Читаем без скачивания Найдите эту женщину - Ричард Пратер

Изабел закрыла руками глаза и стала отворачиваться, но все равно упорно молчала. Пока она ничего не признала, так что я по-прежнему находился в “лесу”. Я шагнул ближе к ней, схватил ее за запястья и оторвал ее руки от глаз. Ее лицо было в нескольких дюймах от моего, и ее белая кожа стала еще бледнее, чем минуту назад. Ее сухие губы раздвинулись, я подумал, что она “созрела”, поэтому я решился на весьма жестокий шаг, чтобы сломить ее сопротивление. Мне не хотелось бы этого делать, но я не мог придумать ничего другого.

— Вам никто не поможет, крошка, даже Дэнт. У вас не будет счастливого безоблачного будущего, но зато и Дэнт никогда не узнает, что вы обвели его вокруг пальца.

Она немного нахмурилась, на ее лице появилось недоумевающее выражение.

Я продолжал вкрадчивым голосом:

— Он так и не узнал, что вы вовсе не Кристел Клэр. Он продолжал воображать, что вы — его очаровательная малютка Кристел, когда я убил его.

Ее лицо сразу же осунулось, посерело, она посмотрела мне в глаза, опустила руку вниз на грудь и снова подняла к лицу.

Я сказал:

— Это правда, крошка. Все кончено... Совсем недавно я застрелил его.

После этого она сдалась. Она повернула белокурую голову в сторону Хоукинса и прочитала ответ на его лице. Я же уже в который раз задал ей вопрос о Картере, и она сквозь зубы не то простонала, не то крикнула:

— Ох, мой бог, да. Я убила его!

И тут она вторично у меня на глазах потеряла сознание.

Я был жестокосердным сукиным сыном, но теперь “прерия” оказалась ближе ко мне. Я взбирался по трупам, чтобы попасть туда, но я приблизился к победе.

Пятнадцатью минутами позже, когда я наблюдал за лицом Изабел и слушал, как она говорит, я понял, что она была еще более эгоистична и хладнокровна, чем я считал. Она думала только о деньгах даже тогда, когда в семнадцатилетнем возрасте вышла замуж за человека на двадцать лет старше себя. И наконец, как случилось раньше и будет снова случаться, Гарвей Эллис вынужден был начать воровать, чтобы иметь возможность покупать своей малютке Изабел те вещи, о которых она мечтала. Получалось у него это совсем неплохо. Капитан Сэмсон размышлял о том, что Эллис мог прибрать к рукам те четверть миллиона, которые были похищены в Лос-Анджелесе. Сэм имел все основания для таких предположений: на счету Гарвея и Изабел было двести шестьдесят тысяч, когда она решила с ним порвать.

Она продолжала так, как будто разговаривала сама с собой:

— Я хотела получить эти деньги сильнее, чем желала чего-нибудь другого, а потом отделаться от этого старого козла, я практически уговорила его провести еще одну последнюю операцию, потом выдала его полиции и отправилась оформлять развод. Я изменила имя и все остальное, но боялась начать тратить деньги из-за полиции. Деньги все еще были у меня, когда я встретилась с Дэнтом, и он был, ну, как бы сказать, он явился ответом на все мои вопросы, и я могла тратить спокойно через него. Он был от меня без ума. Так или иначе, я вышла за него замуж и позволила ему использовать мои деньги, чтобы финансировать это предприятие.

Помолчав, она улыбнулась.

— Он вообразил, что я дала их ему потому, что влюбилась в него по уши.

Улыбка растаяла, и она продолжала:

— После Картера я сказала Виктору, что я это сделала для него, ради него, потому что люблю его. Я уверяла его, что Картер узнал про то, что Виктор убил Биг Джима Уайта, что он направлялся к шерифу, когда я... остановила его.

В этом месте вмешался Хоукинс:

— Дэнт убил Биг Джима?

Она даже не подняла глаз.

— Это теперь ему уже не повредит, — бросила она равнодушно. — Да, он убрал его как раз перед тем, как вступил в предприятие “Инферно”. Картер, конечно, не имел об этом ни малейшего понятия, но Виктор мне поверил.

После небольшой паузы она добавила:

— Он меня действительно любил.

Она продолжала говорить, начала все сначала, однако во втором варианте пыталась нас заставить поверить, что Картер надумал шантажировать ее. Но лично я не сомневался, что этот вариант только что пришел ей в голову.

Наконец-то я понял, почему Дэнт едва не полез на стенку, когда я совершенно случайно наткнулся на него и Лоррейн в “Пеликане”. Он посчитал, что хотя Картер и убит, но любой человек, например я, если начнет выяснять причину его исчезновения, то не только сумеет узнать, что убила его Изабел, но также наткнется на ту информацию, которой, по мнению Дэнта, располагал Картер.

