Именно поэтому у наших далеких предков славян существовал культ почитания предков. Но, к сожалению, сегодня этот важный культ, который, безусловно, помогал людям сохранять здоровье, силу и мудрость, почти забыт. Я считаю, что нам необходимо восстановить этот культ хотя бы в наших семьях.
С предковыми уровнями можно работать с помощью метода системной расстановки по Хеллингеру, а можно и с помощью метода трансформации образцов (фактически это та же расстановка в воображении). Вы можете отделить от себя часть, принадлежащую вашему предку, и работать с ней точно так же, как работаете с другими частями, появившимися в процессе вашей жизни. Работать нужно с огромным уважением к этой части, потому что она на самом деле фактически не принадлежит вам. Эта часть, олицетворяющая вашего предка, должна занять свое место в роду, и тогда она перестанет проявляться через вас. Вам не так уж обязательно выяснять, что это за предок, желательно просто понять, что с ним произошло (он вам сам об этом скажет).
Интересно наблюдать, как в нас проявляются предковые части. Иногда не совпадает пол, и женщина в определенных ситуациях может вести себя как мужчина. Появляются особые словечки, которые говорятся как бы сами собой, противореча основной картине вашей личности. Вы ловите себя на жестах и мимике, совершенно не естественной для вас.
Предковые части личности кажутся чужеродными, про них очень сложно сказать «да, это я». Кармические части или части, сформировавшиеся по ходу жизни, чувствуются, может быть, как что-то неприятное, но все-таки свое. Так что если какие-то проявления точно не ваши, значит, мы попали в родовые переплетения. И значит - надо с этим работать.
Видите, как далеко мы забрались. А ведь начали с обычных детских простуд! Как мы смогли убедиться, даже они могут иметь под собой целый набор глубинных причин. А что уж говорить о более серьезных болезнях?!
Давайте теперь попробуем разобраться и в них — этих противно-назойливых, но, как вы увидите, очень нужных своему «хозяину» хронических заболеваниях. Конечно, не в них самих (это ж не большая медицинская энциклопедия), а в их возможных и вероятных причинах. Я не претендую здесь на полную объективность хотя бы потому, что в причинном поле случаются такие «переподвыподверты», что предугадать их совершенно невозможно. Тем не менее большинство случаев все же укладывается в общие схемы. Схем именно что несколько. Поэтому если вы, прочитав описание одной из схем, видите, что это совершенно не про вас, спокойно переходите к следующей.
Кстати, в этой книге я, к своему большому сожалению, не смогу раскрыть вам всех секретов нахождения глубинных причин, которые знаю сама, и даже не смогу дать все известные мне схемы. И прежде всего потому, что для работы с такими уровнями, как карма, род (не в общих чертах, а всерьез, максимально эффективно), пренатальный период (это когда вы были у мамы в животике) и т. д., нужны особые навыки и дополнительные возможности, которые, как бы ни я старалась, дать вам через книгу не удастся.
Но все, что могу, и все, что нужно на начальном этапе, расскажу с удовольствием.
Начнем с того, что больные той же онкологией бывают условно трех типов: те, что подсознательно желают умереть, те, что подсознательно же желают продолжать жить, но болея, и те, что хотят (но без сильнейшей встряски не могут) радикально изменить свою жизнь. Чаще всего, вторые — неосознанно! — намерены таким образом — с помощью собственной беспомощности — привлекать к себе внимание близких. И близкие вынуждены его оказывать и давать такому больному энергию. А куда деваться?
«Страдалец» получает свою дозу и может болеть годами. На этот случай существует хроническая онкология, например, хронические лейкозы. Кроме того, бывают, и нередко, такие случаи, когда опухоль потихонечку растет и не дает метастазов. Человеку делают химию или облучение, но эффект невелик. На каком-то этапе опухоль вырезают, но она снова появляется там же или рядом и опять же потихонечку растет. Такая история может длиться десятилетиями (я не преувеличиваю), и на протяжении этих десятков лет родственники мобилизованы, ведь больному постоянно нужны физическая помощь и психологическая поддержка! Таким образом реализуется какая-то программа, у каждого — своя.
Одна из возможных причин подобного процесса (это относится, естественно, не только к онкологическим заболеваниям) — «зависание» человека в детстве, то есть неспособность справиться с жизнью, взять на себя взрослую ответственность. Таким людям, возможно, трудно себя обеспечить, трудно строить отношения с самодостаточными людьми и т. п.
