Читаем без скачивания Первая заповедь Империи (СИ) - Александр Шапочкин

— Ну, раз я главный, — слушай мою команду! Нина, — запись в бортовой журнал!

— Принято, — чирикнул искин.

— Константин, приказываю взять под своё командование бойцов вверенного мне отряда, — рявкнул я. — Приказ действителен на весь период боевых действий. Всё ясно, боец?

— Так точно!

— Выполнять!

— Есть! — оглушил меня Костин голосом исполнительного идиота и тут же добавил. — Спасибо… Спрашивать, за что меня поблагодарили — было бессмысленно.

— А сейчас открой видеоканал.

— Сделал. — комиссар на пару секунд замолчал, а затем задал вполне логичный в данной ситуации вопрос. — Что это?

— Неизвестная аномалия в кубе самоподрыва американского прилипалы.

— Ничего подобного не видел. — задумчиво произнёс псионик, и тут же что‑то забормотал, обращаясь уже не ко мне, а к своему личному искину, так что я услышал только конец его фразы и ту часть, что вновь была обращена ко мне, — .что значит, анализу не поддаётся? Ну, так хотя бы попытайся! Ладно, Макс, я всё понял. Думаю, наши американские партнёрши сами расскажут нам, что там они везли на своём корыте.

— Там всё с ними нормально?

— М. относительно. Несколько раненых, пара трупов и незарегистрированный гражданский псионик на грани ментального бешенства.

— Это как?

— У этой дамочки был имплантирован мощный внешний пси — усилитель, который сгорел от внезапной перегрузки прямо у неё в голове во время контакта челнока с этим. червяком. Не знаю, как она удержала себя от того, чтобы не устроить прямо на месте кровавую баню, но в шлюзе её прорвало. Пришлось успокаивать, зато остальные гости теперь ведут себя на удивление смирно.

— Надеюсь, не до смерти?

— Нет, стандартное воздействие на мозг. Гриша сейчас вводит её в искусственную кому, положим в стасис — камеру — там разберёмся.

— Ладно, отбой.

— Отбой.

Один их "жуков" вспыхнул, поражённый на подлете перекрёстным огнём двух рельсотронных станков, закувыркался, и, ударившись об обшивку яхты жёстким спинным панцирем, отскочил, беспомощно дёргая половинками перерубленного тела. Из его задней части, словно черви из сгнившего куска мяса полезли те самые "мокрицы", одна из которых чуть было не прикончила американцев. Конвульсивно сжимаясь, они выбирались из исходящей фиолетовой слизью раны, и, отталкиваясь от умирающей туши, прыгали в сторону яхты. Уже в свободном парении они собирались в клубки, и, вращаясь, быстрыми рывками летели к кораблю.

Второй артиллерист явно не справлялся с покрытием обоих бортов, вынужденный управлять всеми турельными модулями в одиночку. Маршевое орудие бесперебойно било в звёздную пустоту по невидимой мне цели, явно отвлекая на себя всё внимание его напраника. А потому даже при поддержке личного и корабельного искина, занятых целенаведением, у него всё равно не получалось одновременно отстреливать градом сыплющихся на обшивку мокриц и отгонять вёрткого жука, легко уходящего с линии атаки. И это при том, что я с трудом представлял себе, какая фигня могла сейчас происходить с другой стороны корабля.

— Максим Денисович, уходите с внешнего контура. Мы сейчас пустим разряд! — взволнованный голос Капитана Анко отвлёк меня от созерцания пустотного боя.

Первые ксено — мокрицы уже прицепились к бронеплитам яхты, и, ловко перебирая многочисленными ножками, ползли к выжженным зелёными струями "жука" кавернам.

— "Клин-17". Разрывной спец — патрон! — отдал я приказ голосовому интерфейсу винтовки, и, вскинув оружие, несколько раз нажал на спусковую скобу, целясь в выглядящие мягкими ткани между лапками ближайшей мокрицы.

Бок чудовища вспух серией взрывов, откинув длинное гибкое тело набок. Из рваных ран в пустоту вырвался целый фонтан противной белесой жидкости вперемешку с оторванными конечностями, кусками плоти и обломками панциря. Что‑то внутри существа ухнуло, и задняя часть разлетелась омерзительной взвесью, разом оторвав более двух третей создания.

Остальные мокрицы, как мне показалось, вовсе не обратили внимания на то, что с одной из их товарок произошло что‑то нехорошее. Оказавшись возле опалённых борозд, они принялись заливать их своей светящейся слюной, то и дело, вгрызаясь жвалами в неподатливый композитный метал.

