— Мы будем драться с тобой поочерёдно, за право преподнести тебя нашей хозяйке вместе с главным призом этого турнира.
«Хозяйке… Ну вот теперь всё сходится. И типовые наборы артефактов, и модифицированные тела, и строго по одной способности на каждого, и посредственный интеллект при 80-м уровне и зашкаливающих других статах, и даже название команды. Они и правда милые котики, специально выведенные и выдрессированные своей долбанутой хозяйкой. Интересно, она сидит где-то в вип-комнате, и наблюдает за своими зверюшками через экран, или ждёт их возвращения у себя наверху, где-нибудь на шестом, а то и седьмом ярусе? А хуже всего то, что я при любом исходе боя окажусь в жопе. Проиграю — придётся надеяться на защиту Нэш или банка от анального рабства, выиграю — эта загадочная хозяйка явно не обрадуется…» — из размышлений Вику вывел голос диктора, возвестивший о начале боя.
Кудрявая фута изящно шагнула вперёд, и ей навстречу бросился Сириус. Свет вокруг смуглянки вдруг стал гораздо ярче, сложился в щит, и десятки лучей ударили в Викиного фамильяра, разрезая чёрную тень. Вспыхнул «огненный плащ» в безуспешной попытке заблокировать атаку, защищавший пса «садомазохистский барьер» мигнул, переливаясь кислотным сочетанием голубого и розового, и Сириус отлетел к Викиным ногам, вернувшись в физическую форму.
— Порву самку с членом! — сообщил оставшийся невредимым пёс о своих намерениях.
Фута дёрнулась и с удивлённым лицом провела рукой по губам, а потом уставилась на свои перемазанные кровью пальцы так, словно видела эту алую субстанцию впервые. «А прямая атака на жизненную силу эффективнее чем я себе представляла,» — подумала Вика, удовлетворённая эффектом. Истинное зрение переводило произошедшее в понятные визуальные образы так: сразу после атаки на Сириуса, от его барьера в футу ударил тончайший луч, и внутреннее пламя девушки стало заметно тусклее. Конкретные внутренние повреждения организма были не важны, они почти сразу же затянулись благодаря подаренной амулетом регенерации, главное — жизненная сила не восстановилась.
Виктория подняла посох, направила через него ману, и открыла три пространственных разлома — двое по бокам от себя, и один над головой. Демонические тентакли хлынули на арену.
— Высосите из неё жизнь, всю, до последней капли, — приказала ведьма.
— Как пожелаешь, — стало ей ответом.
Вот только фута со своей способностью магической манипуляции светом оказалась гораздо сильнее, чем Виктория могла себе представить. Свет вокруг смуглянки стал таким ярким, что сконцентрированная в нём мана резанула даже по истинному зрению, вперёд ударили сотни тоненьких лучей, искривляясь и переплетаясь в какой-то сложный узор, пронзили призванные Викой щупальца и пространственные разломы, и… Всё это обратилось в ничто. Щупальца осыпались на землю ошмётками плоти, а разломы дестабилизировались и исчезли. Однако следующей атаки не последовало — футе пришлось вновь защищаться от Сириуса. В чёрную тень ударил гигантский кулак, сотканный из света, и фамильяр отлетел к краю арены. Однако барьер, пускай и треснувший, в сочетании с огненным плащом и в этот раз защитили пса, и он не получил ран. Виктория, заметив, что защитное заклинание на пределе, тут же повторно наложила на Сириус «садомазохистский барьер».
Лицо футы скривилось от боли, и в этот раз тоненькие струйки крови потекли из её ушей.
— Знаешь, а мне ведь не нужно бить тебя или твой псину, чтобы выиграть, — сказала кучерявая девушка.
Тело смуглянки превратилось в сгусток яркого света, и она в мгновение очутилась перед Викторией. Протянула свою сияющую руку, упёрлась пальцами в барьер… и просто сожгла его, разрушив структуру заклинания, не вызвав ответного удара по жизненной силе. А затем подалась вперёд и схватила Вику за горло. Всё произошло так быстро, что ведьма едва успела осознать случившееся, о том, чтобы среагировать речи не шло.
