«Ещё один представитель моего окружения — так называемой “золотой молодёжи”», — подумала я.
При посещении спортивного зала Олег выступал в роли тренера по силовой подготовке. Сначала молодой человек объяснил, что, будучи в отличной физической форме, Олег устраивает его как тренер, но несколько раз посетив с ним спортивный зал, Олег понял настоящую причину его просьбы. В рафинированной и расписанной на годы жизни банкиру не хватало ощущения остроты и опасности, и он нашёл замену этим чувствам в постоянных конфликтах с окружающими. Мог запросто обматерить любого. Почему-то именно так он понимал мужскую крутость. Показушное наглое поведение — пальцы веером, дурацкие фразы — казалось ему чрезвычайно мужественным и интересным. Это раздражало и выводило из себя людей, которые оказывались у него на пути. Несколько раз доходило до драки.
Олег пытался объяснить идиоту, что с точки зрения уголовного кодекса на банкира запросто могут примерить статью о хулиганстве. И услышал в ответ: «Тебе платят за то, чтобы я её не примерял». В общем, разруливать конфликтные ситуации приходилось Олегу.
Он признался, что, когда нужно, умеет жёстко и доходчиво объясняться. Есть масса способов подавить волю человека при разговоре, например фиксировать взглядом один его глаз. Олег предпочитал левый. Для психологического подавления — очень эффективная штука. Этому его научили ребята из сборной команды России по тайскому боксу. У Олега, оказывается, много друзей спортсменов. Но это применительно к человеку, по-настоящему готового к серьёзной схватке и не рассуждающего, что будет потом, когда он полоснёт противника ножом. Если будешь задумываться о последствиях — никогда не ударишь человека и не сможешь выстрелить. Это дело секунды. Чувство самосохранения отключается, миг — и противник повержен.
Так произошло и с Олегом. Молодое финансовое дарование, снимая очередной стресс, сильно загуляло в ресторане с двумя блондинистыми девицами лет двадцати. Олег сидел за несколько столиков от финансиста, пил зелёный чай и просматривал газеты. В общем, как обычно коротал время.
Ему сразу не понравилась шумная пьяная компания из четырёх мужиков, отдыхающих за столиком возле эстрады. Компашка потребляла водку стаканами, галдела, кривлялась и напропалую крыла матом. Олег незаметно подозвал официанта и поинтересовался, кто такие. Официант округлил глаза и ответил, что ребята деловые, из известной группировки, гуляют третий день за счёт кабака, потому что это «крыша».
— У парней жизнь красивая, но недолгая. Варианта два: любо на зону, либо на перо корешей.
Получив эту тревожную информацию, Олег, не привлекая к себе внимания, встал из-за стола и подошёл к хозяину. Наклонившись к его уху, прошептал, что вечер пора заканчивать, иначе ситуация может в любой момент обостриться и выйти из-под контроля. Хозяин уже уклюкался и не желал слышать Олега. Да и одна из блондинок в данную минуту выясняла, сможет ли банкир подарить ей пароход вместе с командой.
В это время один из бандитов, крупный примат с золотой серьгой в ухе, встал и направился к столику банкира с явным намерением пригласить симпатичную блондинку на танец.
— Я попробовал заступить ему дорогу, — рассказывал Олег, — и не подпустить к столику, надеясь, что внимание бандюганов переключится на меня и я дам возможность хозяину уйти из ресторана. Наверное, так бы и получилось, если бы мой бизнесмен не включил опять «реального пацана». Он поднялся и ляпнул золотоухому: «Ну ты чего, братан? Я здесь отдыхаю, а ты кто по жизни? Головка от члена?» Честно скажу, я офанарел. За такую предъяву явно будет предложено ответить. И то, что его расписолят, я не сомневался. Как я мог поступить в такой ситуации? Одного его не оставишь, сделав вид, будто меня это не касается. Я занял позицию между банкиром и онемевшим на несколько мгновений приматом. Предупредил примата, что выколю глаза, и… оказался в центре всей этой карусели, которая вот-вот должна была закрутиться.
— О господи! — воскликнула я и сжала руку Олега. — Надеюсь, всё закончилось благополучно?
— Слушай дальше, — улыбнулся Олег. — О банкире забыли. Опрокидывая стулья, вскочили трое корешей примата. Я, пытаясь контролировать ситуацию, начал про себя отчёт времени. Это очень важно в схватке. Стабилизирует и успокаивает нервную систему. Я боялся только одного: если у них стволы — нам конец. От ножей, вилок и разбитых бутылок у меня были шансы отбиться. Отпрыгнув назад, я выхватил из наплечной кобуры пистолет, и, дважды выстрелив в потолок, закричал: «Назад, суки, всех завалю!» Опешив, они остановились. Размахнувшись, я нанёс пистолетом удар ближайшему бандиту по рёбрам, тот рухнул на колени, а я добавил рукоятью по спине и приказал: «Всем на пол! Руки за голову! Полиция!» Это, как правило, действует отрезвляюще. Хотя представляться сотрудником госорганов я не имею права. Но ты же понимаешь, из любого правила есть исключения. Я держал братву под прицелом, а свободной рукой схватил банкира за лацкан его роскошного пиджака и потащил из кабака к машине. Благо нас никто не пытался остановить. Доставив клиента домой, я поехал к дежурному по ЧОПу писать заявление о стрельбе в кабаке.
— У вас все так серьёзно? Зачем заявление? — не удержалась я от вопроса.
— Так положено, — отозвался Олег. — Мне грозили неприятности за расход патронов, но честно говоря, я надеялся, что банкир, используя связи, прикроет меня. В пять тридцать утра позвонил дежурный по ЧОПу и сообщил, что банкир отказался от моих услуг, типа я непрофессионал. Из ЧОПа мне пришлось уволиться. Я не только в очередной раз оказался без работы, но и получил перспективу уголовного разбирательства вкупе с возможной попыткой братвы свести со мной счёты. Но мне опять повезло, меня прикрыли сотрудники ФСК, с которыми я вместе воевал. Свою роль сыграл и мой орден Мужества. Я им никогда не кичился, но в определённых ситуациях это серьёзный аргумент в мою пользу. В последнее время я стал подумывать о том, не завязать ли с этой работой? Сколько можно валяться по госпиталям то с разбитой головой, то с проникающими ножевыми или пулевыми ранениями?
«Да уж, — подумала я, — жизнь Олега очень отличается от моей. Он часто подвергался смертельной опасности в то время, когда я туе ила по ночным клубам». Особенно меня ужаснула история его работы на хлебного короля в Нижнем Новгороде.
Утром он приехал за клиентом и, сопровождая его, первым вышел из подъезда дома. Киллер поджидал хлебного короля у подъезда, что бывает очень часто. Второй киллер находился от напарника в нескольких метрах — прятался в кустах. Олег вышел из подъезда, и все пули полетели в него. Спасло то, что на нём был высококлассный израильский бронежилет. И стреляли не из серийного оружия, а из травматической переделки. От двух попавших в грудь пуль Олега отбросило назад, но он устоял на ногах. Клиент, несмотря на шок, сориентировался правильно и кинулся обратно в подъезд. Олег выхватил из кобуры пистолет и выстрелил с колена. Преступники не ожидали сопротивления и бросились бежать к тёмно-синему «опелю». Всё-таки одна пуля по касательной задела Олега — внешнюю сторону бедра, — как он сказал. Волоча ногу, он бросился преследовать киллеров, стреляя на ходу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