— Максим Денисович! Вы меня слышите?

— Так точно. Отложите разряд!

— Но у нас множественные пробои по всему корпусу. Есть угроза проникновения! Если эти червяки проберутся на кислородные палубы мы…

— Это не червяки и вообще, кажется, неживые существа. Несмотря на свой внешний вид.

— Максим, что там у тебя? — влез на канал связи Константин. — Почему задерживаешь разряд?

— Дайте мне тридцать секунд! — крикнул я, выкатываясь из надстройки и задействовав ракетный ранец, заскользил к конвульсивно дергающемуся обрубку мокрицы. — Приготовьте изолятор и карантинную камеру! Я буду не один. Нина, врубай трансляцию!

— Твою! Где я тебе её сейчас. Ниппонский городовой! Это что за покемон.

Я уже не слушал. Тем более не собирался отвечать на риторический вопрос о серии бионических спутников — искусственных полуразумных животных, массово производимых одним из концернов Ниппонской империи.

На огромной скорости я приближался к голове монстра. Или к тому, что я ранее считал его головой, а на самом деле оказалось банальной пилотской кабиной. Стоило сохранившемуся куску монстра забиться в судорогах, как жёсткая лобовая пластина вскрылась, будто колпак древнего истребителя. Под ней оказался ложемент, выполненный из пульсирующей плоти и каких‑то склизких органов, и сейчас из него выбиралась гуманоидная фигура управлявшего мокрицей чужака.

Почти лишённое головы чёрное создание с массивной, овальной грудной клеткой и тонкими руками, бывшими почти в два раза длиннее ног. Оно неуклюже спустилось на бронеплиты обшивки, сделало несколько неуверенных шагов, и резко обернулось, видимо почувствовав моё приближение.

Меня как будто обдало ледяной водой, по коже побежали мурашки, а сердце учащённо забилось, словно я встретился не с рутинным инопланетным разумным, а увидел… привидение. Или какого‑то другого жуткого потустороннего монстра из популярных ныне бульварных романов. Наваждение длилось всего‑то секунду, а затем, к моему облегчению, схлынуло. Гротескная фигура отшатнулась, забавно перебирая по обшивке сразу тремя конечностями, и вытянула в мою сторону правую руку.

— Тревога! Зафиксирована направленная псионическая активность! — панически закричала в наушниках Нина, — Тревога! Высокоуровневая псионическая атака!

И это — высокоуровневая псионическая атака? Я же почти ничего не почувствовал! Мне, по идее, должно было выжечь мозг, расплющить или отшвырнуть в сторону. Да хотя бы немного толкнуть, что на той скорости, которую я умудрился развить, было чрезвычайно опасно. Однако задумываться над странностями связанными с чужаком у меня просто не оставалось времени.

— "Клин-17". Станер.

— Макс, ты как? — взволнованный голос Константина потонул в шипении стан — разрядника, — что это сейчас была за чертовщина?

— В норме, — ответил я, продолжая вжимать спусковую скобу.

Мощная электрическая дуга соединила доп — блок винтовки и фигуру чужака, существо дёрнулось и обмякло. Биологический сканер моих лат, радостно пикнув, разместил рядом с пришельцем зелёненькую треугольную иконку острым концом вниз, обозначающую, что цель хоть и жива, но находится бессознательном состоянии. Тонкие конечности чужака безвольно раскинулись в разные стороны, но прежде чем тело его улетело в космос, я ухватил его за длинную руку.

Скафандр честно озвучил громкий хруст, с которым переломилась кость или экзоскелет, что у него было там под тонкой шелковистой чёрной бронёй, матово отливающей в свете звёзд, корабельных прожекторов и всполохов зеленоватого пламени. Ближайшие мокрицы, полностью игнорировавшие смерть одной из тварей, соизволили оторваться от своего занятия, и вскинув головы, пару секунд провожали нас долгим взглядом своих шарообразных бронированных голов, снабжённых массивными жалами, какими‑то трубками и шестью светящимися красными огоньками глазками.

Словно бы нехотя, одно из чудовищ плюнуло в мою сторону струёй зелёного огня. Пришлось заложить резкий вираж, что обеспечило мне пару неприятных мгновений связанных с резкой перегрузкой, но я ушёл из‑под поражающей массы, успев заметить, как вскипел и запузырился композит обшивки. И сразу же голова приготовившегося к повторному плевку ксеноса резко дёрнулась, а в районе правого жвала вспух рычащий на разные лады шар антиматерии, пожирая податливую плоть и выворачивая наизнанку содержимое внутренностей этой странной биологической машины.