Причин зависания в детстве может быть несколько. Мы можем предположить, например, такую: человек носит в своем уме сильнейшую программу страха перед взрослением. Когда и почему заложился этот образец можно понять, только узнав побольше об обстоятельствах жизни его носителя.
Может быть, отец девочки избивал ее мать, которая трудилась до седьмого пота на двух работах, не видя никакой радости в жизни. Зато она много и красочно рассказывала дочери о своем счастливом детстве, когда ее любила мама и у нее было много хороших друзей. В таком случае у дочки просто не может не заложиться образец «быть взрослой страшно и больно, лучше быть маленькой». В детстве у человека, как я уже говорила, критическое мышление еще не развито, поэтому девочка даже не задается вопросом, почему ее мама живет с таким отцом и подвергает себя мучениям. Дети до какого-то возраста — фаталисты, они думают, что происходящее вокруг них — совершенно неизбежно, что это факт и все.
Взрослея, вышеописанная девочка будет делать все возможное, чтобы остаться в детстве и не повторить судьбы своей матери. Способов для этого не так уж много. Можно всю жизнь провести рядом с теми, кто будет опекать и заботиться, и прежде всего рядом с собственной матерью. Ну а если это по какой-то причине не получается? Тогда придется устраивать свою жизнь самостоятельно, то есть взрослеть.
Как раз на этом моменте возникает тот самый внутренний конфликт — взрослеть невозможно, но и не взрослеть невозможно. И бедную женщину начинают преследовать проблемы со здоровьем, примерно по тому же принципу, что и жену алкоголика, о которой я писала в предыдущей главе. К тому же нашей «вечной девочке» болезни оказываются на руку — так она может снять с себя ответственность и привлечь внимание тех, кто рядом, как правило, родных. Таким образом ее задача остаться в детстве в какой-то мере выполняется.
Более легкий и приятный вариант застревания в детстве возможен, когда человек позитивно оценивает родителя противоположного пола. Из таких людей получаются замечательные жены-дочки и мужья-сыночки. Это, конечно, не очень гармонично, но вполне жизнеспособно. В отличие от варианта, когда родитель противоположного пола — натуральный враг. Тогда остается только болеть, болеть и болеть. Или таки разрешать свой внутренний конфликт.
Но не всякая хроническая болезнь достаточно сильна, чтобы оправдать «зависание» в детстве. Какая-нибудь простуда для этой цели и вовсе не подходит. Чем в более раннем возрасте человек хочет остаться, тем более тяжелой должна быть болезнь. Если он «зависает» в подростковом возрасте, то постарается подсознательно оставить в сохранности двигательные функции, а заблокирует только возможность работать. Например, устраивает себе проблемы с сосудами, которые приводят к снижению памяти и ограничивают возможности мышления.
И выходит, что в общем здоровая женщина около тридцати лет работает уборщицей в детском садике и получает три копейки, которых едва хватает на еду. Некто из ее окружения вынужден фактически содержать ее, а также опекать в быту, так как она вечно забывает, куда спрятала деньги и как варить борщ.
Правда, зависание в подростковом — это все-таки большая редкость, потому что этот возраст обычно оценивается человеком как не очень-то позитивное время: «переходный возраст», первая, как правило, неразделенная, любовь, конфликты с родителями, сложности в общении... Позитивно оцениваются скорее более ранние периоды жизни, связанные со школой (если человек был успешен и любим в это время), или детсадом (если повезло с воспитателем). А лучше всего, конечно, самый младший возраст — возраст абсолютной родительской любви и приятия окружающими. Возраст беспроблемности. Правда, в этом возрасте детей приучают к горшку, что оказывается для некоторых из них очень травматичным, поэтому «додетсадовский период» все-таки выбирает далеко не каждый из тех, кто подсознательно решает зависнуть в детстве.
А в какой же возраст надо решить регрессировать, чтобы схлопотать тяжелую хроническую онкологию, а тем более полную или частичную парализацию? Ну подумайте. Основной подсознательной выгодой подобных заболеваний будет возможность лежать и не нести ответственность вообще ни за что — даже за то, чтобы приготовить себе еду. Выходит, это возвращение к младенческому возрасту, когда мама меняет подгузники и кормит грудью. Ну, грудью, допустим, никто нашего больного кормить не будет, а с ложечки (а то и через катетер) — это пожалуйста.
