— Я подумал, что мы с тобой могли бы поужинать вместе, детка. Нам пора наверстать упущенное, — говорит Сэмпсон.
— Я думала, вы расстались, — говорит Фиона.
— И ты теперь с ним. — Хейли приподнимает брови. — Но если это не так…
— При всем уважении, похоже, вам придется встать в очередь. — Нико жестом указывает на француженок.
Смех щекочет мои губы, как чихание. Каменное выражение лица Джио говорит о том, что ему совсем несмешно. Он смотрит на меня с вопросом в глазах.
Я хочу ответить, что понятия не имею, что делаю. Сегодня утром все было прекрасно, а теперь кажется, что все рушится.
Может быть, появление «трех французских куриц» — это напоминание о том, что Джио, скорее всего, ничем не отличается от моего бывшего. И уйдет от меня так же, как и волшебник. Пуф.
Подходит женщина с планшетом в руке.
— Вы ищете столик для вашей вечеринки? У нас как раз освободился один большой. Вы сможете пообедать по нашему специальному меню «Зимний фестиваль» с тематическими закусками, напитками и посмотреть шоу. После часа караоке у нас будет выступать комик на рождественскую тематику.
Вот так мы вдевятером оказываемся за одним столом в бальном зале.
Почему я пригласила «трех французских куриц» присоединиться к нам на ужин? Потому что жажду наказание — не путать с глютеном, который не могу употреблять, что тоже похоже на наказание.
Подобно сосулькам, свисающим со стропил курорта, я замерзла. Все недавние потери в моей жизни накопились и привели к тому, что я не могу ничего сделать, в том числе двигаться вперед.
Официант приносит порцию чего-то под названием «Пунш Белоснежки» и несколько тарелок с закусками, в том числе хлебную корзинку с оленем Рудольфом. «Три французские курицы» игнорируют Нико. Сэмпсон не сводит глаз с Хейли, Фионы, Козетты, Манон и Амелии, одновременно говоря мне, что хочет встретить Новый год вместе. Джио выглядит так, словно собирается что-то разбить.
Пожалуйста, только не мое сердце.
И все же я не могу придумать, как выразить свои чувства. Мне не хочется иметь ничего общего с Сэмпсоном и ничего, что связано с Джио — со всем этим, хорошим, плохим, уродливым и прекрасным. Слова ускользают от меня. На мой телефон приходит сообщение от Фрэнки.
Мы были готовы отправиться к ней домой, но Нико сказал, что там уже полно гостей — родители, братья Расти и их семьи.
Фрэнки: Почему я не получила приглашение на дружин в канун Рождества?
Эмонд Джой: Откуда ты знаешь?
Фрэнки: У меня везде глаза. Уа-ха-ха!
Эмонд Джой: Разве ответ не очевиден?! У тебя родился ребенок! Поздравляю!
Фрэнки: Ты права. Ничто не могло оторвать меня от объятий с Карлиной. Я нахожусь в полном младенческом блаженстве.
Мы обмениваемся сообщениями о ее родах и Карлине, которая мирно дремлет на руках у своей мамы. Рядом со мной Джио что-то набирает на своем телефоне. Интересно, «глаза» Фрэнки — это Нико, которого она послала шпионить?
Фрэнки: Как у вас с братом дела?
Эмонд Джой: Пряничный фестиваль прошел успешно, а потом мы катались на лыжах. Было весело.
Фрэнки: Не разбивай ему сердце.
Эмонд Джой: Ты хотела ему это послать?
Фрэнки: Нет, тебе. Он спросил меня, кто такой Сэмпсон. Брат Расти и его жена повели детей посмотреть на фокусника, пока мы с Карлиной отдыхали. Я провела параллель.
Я в замешательстве. Если кого и следует предостеречь от разбивания сердец, так это Джио. А еще я думала, что она не одобрила бы нашу связь. Если бы у человека могло быть выражение лица с вопросительным знаком, оно было бы таким, как у меня сейчас.
