Развернувшись, ухожу. С матерью, конечно, стоит переговорить однозначно, что-то она себя возомнила вершителем судеб. Сама не знает, с кем имеет дело, давая опрометчивые обещания насчет меня. Соломонов и впрямь способен испортить жизнь, в этом я не сомневаюсь. Так что нужно серьезно обдумать сложившуюся ситуацию в ближайшее время.
Как раз успеваю к началу обеда, даже раньше Насти приезжаю, это хорошо, не придется ей одной таскаться под пристальными взглядами. Еще кто-нибудь с вопросами нападет... А она совершенно не умеет быть невозмутимой и скрывать эмоции. В этом плане, конечно, наша театральная постановка может провалиться в самый неподходящий момент.
Впрочем, я тоже хорош, в бассейне позволил себе лишнего. Много лишнего. Когда увидел её у шезлонга и понял, что хочу поцеловать. Просто так, вовсе не для демонстрации обществу. И когда воспользовался этим прикрытием и поцеловал. Про сам бассейн вообще промолчу. Ни о каком поддержании легенды, само собой, и речи не шло.
Даже вспоминать не хочу, потому что воспоминания вызывают прилив возбуждения, которое мне сейчас точно ни к чему.
Насколько бы было проще, если бы Настя не вызывала во мне таких эмоций. Когда я увидел ее впервые, был уверен, что с этим проблем не будет: худая, угловатая, не сказать, что красавица, и ведет себя, как школьница. Но теперь странным образом все это меня в ней стало привлекать. И фигура у нее, кстати, неплохая, просто она не умеет ее подчеркивать, вот и видно только острые плечи и тонкие руки. Хотя ведь вполне есть на что посмотреть.
Мотаю головой, вот как так, полдороги думаю о ней, и даже не понял, как это случилось. В этом плане в Насте куда больше разумности, чем во мне. Ее желание оставаться в очерченных договором границах очень мне понятно. Если бы она еще только сама могла, если бы не реагировала на мои прикосновения так ярко, чувственно...
Я уже радуюсь, когда приезжаю загород, где на базе отдыха отделен большой участок под мероприятие. Нужно немного отвлечься от этих мыслей.
Снуют репортеры, народу прилично, я успел к началу. Смотрю на часы и уже хочу набрать Настю, когда мобильный звонит. А вот и она.
— Я тебя встречу, – говорю девушке, разворачиваясь.
Выхожу на забитую машинами парковку, выглядывая такси. Прохожу по рядам, когда слышу Настин голос:
— Демьян!
Оборачиваюсь и замираю, мысленно матерясь. Она в том черном платье, в котором я видел её в примерочной. Воображение тут же дорисовывает вид сзади, хотя спереди тоже очень даже. Волосы собраны на голове, легкий макияж, платье, босоножки на высоком каблуке. Настя стоит, переминаясь с ноги на ногу, словно ожидая моего вердикта. Иду к ней, оказавшись рядом, подаю локоть, она берется за него с робкой улыбкой.
— Шикарно выглядишь, Насть, – произношу негромко, чувствуя, как ее пальцы на мгновенье сжимаются на моем локте.
— Спасибо, – произносит в ответ.
— Держись уверенно, – даю наставление, – и забей, если покажется, что кто-то на тебя не так посмотрел. Это на подобных мероприятиях норма. В лицо улыбаются, за спиной обсуждают. Мне порой кажется, что они сюда приходят как раз за тем, чтобы собрать все сплетни за последний месяц.
— Зачем ты сюда ходишь? – задает она вопрос. Пожимаю плечами.
— Я не всегда хожу, но порой приходится. Статус.
Настя кивает, и мы входим на территорию. Она осматривается с любопытством, хотя чувствую: нервничает. Мы быстро оказываемся в центре внимания. Если в жизни домохозяек мы стали популярной темой, то в этом круге, может, и более. Демьян Третьяков связался с бесприданницей. Да еще успел несколько лет назад заделать ей ребенка. Вот это повод для сплетен. К нам подходят поздороваться, каждого знакомлю с Настей, смотрят с любопытством, но никто ничего не спрашивает.
Вскоре вижу маму под руку с какой-то подругой. Так, вот это будет интересная встреча. Вообще, я планировал познакомить их отдельно в домашней обстановке, но из-за сдачи объекта руки так и не дошли.
