Читаем без скачивания Точите ножи! (СИ) - Андрей Евгеньевич Фролов

— Понимаю. А ты сам?

Чу-ха подвигал нижней челюстью, часть которой больше напоминала железный капкан. Он явно боялся предложенного, но никогда бы не показал этого, особенно такому как я. А еще ему на самом деле было интересно, такое я считывал и без «низкого писка».

— Ты ведь понимаешь, Ланс, — спросил он наконец, — что если твои штучки хоть частично обернутся против стаи, Ханжа снесет тебе башку?

— Прикус, — я позволил себе нажим, без которого в Юдайна-Сити не торгуют даже на рынках, — хватит меня запугивать. Я безмерно уважаю профессиональную паранойю, сам такой… но не стоит перебарщивать, особенно перед заказчиком.

Он услышал то, что хотел. И на том языке, что был привычен ему с малых лет. Медленно кивнул, отступил на шаг, сдвинул ассолтер на бок. И уже почти направился к остальной группе, как словно бы спохватился и вдруг вернул мне заботливо-колкое:

— Ланс, ты же помнишь, что не включен в наш тактический план? Я не хочу сказать, что ты будешь предоставлен сам себе, но…

Я жестом оборвал Прикуса. Конечно, я помнил. А «не включение в ТП» означало примерно: не путайся у нас под ногами и сам спасай свою шкуру, если станет жарко. Я не в обиде. И уже обязан «Садовникам» как минимум за профессиональную разведку и подтверждение местоположения цели.

Тем временем Прикус собрал бойцов вокруг себя и негромко делился моей расчудесной задумкой. Те (привыкшие узнавать все заранее, и я понимал их негодование) шипели, скалились, постоянно оглядывались в мою сторону, ругались, тыкали пальцами в ветростат и гудели не хуже спорящих кочевников. Разумеется, самым недовольным выглядел Ханжа, с первых минут знакомства не питавший ко мне теплых братских чувств…

Через минуту спора Прикус поставил точку. Умело, по-командирски, как я и просил. Затем вся банда двинулась ко мне, на секунду заставив поверить, что сейчас я действительно отправлюсь в полет, но одиночный, и совсем не на ветростате.

Окружив полукольцом и почти прижав к парапету, наемники угрюмо изучали своего необычного заказчика. Прикус снова издал неопределенный глухой «гхмм».

— Призна ю… — добавил он с неохотой, — план с ветростатом и правда недурен. Но Ханжа остается в сознании. И если что — сисадда, Ланс? — станет нашей гарантией.

— Понимаю, — кивнул я, бесстрашно взглянув Ханже в глаза. — Ценю вашу честность, парни. И твою смелость, пунчи…

— Да плевать, что ты ценишь, бледный, — скривившись, тихо пробормотал наемник с протезом вместо левой нижней лапы, хотя было заметно, каких невероятных усилий требует от него перспектива прокатиться над городом без помощи шаманских чар. — Давай-ка, начинай…

— Ла-адно, — протянул я и потер ладони, — если все готовы, то Ханжа должен отойти в сторонку… да, вот так достаточно. А теперь слушайте меня внимательно.

Взглянув в каждую из шести морд, окруживших меня, я вздрогнул и ощутил, какой от них несет звериной яростью, помноженной на профессионализм и холодный коммерческий расчет. Теперь главное сосредоточиться и все сделать верно, потому что (вот же сюрприз!), опробовать задуманное заранее я не имел ни малейшей возможности…

— Слушайте меня внимательно и не перебивайте, — настраивая голос, повторил я и медленно проскользил взглядом по каждому из бойцов. — Постарайтесь расслабиться, не отвлекайтесь, дышите ровно. До схватки еще есть время, и вернуть концентрацию вы успеете, а сейчас я хочу всецело завладеть вашим вниманием.

Солнце нагревало грозные тактические шлемы, легкий ветерок шевелил разноцветную шерсть шестерых чу-ха, послушно застывших перед чарословом-Джадуга. Они слушали, слышали и подчинялись.

Убедившись, что первая ступень успешно пройдена, я начал читать, медленно, с выражением, но без особого давления. Всматривался в хищные морды, читал по холодным глазам, следил за мозолистыми пальцами.

Силуэт Ханжи, маячившего сбоку с ассолтером наготове, немного отвлекал, но я умело абстрагировался от этого неприятного фактора.

После первых четырех двустиший вздрогнул и «поплыл» Панго, следом за ним в уколы от булавок превратились зрачки Као-Ду. Я нарушил привычный ход «низкого писка», позволив себе все тем же голосом попросить «Садовников» не противиться и полностью впустить в сознание мои слова и советы. Затем прочитал еще несколько строк.

Прикус попробовал потрясти головой, но тут же осекся, дисциплинированно убеждая себя не сопротивляться. За ним не в себе оказался Ребро, чья пасть безвольно приоткрылась.

— Шестая мышка сердцем вышла,

Три упорных будто не слышат.

Я декламировал, внутренне ликуя от ощутимого эффекта, в который еще этим утром и сам-то не до конца верил. Но вместо того, чтобы закрепить полный контроль над чу-ха фонетическим фиксатором, повысил голос и произнес:

— Высота больше не вызывает в вас страха. Вы останетесь собранны и внимательны, будете надежно держаться за поручни и перила, но высота больше не напугает вас. Она добра, красива и покорна нашей воле.

Шестеро «Садовников» мелко покачивались в легком трансе, и я снова не без труда удержал волну гордости и превосходства. Да, приятные чувства, и нужно будет обязательно записать это достижение в свое резюме, но позже, многим позже… Неужели у меня действительно получилось?

— Прикус? — негромко позвал я, с замиранием сердца ожидая, что сейчас транс прервется.

Но командир отозвался кивком и характерным горловым звуком, при этом не утратив образа чуть подвыпившего гуляки.

— Командуй, мы загружаемся, — сказал я, отступая в сторону и давая дорогу к якорному «жалу» ветростатского щупа.

Опустив забрала, наемники один за другим вступили на парапет. Двигались они при этом по-прежнему уверенно и пружинисто, но словно находились под действием легкого наркотика. Через мгновение за плечом оказался Ханжа.

— Все в порядке? — напряженно спросил он, дыша мне в спину, но при этом вопрос был адресован вовсе не «бледному».

— В полном, дружище, — просипел Прикус, и я с удивлением расслышал в его голосе азарт, — это будет даже интересно… Вперед!

За моей спиной в ножны со знакомым звуком вернулся узкий обоюдоострый клинок. Затем Ханжа тоже вспрыгнул на парапет и, стараясь не смотреть за край комплеблока, полез на «хвост» вслед за остальными.

Крыша оставалась пустой, а о недавнем присутствии отряда напоминали лишь светошумовая растяжка и умный пластиковый короб, куда были сброшены ненужные вещи, упаковки и сумки — когда мы уйдем, он полностью выгорит изнутри.

Шустро перебирая лапами, «Садовники» занимали места на обеих сторонах «хвоста»; цеплялись за железные поручни и с осоловевшим бесстрашием изучали улицы внизу. Последним к их живой грозди присоединился я сам.

Нет, разумеется, я не огромная прямоходящая крыса, но высота меня тоже нервировала. И даже заставила задуматься, почему столь умненький Ланс Скичира не продумал, какое успокоительное средство применить на самого себя?

Ответ пришел через секунду: я вспомнил заброшенный склад, отмороженных палачей Пыльного, труп Разрушителя… сердце