«И это одна способность называется? Да она свои долбанным светом может больше, чем весь мой арсенал!» — подумала Виктория. Хватка футы блокировала не только дыхание, но и потоки маны… Вика не могла использовать способности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Казалось, это конец — Сириуса, попытавшегося прийти на помощь хозяйке, фута просто заключила в кокон из чистого света, в котором пёс бился словно в клетке, безуспешно пытаясь вырваться. И тут, с некоторым запозданием, сработали наложенные на Вику «сила грома» и «огненный плащ». Руку футы облизнули языки пламени, по пальцам ударили небольшие молнии. Кудрявая блондинка разжала пальцы, отшатнулась, и этого мгновения Вике хватило. Вернув контроль над маной, ведьма ударила по противнице стрелой любви. Решение было принято интуитивно, памятуя об отсутствии у милых котиков защиты от эромагии и исходя из внутреннего ощущения того, какая способность будет быстрее. Камень в навершии Викиного посоха мигнул, и с него сорвалась настоящая стрела. Ну, вернее сгусток розоватой энергии эроса в форме стрелы, с дополнительным магическим плетением замедленного действия в наконечнике.
«Чёрт, а ведь последний компонент — это ментальное воздействие, а от него они защищены артефактами… Грёбанные сноски в правилах!» — подумала Виктория. Но тем не менее, атака стрелой любви сработала.
Фута дёрнулась, повела рукой в попытке сбить стрелу лучом света, но тот лишь бессильно прошёл сквозь — не тот диапазон тонких энергий. Из-за своего движения смуглянка подставилась под заклинание таким образом, что снаряд пронзил её амулет.
Критический успех! Мощная энергия эроса в вашем заклятье нарушает работу магической структуры вражеского артефакта, а и он на время перестаёт работать!
Одним из эффектов амулета как раз было сопротивление ментальной магии… Стрела любви подействовала на футу в полной мере. Эффект, впрочем, был довольно странным. Во-первых, член кудявой смуглянки мгновенно пришёл в состояние полной боевой готовности, не просто встав, а буквально вскочив колом. Во-вторых, её лицо вдруг исказилось, стало каким-то испуганным и печальным, полный обожания взгляд упёрся в Вику, и из зелёных глаз футы потекли слёзы. Её губы прошептали:
— Прости… Как же я могла сделать тебе больно…
Изо всех сил борясь с всепоглощающим желанием броситься на этот шоколадный пенис, Виктория нашлась как использовать выпавший шанс.
— Я тебя прощу, дорогая, если ты уберёшь свою защиту и дашь моим тентаклям с собой поиграть. Такая мелочь же не будет препятствием нашей любви? — Вика выпалила это инстинктивно, даже не поняв, что именно говорит, прежде чем последнее слово не сорвалось с губ.
— Конечно… — с придыханием ответила фута, и окружавший её тело магический свет рассеялся.
Под ногами смуглянки раздвинулась пространственная трещина, и наружу медленно полезли демонические щупальца. Больше всего Вика боялась, что сейчас вмешаются остальные котики, и тогда всё, придётся кричать «спасите помогите меня хотят угнать в рабство к какой-то психованной кошатнице» в надежде что кто-то и впрямь поможет. Но остальная четвёрка котиков спокойно наблюдала, как к их соратнице подбираются тентакли. Виктория же, продолжая бояться, в бешеном темпе накладывала на каждое отдельное щупальце садомазохистский барьер, параллельно проклиная отсутствие у себя в скиллах мультикаста.
Тентакли ползли вверх по телу покорно застывшей футы, заключая её в кокон, а та не сводила влюблённых глаз с Вики. Заклинание продолжало действовать, и кажется, смуглянка так ничего и не поняла, а когда защищённые кучей барьеров демонические щупальца полностью её облепили и принялись разом вытягивать жизненную силу, трепыхаться было уже поздно. Несколько секунд, и фута умерла, а её труп, не размыкая кокон, утащили в пространственный разлом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Это часть твоей платы. Но не вся.
«А теперь главный вопрос — они и впрямь будут драться со мной в одиночку и по очереди, или смерть товарища станет достаточным поводом отказаться от этой затеи и наброситься на меня вчетвером? Впрочем, я всё равно не пожалею о своём решении убить её. Вряд ли они бы просто признали поражение, даже выиграй я у каждого по отдельности. Так что лучше уж четверо сейчас, чем пятеро потом…» — думала ведьма.