Изабел разговорилась, отвечала на все вопросы, но ночь была длинной. Особенно для нее. Лейтенант со своей дотошностью не скоро от нее отстанет.

Солнце стояло высоко, когда Изабел отправили в камеру, а я закончил разговор с усталым Хоукинсом, смотревшим на меня покрасневшими глазами.

— Что будет со мной? — спросил я.

— Как я уже говорил вам раньше, — ответил он, — единственное преступление, за которое в Канаде не отпускают под залог, — это измена и преднамеренное убийство. Вас конечно отпустят с обязательством явиться в суд в определенный срок, но сумма залога будет большая.

Я был настолько измучен, мне так хотелось спать, что голова моя соображала плохо. Но я знал, что намеревался что-то сделать.

И тут я вспомнил:

— Можно воспользоваться вашим телефоном? — спросил я.

Он придвинул аппарат через стол, а я позвонил в “Дезерт Инн” и попросил меня соединить с комнатой Коллин. Она ответила мне сонным голосом.

— Хэлло, — заговорил я, — я как-то не подумал, что вы уже спите...

— Шелл? Это вы?

— Угу. Послушайте, все кончено. Сегодня вечером я отправляюсь в Лос-Анджелес, но я должен вернуться через пару дней на дознание к коронерам.

— Что случилось? Вы в порядке?

— Да. Я был занят данным делом всю ночь. Сейчас мне кажется, что я бы не смог повторить все сначала, Коллин.

Наступила небольшая пауза, во время которой я сонно моргал на противоположную стену, потом она сказала:

— Вы возвращаетесь в Лос-Анджелес? Но вы же хотите снова увидеться со мной, не так ли? Вы зайдете ко мне?

— Конечно!

Я подумал, что после той заварухи, в которой я побывал прежде, плюс события сегодняшней ночи, могло случиться так, что в комнату Коллин меня пришлось бы тащить на носилках. Но теперь-то я непременно побываю там.

На всякий случай я добавил:

— Если мне удастся это сделать... — я зевнул, — послушайте, дорогая, почему бы нам не поехать туда вместе? Вы хотите...

Я замолчал. Как раз в тот момент, когда я зевнул, раздался щелчок в трубке, и до меня дошло, что Коллин без всякого на то основания прервала наш разговор.

Я взглянул на Хоукинса с открытым ртом.

Он усмехнулся:

— Вы, несомненно, сердцеед!

— В чем дело? Почему она повесила трубку? Что...

Хоукинс заговорил слащавым голосом...

— Мы увидимся, дорогая... я зайду к вам, дорогая... если мне удастся сделать это, дорогая.

До меня дошло, и я застонал.

— Проклятие! Я подумал о том, что я до такой степени устал, что....

Бессмысленно ему объяснять.

Я снова позвонил ей, но не дождался ответа. Какого черта? Придется ехать в отель и лично улаживать это недоразумение.

Однако я не мог немедленно уйти. Мы сидели спокойно какое-то время и курили сигареты, которые мне показались отвратительными, потому что я выкурил их уже слишком много. Во рту у меня был какой-то противный привкус. Хоукинс ознакомил меня с некоторыми данными, о которых я до сего времени не знал.

Нилс Абель, лысую голову которого я стукнул в аэропорту, получил солидную трещину в черепе и находился в больнице. Его напарник, Джо Файн, скрылся, но на его след напали. Лохматый Ллойд, фамилия которого, как оказалось, была Вивер, не умер от ножевой раны, как я опасался. Но он был вообще больным человеком, так что в любом случае дни его были сочтены.

Что касается меня, то Хоукинс был убежден, что каждый раз я действовал в целях самообороны, сражался за свою жизнь, а вовсе не пытался скрыться от правосудия. Сам он был в восторге от возможности наконец-то закрыть дело о гибели Биг Джима. Мне пришлось отвечать на множество вопросов, но Хоукинс заверил меня, что жюри коронеров вынесет вердикт об “оправданном” убийстве, скорее всего не будет предварительного слушания дела.

Я думал об этом и о людях, проходивших по делу. До чего все в мире странно устроено! Изабел ожидают тяжелые испытания, в которых она станет винить кого угодно, кроме самой себя, а Гарвей Эллис ничего не нарушил с точки зрения закона. Теперь я знал, что все то, что по словам Эллиса он сообщил Картеру” на самом деле успел выяснить Картер и передал ему. Но на какое-то время я был обманут.

Каждый раз, думая об Изабел и о том, что ее ожидает, я сомневался, что жюри вынесет смертный приговор этой миловидной блондиночке. Она сумеет их разжалобить. В Неваде использовали для казни газовую камеру. Она вполне ее заслуживала. И все же такого наказания я ей не желал.