Читаем без скачивания Орден. Дальняя дорога - Дмитрий Шидловский

Вскоре Артем достиг дома барона. Дверь была распахнута. В прихожей, около лестницы, валялось тело старика Франца, на коленях над ним стояла Герда и даже не плакала, а уже выла, хрипела о своей потере, о поломанной судьбе. «Господи, его-то за что?» — подумал Артем и услышал звуки возни и голоса наверху. «Туда, быстрее».

В трапезной осколки битой посуды хрустнули под его ногами. На одной из ножек перевернутого вверх ногами стола повисло изорванное платье Марты. Сама Марта, голая и плачущая, лежала на спине в дальнем углу комнаты. Ее насиловал один из цильховских гвардейцев. Двое других держали ее разведенные руки и скабрезно комментировали изнасилование.

Увидев Артема, они уставились на него, как будто он помешал их милой застольной беседе.

— Боже сколько же можно вас убивать, — устало произнес Артем, вытаскивая меч и шагая к насильникам.

Первый метнувший к нему гвардеец был зарублен сразу же. Второй сумел парировать выпад, но тут же попал на незаметно вытащенный Артемом кинжал для левой руки. Третий гвардеец, тот, который насиловал Марту, не только не посмел поднять лежащий рядом меч, но даже не сообразил натянуть спущенные штаны. Его уже опадающий, но все еще торчащий пенис довершал отвратительную картину… Ничтожество закрыло руками голову, как от удара палкой, и выдавило нечто похожее на «А-а-а-а».

Артем подошел к нему и остановился в нерешительности. Ему очень хотелось добить эту падаль, но убить вот так, безоружного, он не мог. Марта, лежавшая между ними, метнулась в сторону и забилась в угол, присев, одной рукой обхватив ноги, а другой вытирая слезы.

Черепки на полу снова хрустнули — в комнату вбежали еще два молодчика покойного Цильха. Наверное, они шарили в кабинете в поисках ценностей и прибежали на шум боя. Выбора не оставалось. Поворачиваться спиной к подонку нельзя никогда. Артем быстрым движением заколол хнычущего насильника и повернулся к новым противникам. Те сделали по шагу вперед и остановились. Картина трех зарубленных товарищей и с ног до головы забрызганного явно чужой кровью слуги барона, дом которого они грабили, с мечом в одной руке и кинжалом в другой, не сулил им ничего хорошего. Один из них повернулся и бросился к выходу, второй тоже отступил на шаг, намереваясь сбежать. Молнией вылетевшая из дверного проема палка ударила первого бегущего гвардейца в лоб, точно над переносицей, так что голова его откинулась назад, а ноги взлетели вверх. На пол упало уже мертвое тело. В этот момент в дверях появился Питер. Описав дугу, его посох ударил второго гвардейца под колени, так что тот рухнул на пол, словно срубленное дерево. Мгновенно перевернувшаяся в воздухе палка развернулась и другим концом, как копьем, ударила его в висок, завершая дело. Все было кончено.

Питер вышел на середину комнаты и осмотрелся. Его взгляд остановился на забившейся в угол Марте. Та поймала взгляд, затихла, вжалась в угол и вдруг, словно повинуясь некоему приказу, вскочила, пробежала между Питером и Артемом, схватила с ножки стола обрывки своего платья и, прикрываясь ими, плача уже в голос, выскочила из комнаты.

Питер проводил ее взглядом и повернулся к Артему.

— Слава Богу, ты живой, — произнес он. — Барон приказал разыскать тебя.

— Что происходит, Питер? — спросил Артем. Только сейчас он почувствовал, как вся усталость столь долгого сражения наваливается на него.

— То, что должно было произойти. Переворот со стороны Великого Инквизитора. Я только не понимаю, почему так тупо и бездарно. Мы ожидали, что оно начнется с покушения или попытки арестовать Гроссмейстера. А тут в городе возникли какие-то стычки, и только часа через полтора после их начала отряд рыцарей, верных инквизитору, попытался прорваться в замок.

Артем посмотрел в окно, за которым начало смеркаться, и только теперь понял, что с начала драки в таверне прошло уже больше трех часов.

— Это из-за меня, — мрачно произнес он. — Меня пытались захватить люди инквизиции. Они поняли, что я им больше не верен. Не знаю как. Я начал сопротивляться, за меня заступился один из рыцарей. Прибежали еще люди Цильха. Все это и переросло во всеобщую свалку.

— Тогда понятно, — произнес Питер. — У меня к тебе поручение…

— Где барон?

— Он с Гроссмейстером, — ответил Питер, ничуть не удивляясь тому, как грубо его прервал Артем. — Гроссмейстер сейчас на пути в замок Гатен, где собралась большая часть его сторонников. К сожалению, его покинул начальник охраны. Идиот. Когда все началось, он зарубил одного из своих людей, очевидно шпиона инквизитора, собрал большую часть охраны и ускакал в город, штурмовать резиденцию Великого Инквизитора. Там, видите ли, его дама сердца заточена.

