Также довожу до Вашего сведения, что у Вашего сына проявились способности к магии. В настоящее время, без должного обучения, он представляет опасность для имущества имения и живущих в нем людей.
Дополнительно сообщаю, что Алексей Николаевич уже несколько дней покидает имение в сопровождении Василия Смирного (учителя физкультуры). Выяснить, куда ездит Ваш сын, не представляется возможным. Но, смею предположить, что всему виной Гильдия магов, что находится в Бийске.
Как я уже Вам написал, его сопровождает Василий Смирнов, который совершенно не выполняет возложенные на него обязанности. Он замечен в обществе разных дам, что никоим образом не может дать Алексею Николаевичу хороший пример.
Засим должен откланяться.
С глубоким уважением, Дубский Михаил Викторович, старший по дому”
Глава 13
Ветер трепал мои волосы, солнце ярко светило, дорога резво стелилась под колесами моего транспорта. Мир сверкал яркими красками, даже дышалось на удивление легко. Ехал и наслаждался каждой минутой нашей поездки. И когда коляска затормозила возле Гильдии, то я буквально выпорхнул на рубиновые плиты перед ее крыльцом.
Я не сразу вошел в роскошные двери, а свернул за угол — заприметил там цветочную лавку. Заплатив с лихвой за небольшой букет ирисов, чуть ли не вприпрыжку, побежал обратно. Хотелось дарить радость всем и сразу.
Двери, как обычно, самостоятельно открылись и я, радостно скалясь во весь рот, зашел в приемную. Марфа Ильинична поднялась мне навстречу, вернув мне улыбку. Сегодня она была в фиолетовом платье, перетянутым черным корсетом с большим бантом. Глаза секретаря радостно зажглись, когда она увидела ирисы.
— Ваше сиятельство!
— А это вам, — от чего-то смутившись, пролепетал я.
Она приняла букет и сразу же зарылась в него своим очаровательным носиком и глубоко вдохнула аромат. Моя храбрость моя куда-то испарилась перед ее туго обтянутой грудью, я опустил глаза.
— Спасибо огромное, Алексей Николаевич! Мне очень приятно!
Марфа Ильинична подошла к столу, наклонилась к нижнему ящику, вытащила прозрачную вазу и поставила в нее букет.
— Мы сегодня занимаемся в классе или в подвале? — спросил я, не зная, куда себя деть.
— Внизу, скоро придет Степан и вас отведет, — ее пальцы стряхнули невидимую пылинку с моей рубашки. — А вот и он.
Из общего зала выскочил взмыленный белобрысый парнишка. Он с обожанием взглянул на Марфу Ильиничну, затем на ее руку на моем плече и Степан сразу помрачнел.
— Прошу за мной, — насупился он и снова выбежал за дверь.
Я кивнул секретарю и поспешил следом. Мы тут же попали в суматоху общей приемной и двинулись сквозь шумную толпу. Степан так быстро шел, что я каждое мгновение боялся его потерять, лавируя между людьми. Кажется, умудрился кому-то наступить на ногу и выбить из рук трость. Пришлось краснеть и извиняться на бегу.
Через несколько минут мы свернули в узкий коридор. Света стало меньше, а потолок ниже. Это уже было похоже на казематы — безликие шершавые стены, сырость и застоявшийся воздух.
Степан выдавил из себя кривую улыбку и махнул на ничем не примечательный кусок серой стены.
— Сюда, — сквозь зубы сказал он.
— Тут нет двери, — удивился я.
Он вздохнул и поднес руку к одному из камней кладки. К моему изумлению, тут же появилось тяжелое металлическое кольцо. Степан дернул его, и дверь с пронзительным скрипом отворилась. Глянув через магическое зрение, я с удивлением обнаружил, что на стене вытравлен рисунок решетки. Значит, вот как найти нужное место!
— Прошу, ваше сиятельство — ядовито процедил он и качнул головой.
На секунду я помедлил. В голове вспыхнула картинки прошлой жизни. Тюрьма. Тоска. Смерть. Скосив глаза на свои руки и убедившись, что на них действительно нет магических наручников, я сделал шаг вперед.
— Георгий Валентинович ждет вас в двенадцатой, — бросил Степан и захлопнул дверь за моей спиной.
Я огляделся. Длинный коридор, закуток смотрителя с крохотным столом и амбарной книгой. И вереница камер с окованными в металл дверями. Внутри меня нарастал холодок надвигающейся паники. Я изо всех сил старался держать эмоции в узде.
Пройдя немного и найдя нужную мне цифру двенадцать, снова остановился. Глубоко вздохнул и зашел внутрь.
— Явился! Уже добрых десять минут жду! Не торопился, да? — прошипел Лискин, скрестив руки.
Камера представляла собой небольшое помещение с вбитым в пол столом и двумя табуретками по бокам. Маг ходил из угла в угол, поглядывая на меня исподлобья. Он выглядел очень уставшим — под глазами залегли темные круги, одежда вся измятая, будто он спал прямо здесь, на полу. Лискин всем своим видом выражал недовольство. Думаю, ему просто не нравилось находиться в этой тюрьме.
— Добрый день. Приступим? — я присел за стол.
— Чего такой радостный? Отдыхал два дня, да? — не унимался Лискин. — Прохлаждался? Две недели! У тебя всего две недели, чтобы понять, как пользоваться магией и не взорвать все к чертовой матери!
Он сорвался на крик, а я просто смотрел на него. Вокруг мага заискрились крохотные разряды. Они собирались вокруг его сжатых кулаков и постепенно наливаясь силой. У меня даже бровь не дернулась.
— Так как зачерпнуть нужное количество эфира? — спокойно спросил я.
Лицо Лискина перекосилось, но магия плавно стекла на пол — он взял себя в руки. Через магическое зрение я проследил за этим процессом. Видимо, в прошлый раз именно это и следовало было сделать. Что ж, запомним.
— Ну как зачерпнуть, — вздохнул он, глядя на свои ладони. — Вот сначала ты должен понимать, что хочешь сделать. Хочешь убить, то этому ты уже научился. Если напугать, то раз в десять меньше.
— Логично, — сказал я.
—
