдруг вспомнил про обувь.

— Сапоги мне справить надобно. Мои чоботы больно хлипки, да и поизносились, а ноги у меня не сильно выносливые.

— Угу. Сапоги вещь сложная да дорогая. Возьму я с тебя ещё один золотой, тот, что побольше, и ещё на день и ночь задержишься. Не я буду сапоги башмачничать, заказывать надо. Пока договорюсь, пока стачают, время нужно.

— Да я, собственно, никуда и не тороплюсь.

— Ну, тогда иди, гуляй с Росой, сил набирайся. Зелье здоровья ты выпил, теперь надо мышцы нагуливать и укреплять. Скоро к тебе придёт голод, зверский голод. Поэтому поохотьтесь, мяса много надо будет. В тело чтоб вернуть могуту, мяса надобно съесть груду! Найдите кабанов и порося завалите. Роса будет искать, а у тебя есть оружие — коготь, что тебе Роса принесла, им и будешь убивать. Понял ли?

— Понял. А вот мне сон приснился необычный.

— Говори, что за сон? — насторожилась ведьма.

— На медведе всадник, — начал Вадим, внимательно следя за реакцией ведьмы.

— И что? — напряглась она. — Говорил чего?

— Говорил, что увидел меня и знает, что это я мертвяков убил. Похвалил даже и сказал, что искать не будет.