— Может, его стоит отозвать?

— И не думай. Полагаю, их всех уже перебили. В резиденции инквизитор собрал свои основные силы. Там целая армия. Он, очевидно, долго не мог понять, в чем дело, и не приводил в действие свой план переворота. Только поэтому, думаю, город еще не под полным его контролем. Собственно, похоже, сейчас он решился.

Как бы подтверждая его слова, по улице тяжело прогрохотали копыта коней, сопровождаемые звоном рыцарской амуниции.

— Что будем делать? — спросил Артем.

— Я должен был найти тебя. Тебе надо выполнить поручение барона. Если бы ты погиб, оно легло бы на меня. Но раз ты жив, я смогу быстрее преступить к другим заданиям. Слушай внимательно. Ты немедленно поедешь в Новгород и передашь посаднику вот это письмо. — Питер вручил Артему свиток, вынутый им из поясной сумки. — Это копия того письма, которое сегодня уже отправил Гроссмейстер. Ты — дублируешь. Но в десять раз важнее, чтобы ты передал на словах: «Барон просил не спешить». Это очень важно. Посадник все поймет. Далее, не задерживаясь в Новгороде, поедешь в стан князя Андрея. Расскажешь ему все, что видел здесь, и скажешь: «Все идет как должно». Возможно, князь захочет передать с тобой послание для барона. Но если даже нет, после этого ты вернешься в Новгород и будешь состоять при посаднике Святославе. Там мы найдем тебя. Выбирайся сейчас из города тайно. Если тебя остановят, представляйся кем угодно, но только не слугой барона Рункеля или любого другого благородного рыцаря. Если надо, прорывайся с боем. Темнота тебе в помощь. Скачи вдоль берега не ближе, чем до охотничьего домика Гроссмейстера и только там пересекай Неву по льду. Думаю, инквизитор уже выслал дозоры, чтобы ловить бегущих из города недругов. На постоялых дворах не ночуй. Там могут быть люди инквизитора. Лучше просись на постой в бедные деревенские дома и плати серебром вдвое против цен постоялых дворов. Отдыхай не больше, чем нужно, чтобы конь не пал, а ты не свалился бы из седла от усталости и бессонницы. Времени мало. В путь.

— Питер, — устало произнес Артем, — у меня сегодня был тот поединок, к которому я просил меня подготовить.

— Замечательно, — улыбнулся Питер, значит, ты можешь начать готовиться к следующему. Это тебе на дорогу. — Питер бросил Артему увесистый кошелек, повернулся и тенью исчез в дверном проеме.

Глава 33

Бегство

Артем остался в комнате один. Некоторое время он стоял, погруженный в себя. Мыслей не было, но, казалось, в душе происходит нечто, что позволяет пережить этот день. Внезапно сознание полностью вернулось к нему. Если все, сказанное Питером, правда, то времени действительно мало. Начнись все по плану, составленному заговорщиками, то наверняка первым делом закрыли бы входы и выходы из города. Потом должны были начаться обыски и аресты в домах. И в первую очередь — в этом. Но все пошло наперекосяк. Собственно, при всей выверенности заговора его организаторы, похоже, просто передержали ситуацию. Слишком долго потенциальные противники смотрели друг на друга через опущенные забрала. «Если все стены в ружьях, поверь, хоть одно да пальнет», — вспомнил Артем строчку из песни «Машины времени». Вспышка могла начаться с чего угодно. С ссоры благородного рыцаря с кем-то из цильховцев. С оскорбления, брошенного нечаянно. Она началась со схватки с пришедшими арестовывать его молодчиками. Значит, так тому и быть.

Он быстро очистил клинки от крови, затем спустился в свою комнату и переоделся в чистую одежду. Подумав, поднялся в трапезную, снял с одного из убитых гвардейцев куртку со знаками отличия и натянул на себя. Свою «гражданскую» куртку он засунул в седельную сумку вместе с остальным багажом. Спустившись и перейдя в конюшню, он оседлал свою лошадь, вскочил в седло, бросил прощальный взгляд на дворик и выехал на улицу.

Уже полностью стемнело. Похоже, что заговорщики действительно взяли город под контроль. Шум боя стих, а по дороге то и дело попадались цильховские гвардейцы и рыцари с крестами в виде мечей. Трупы уже начали убирать. Звуков грабежей уже не было слышно. Три гвардейца конвоировали двух обезоруженных ландскнехтов.

Артема не останавливали и не окрикивали. Мало ли по каким делам едет гвардеец в только что захваченном городе. Артем понял, что ему следует выглядеть увереннее, и, возможно, в неразберихе первых часов переворота это сойдет с рук. Он приосанился, изображая важность государственного лица, и пустил коня рысью, будто спешил с важным поручением. Номер прошел. Только перед выездом в порт ему встретилась застава из гвардейцев. Цильховцы рассыпались, цепью преграждая дорогу, а старший поднял руку и выкрикнул: