Читаем без скачивания Дело одинокой наследницы - Эрл Гарднер

— И что потом? — спросила Делла.

— Потом окружной прокурор повернется к присяжным с самодовольной улыбкой: «Вы видите, что делает мистер Мейсон: он пытается свести все дело к техническим подробностям, чтобы только спасти свою подзащитную от приговора». Это тактика ведения борьбы в зале суда, надо знать все уловки, чтобы выиграть. Прокурор всегда делает все возможное, чтобы поставить в невыгодное положение защитника.

— А после того, как мы побываем в квартире? Что тогда?

— Мы будем знать больше, чем знаем сейчас. Пусть Трэгг заявляет, что она упаковывала чемоданы, когда ее убили. Мы не станем возражать, а при перекрестном вопросе обратимся к Трэггу: «Лейтенант, вы пришли к выводу, что эта женщина упаковывала вещи. А откуда вы знаете, что именно упаковывала? Может, она их распаковывала?» Трэгг даст саркастический ответ: «Но она ведь до этого никуда не уезжала, не так ли?

Или вы утверждаете, что она обычно держала свои вещи в чемоданах, а раз в неделю раскладывала по ящикам себе в удовольствие?» Судья нахмурится, присяжные улыбнутся, а люди в зале суда засмеются. А затем я начну задавать ему конкретные вопросы о том, что находилось в чемоданах, и это докажет, что она именно их распаковывала. Все поймут, что я с самого начала знал, о чем говорю. Окружной прокурор проиграет раунд. Но, самое главное, — это придаст правдоподобие рассказу Марлин Марлоу. Другими словами, если бы Роза Килинг упаковывала чемоданы, она никогда бы не пригласила Марлин вернуться, чтобы пойти поиграть в теннис. Если же она их распаковывала, то это становится вполне вероятным. Подобная маленькая деталь может привести к оправданию вместо обвинения в деле об убийстве. То есть рассказ Марлин Марлоу окажется правдивым. Ну, как насчет этого квартала, Делла? Есть машины, похожие на полицейские?

— Пока нет.

— Целый город мы, конечно, прочесать не можем. Ключ у нас. Давай рискнем.

— Я согласна, — сказала Делла. — Где ты собираешься остановить машину?

— Прямо перед ее домом.

— Это не опасно?

— Конечно, опасно. Все это дело опасно. Как только мы зайдем туда, мы начинаем играть на руку Трэггу. Если он нас обнаружит, то арестует за проникновение в чужое жилище.

— Но мы же ничего не станем брать оттуда.

— Проникновение в чужое жилище, — объяснил Мейсон, — подразумевает намерение.

— Что ты имеешь в виду?

— Если лицо проникает в мошеннических целях, то его спокойно можно привлекать к ответственности.

— Ты хочешь сказать, что если нас поймают внутри здания, то нам никак не отвертеться?

— Нам придется убеждать присяжных, что целью нашего проникновения в квартиру не являлась кража. Это может оказаться очень сложно. Полиция станет доказывать, что мы намеревались что-то взять с собой.

— Что, например?

— Им не требуется особо указывать на какую-то вещь. Они просто могут заявить, что это была улика, которую мы хотели скрыть от полиции. Нет смысла все это обсуждать, Делла. Мы не можем себе позволить быть пойманными.

— Так я выучу азы юриспруденции, — засмеялась Делла.

— Ты хочешь подождать в машине и…

— Не будь идиотом.

— Я могу вначале зайти один и предварительно осмотреться…

— Ты не в состоянии разобраться, упаковывала она чемоданы или распаковывала. Ты все испортишь, как любой мужчина. Не дури, идем вместе.

Мейсон остановил машину у дома Розы Килинг.

— С разведкой закончили? — спросила Делла.

— Да. Теперь быстро подходим к двери, словно полицейские следователи, которые пришли искать улики, а то, если кто-то выглянет из соседних домов, то сразу же решит, что у нас виноватый вид.

Мейсон пересек тротуар и вставил ключ.

— Прямо идем наверх? — спросила Делла Стрит.

— Да, — ответил Мейсон. — Соседи могут подумать, что в связи с нехваткой жилого фонда, какой-то приятель начальника полиции уже заключил новый договор аренды, пока тело еще не успели вывезти. Не включай освещение, Делла. Я взял фонарики, и не забудь прикрывать свет рукой.

Мейсон достал два маленьких фонарика, которые вынул из «бардачка» своей автомашины, и они стали осторожно подниматься по ступенькам.

— Идти с краю, — предупредил Мейсон. — По бокам половицы не так скрипят. Не хочется, чтобы жильцы нижней квартиры услышали, что кто-то поднимается по лестнице.

— Вообще-то дом крепкий, — заметила Делла.

— Знаю, но все равно не надо рисковать.

Придерживаясь одной стороны лестницы, они осторожно добрались до второго этажа. Прикрывая рукой луч фонарика, Мейсон тихо проследовал через гостиную и короткий участок коридора в спальню.

Тело увезли, но там, где оно лежало, осталось зловещее пятно. Меловые линии показывали месторасположение трупа.

— Они отовсюду сняли отпечатки пальцев, — прошептал Мейсон, — а так все оставили нетронутым.

— Значит, они не делали опись содержимого чемоданов?

— Не думаю. Наверное, просто заглянули внутрь и подняли одежду по краям. Возможно, они собираются еще фотографировать или привести новых свидетелей. Не исключено, что в дальнейшем они закроют эти чемоданы и отнесут их в офис окружного прокурора. Ладно, мы на месте. Принимайся за дело, Делла.

Делла Стрит склонилась над чемоданами. Мейсон держал фонарик таким образом, чтобы осветить их содержимое.

Ловкие пальцы Деллы пробежали по вещам.

— Ну? — спросил Мейсон.

— Она собиралась или замуж, или в какое-то важное путешествие. Здесь определенно вся ее лучшая одежда. Похоже, что все приданое. Много нижнего белья и ночных сорочек… причем из дорогих магазинов.

— И что ты думаешь сделать, чтобы доказать, что она это все распаковывала, а не упаковывала?

— Не торопись, шеф, мне надо поразмыслить.

Ее умелые пальцы приподнимали складки каждой вещи, не нарушая порядка.

— Могу сказать тебе только одно, — прошептала Делла, — девушка знала, как укладывать вещи, и она не торопилась. Все сложено очень тщательно.

— Продолжай, — подбодрил ее Мейсон. — Интересно, что ты сможешь обнаружить.

Делла Стрит просмотрела второй чемодан и заявила:

— Одна сторона здесь не уложена. Что там на комоде?

Мейсон поднял луч фонарика, чтобы Делла могла разглядеть стопку на комоде. Внезапно она присвистнула.

— В чем дело? — спросил Мейсон.

— Полиция разработала теорию, что эти вещи сложили и оставили здесь, чтобы потом положить в чемодан?

— Да.

Делла покачала головой.

— Она не могла сложить их так безукоризненно, — объяснила девушка. Видишь — все края идут по одной линии и подходят под размеры чемодана.

Делла Стрит взяла стопку в руки и с легкостью опустила в чемодан.

— Посмотри — все точно!

— Ну так и что же? — спросил Мейсон.

— Ты не понял? — Делла казалась очень возбужденной.

— Что я должен был понять?

— Шеф, мы оказались правы! Мы до всего дошли сами!

— Ты хочешь сказать, что она на самом деле распаковывала чемоданы?

— Да! Я тебе объясню, как все происходило. Когда она упаковывала вещи, она складывала их по одной. Именно поэтому они точно подходят под размеры чемодана. А тут она начала их распаковывать и сразу вынула всю стопку из одной части чемодана и положила ее на комод… Возможно, она хотела достать что-то снизу. Здесь недостаточно вещей, чтобы заполнить…

В возбуждении Делла открыла ящик комода.

— Посмотри, — задыхаясь, воскликнула она, — посмотри на одежду, которая лежит здесь! Она ведь сложена также, как и стопка. Давай прикинем.

Делла Стрит осторожно достала верхнюю блузку и приложила ее к стопке на комоде.

— Ты понимаешь, что я имела в виду? Она распаковывала чемоданы. В самом деле, шеф! Она вынула эти вещи из чемодана, положила их на комод и уже собиралась разложить по ящикам. Размеры чемоданов почти совпадают с размерами ящика, поэтому она не стала складывать вещи заново и оставила те же стопки, что и в чемоданах.

— А это не совпадение? — с сомнением в голосе спросил Мейсон.

— Если ты так думаешь, то попробуй также сложить их, — предложила Делла. — Возьми что-нибудь и попытайся сделать так, чтобы эта вещь совпала в сложенном виде с размерами стопки. Подобное невозможно, только если вещи что-нибудь не удерживает по бокам, например, стенки чемодана, или коробка, или…

— Давай сматываться отсюда, — резко прервал ее Мейсон. — Мы потребуем у Суда приказ о том, чтобы в квартире ничего не меняли местами, и пригласим фотографов. Теперь необходимо получить официальное разрешение на доступ сюда, пока полиция не перевернула здесь все вверх тормашками.

— Но если и перевернут, я могу дать свидетельские показания… начала Делла.

Мейсон усмехнулся.

— Ты думаешь, что говоришь? Ты заявляешь о том, что видела, а окружной прокурор начинает перекрестный допрос и спрашивает: «У вас было хорошее поле зрения?», «При каком освещении вы рассматривали вещи, мисс Стрит?». А ты отвечаешь: «При свете фонарика». Тогда окружной прокурор поинтересуется, в какое время ночи ты все разглядывала, а ты ответишь: «В половине второго ночи» и…