— Насть, – наклоняюсь к ее уху, кивая в нужную сторону, – вон там моя мать... Давай я вас познакомлю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она напрягается, снова цепляясь за мой локоть. Такими темпами к концу вечера у меня будут синяки. Хотя я и сам переживаю немного. Все-таки не зря рассказал матери, иначе бы ее реакция была непредсказуемой.
Когда приближаемся, рядом, конечно же, начинает отираться фотограф. Скоро я начну чувствовать себя звездой.
— Мам, знакомьтесь, – говорю после приветствия, – это моя любимая девушка Настя.
Мама улыбается, как по мне, совершенно ненатурально, оставив любопытствующую подругу, отводит нас в сторону.
— Очень рада знакомству, милая, – говорит, пожав Насте руку, – уверена, мы подружимся. Нужно больше времени проводить вместе, тем более теперь, когда у меня так неожиданно появился внук.
Я чувствую, что Настя превращается в каменную глыбу, повисая на моей руке, даже приходится напрячь мышцы. Определенно, ей не нравятся мамины слова, хотя сейчас та играет вполне сносно. А Насте точно расслабиться не помешает. Выпить ей надо немного, вот что.
— Мы отойдем, – говорю с улыбкой, развернув девушку, по инерции кладу руку ей на спину, она слегка вздрагивает, чувствую, как ее кожа покрывается мурашками.
Не удерживаюсь, веду легко пальцами вниз до поясницы, Настя глубоко вдыхает, вытягиваясь струной. Это действует на меня совершенно предсказуемо: в голове начинают крутиться неприличные фантазии.
— Пойдем к столикам, – говорю на ухо девушке, и снова вижу мурашки, на этот раз бегущие по шее. Черт, Настя, перестань ты так реагировать. Иначе я за себя не ручаюсь.
Мы уже стоим у столиков, Настя берет бокал, а я слышу за спиной:
— Привет, Демьян.
Застываю истуканом, готовый помотать головой. Потому что голос этот мне до боли знаком, но никак, никак не может раздаваться здесь, за моей спиной. Резко оборачиваюсь, и в висках тяжелеет. В двух метрах от меня стоит Дарина.
Глава 17
Настя
Да уж, улыбаются в лицо, а за спиной судачат. Мать Демьяна самый яркий тому пример. Сделала вид, что мы незнакомы. Да и пожалуйста, не больно-то и хотелось. Только лучше бы она ничего не говорила, ее слова жутко бесят.
Демьян, словно почувствовав это, ведет меня к шампанскому. Да, это то, что надо. Еще бы он не касался меня так откровенно. Ничего не могу с собой поделать, даю слово не реагировать, но телу на мои слова плевать, у него своя жизнь, когда Демьян рядом.
А потом его окликают. И все меняется в один миг. Я даже не вижу это, чувствую: воздух вокруг становится плотнее и тяжелее. Обернувшись, рассматриваю идущую к нам девушку. Ей лет двадцать семь, высокая фигуристая брюнетка с красивым лицом. Осанка и уверенность в себе, шаг от бедра. Легкое красное платье словно струится по телу, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб. Я чувствую себя дохлым подростком рядом с ней.
Держу свой бокал, ожидая продолжения. Она останавливается перед Демьяном, быстро на меня посмотрев и потеряв интерес. На губах легкая улыбка, взгляд пронизывающий. И вроде бы все такое постановочное, а цепляет. Демьяна вот точно цепляет.
— Дарина... – произносит он, пытаясь скрыть растерянность. – Ты здесь какими судьбами?
Она пожимает плечами.
— Вот решила вернуться на родину.
Демьян усмехается.
— Не сложилось с Америкой?
— Почему не сложилось? Сложилось. У меня новый контракт в России. Съемки будут в Крыму. Так что я теперь здесь. Подумываю задержаться, без работы точно не останусь. Ну и вообще, – она бросает на меня быстрый взгляд, – не познакомишь меня со своей большой любовью?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мне не нравится то, как она произносит эти слова. Даже не из-за отношения ко мне, а из-за тона, словно знает, что ничего между мной и Демьяном нет. Он, кстати, тоже хмурится, словно недоволен.
— Это Настя, это Дарина, – говорит коротко, без пояснений. Впрочем, сложно не догадаться, что между ними был роман. И судя по реакции Демьяна, эта девушка все еще занимает место в его сердце.