Фрэнки: Я никогда не видела его таким. Как будто он хочет быть в этом маленьком городке, а не где-то в экзотическом месте, живя своей шикарной жизнью.
Эмонд Джой: А он не упомянул, что его «три французские курицы» тоже здесь?
Фрэнки: Не беспокойся о них.
Эмонд Джой: Ты их видела?
Фрэнки: А ты видела, как на тебя смотрит мой брат?
Я бросаю взгляд на Джованни, который сидит, скрестив руки на груди, пока женщины болтают с ним. Он отвечает в своей обычной кокетливой манере, но в основном наблюдает за мужчиной, напевающим «Do You Hear What I Hear». Пытается ли он получить подсказки для караоке или просто отвязаться от них? Из моей груди вырывается протяжный вздох. Не знаю, что делать в этой ситуации, что я чувствую и что мне делать.
Эмонд Джой: Я должна тебе кое-что сказать, и, поскольку ты пребываешь в младенческом блаженстве, надеюсь, что ты не рассердишься.
Фрэнки: Хорошо, но я также хочу, чтобы ты принесла мне немного хлеба «Баннок» из «Ястреба и свистка», когда придешь повидаться с Карлиной.
Эмонд Джой: Договорились. Ладно. Поехали. Помнишь, ты сказала, что, возможно, я встречу кого-то особенного в Хоук-Ридж-Холлоу? А что, если скажу тебе, что я действительно встретила кого-то особенного?
У меня в животе завязываются узлы от беспокойства, что это может означать конец нашей дружбы.
Фрэнки: Да. Я знаю.
Эмонд Джой: Подожди. Что? Ты знаешь? И ты не злишься?
Фрэнки: Да, я знаю, что Джио вызывает у тебя бабочек. Я бы не была в восторге, когда мы были моложе, но ты всегда будешь моей лучшей подругой, несмотря ни на что, и мне бы хотелось, чтобы ты стала моей сестрой.
Эмонд Джой: Ладно… Прости меня, пока я немного волнуюсь. Думала, ты набросишься на меня с кремовым пирогом. В любом случае, боюсь, он не чувствует того же самого. По крайней мере, уже нет.
Фрэнки: Джой, ты для него единственная. Его дикие дни закончились. Разве ты не видишь?
Что я вижу, так это Джио, идущего к танцполу с Козеттой, Манон или Амелией — не могу точно сказать, кто из них кто.
У меня щемит в груди, и я выскальзываю из бального зала.
Вскоре оказываюсь в большом вестибюле отеля. И мне хотелось бы остановиться, чтобы полюбоваться рождественским декором, но мое зрение размывают слезы, которые никак не помогают смыть образ Джио и одной из его «трех французских куриц», впечатавшийся в мое сознание.
Я всегда старалась смотреть на вещи с положительной стороны. Например, я могла сказать себе, что плюсом того, что Сэмпсон меня бросил, является то, что мне не придется переживать душевную боль от того, что тот мне изменяет. Потеря работы потенциально может открыть для меня новые двери. Жизнь с матерью показала мне ее с новой стороны, которую я обожаю.
Может быть, мне стоит согласиться на должность в Огайо? С другой стороны, мое сердце знает, чего оно хочет, хотя безопасность работы — это то, что ему действительно нужно.
Но я не могу придумать ничего положительного в том, чтобы потерять Джованни, если мы вообще когда-либо были вместе.
Фа-ла-ла-ла. Ха-ха-ха.
Похоже, фокус в том, что это шутка надо мной.
ГЛАВА 12
ДЖОВАННИ
Красная полоса проносится мимо моего зрения, и я бросаю поиски пропавшей сережки Козетты.
— Извини. Мне нужно… — Я не заканчиваю фразу, бросаясь вслед за Джой, когда она выходит из бального зала.
Догоняю ее в холле. Ее зеленые глаза устремлены куда угодно, только не на меня. Я хватаю ее за плечо, переводя дыхание. Не столько от быстрого бега, сколько от страха потерять ее.
