Я думала, что на такую работу возьмут любого, кто имеет медицинский диплом. А у меня он был ещё и красный!
Но на собеседовании на меня смотрели с враждебностью. Руководитель будто искал причину для отказа, и, скользнув по моей фигурке, вымолвил что-то невнятное. Слишком хрупкая я, оказывается. Худющая. Не справлюсь с лежачими больными.
Закусив губу, я уселась прямо на ступеньках у выхода из больницы. Это была не перспективная работа. Тяжёлая. Кто ещё на такую пойдёт, как ни девушка, попавшая в трудную ситуацию?
До этого я ездила на собеседование в частную клинику. Вакансия медсестры только открылась, я была уверена, что меня возьмут. Тут я получила первый отказ. Директор клиники, яркая женщина пятидесяти лет, даже не стала объяснять причины.
На этом всё, что связано с медициной, закончилось. В аптеку на другом конце города требовался фармацевт, но я посчитала, что не готова проводить в пути на работу два часа с учётом пробок. Да и пока я метила на звания "лучшая санитарка" и "супер медсестра", место фармацевта уже заняли.
Тяжело вздохнув, я обняла свои плечи и уставилась в одну точку. Люди проходили мимо, я всё сидела на обшарпанных ступеньках, не зная, что делать дальше.
Есть, конечно, и другая работа, но мне хотелось быть поближе к медицине. Не зря же я училась, в конце-то концов! Путь за плечами всего лишь какой-то колледж, но это же тоже образование! И почему мне везде отказывают?
К концу недели я смирилась и начала искать другую работу. Мне подошла бы любая, я не брезгливая и, наверно, трудолюбивая. Но везде я слышала одно и тоже: " вы нам не подходите!"
Последней каплей стал отказ продуктового магазина.
В воскресенье, придя вечером домой, я упала на одноместную неудобную кровать и заплакала.
32
Наблюдать за тем, как попавшая в сети рыба трепыхается в попытках выжить, оказалось куда увлекательнее, чем я мог себе представить.
Следить за ней стало главной задачей.
У меня легко получается разрушать жизнь моей маленькой золотой рыбки. Она беспомощная и жалкая в своих стремлениях найти работу, а я снова убедился, что за деньги возможно всё.
Самым сложным оказалось договориться с городской больницей, чтобы Алисе отказали от места санитарки. Но, как только я пообещал хорошенько профинансировать это учреждение, мне сразу пошли навстречу.
Дальше сложнее. Предугадать её действия теперь почти невозможно, потому что Зимина согласится на любую работу.
И, пока она не нашла что-то, я караулю её у подъезда. На удивление, Алиса сняла комнату в общаге, в самом жалком районе города. Социальное дно. Здесь живут люди, недовольные своим существованием, злые на весь мир и обиженные на государство. Слежу за ними, проплывающими мимо моей дорогой тачки, бросающими косые взгляды. Никогда такой машины не видели?
Утро понедельника туманное и прохладное, но стоит только солнцу полностью выйти из-за горизонта, как начинается пекло. Потягивая энергетик из тёмной железной банки, мечтаю поскорее увидеть свою маленькую рыбку. Весь день караулить - изматывает.
Алиса выходит из дома только к вечеру. Неуверенно здоровается с соседями, стоящими возле подъезда, озирается по сторонам и, наконец, натыкается взглядом на мою машину.
Останавливается. Хлопает ресницами и складывает руки под грудью. А я скольжу по её фигуре, и тут же в штанах тесно становится.
С тех пор, как уехала Таня, у меня воздержание, и это ужасно напрягает. Я даже иногда жалею, что так легко отпустил личную проститутку. Но Тане, вероятно, нужна была эта свобода после всего, что ей пришлось пережить в наших с ней нелёгких рыночных отношениях. И ещё жаль, что я не могу вот так же просто купить Алису.
Выхожу из тачки, приветливо улыбаюсь и машу рукой Зиминой. А та встала, как столб. Её разрывающий взгляд цепляет какие-то важные струны в моей душе. Меня аж передёргивает от её ненависти!
Возможно, я слегка перегнул палку, решив так жестоко разлучить её с мужем. Что-то в Алисе надломилось, лопнуло, исчезло.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Она больше не та наивная овечка, у которой коленки дрожат под моим взглядом и мысли путаются.
- Ты когда-нибудь успокоишься? - гневно рычит в мою сторону, делая шаг навстречу.
- Да, - отзываюсь с невинной улыбкой. - Когда ты будешь моей.
- Этого не будет, не мечтай!
Меня бесят её слова. Она действительно считает, что не даст мне ни единого шанса, что не сможет простить никогда. Но я уверен, что всё получится. Вспоминаю наш поцелуй в туалете бара - караоке и знаю, что она меня ещё любит. Где-то в глубине её души сохранились трепетные и тёплые чувства. Она вернётся ко мне. Вернётся.
- На работу бежишь? - смотрю в её зелёные глаза - магниты.
- Нет, - собирается пройти мимо, но я преграждаю ей путь. - Дим, дай пройти!
- Долго ты будешь бегать от своей судьбы?
- Это ты-то моя судьба? - усмехается, закатив глаза.
- А ты думала, твоя судьба Захаров?
Зимина тяжело вздыхает:
- Отстань от меня, Стрельцов! Я иду на собеседование, не надо портить мне настрой!
- Ах, на собеседование! Думаешь, после стольких отказов, тебя куда-то возьмут? - прожигаю её взглядом.
Она замерла и на меня уставилась с непониманием. Хмурится так, что на лбу образуются складочки, а после распахивает глаза и приподнимает брови в удивлённом жесте.
- Это ты подстроил, что я не могу найти работу?
- Аллилуйя, Зимина! До тебя дошло наконец-то!
- Зачем ты это делаешь? - шипит, отталкивая меня со своего пути.
- Хочу тебя, не могу, - хватаю за талию и с силой притягиваю к себе вплотную, пятернёй обняв затылок продолжаю тихо шептать ей на самое ухо. - Алиса, я жить без тебя не могу. Я хочу тебя, девочка моя. Хочу твоё тело.
Её руки лежат на моей груди, готовые в любую секунду оттолкнуть, но ей не удастся.
- Хочу твою любовь. Хочу твою нежность! - продолжаю ласково, и кожа девушки мурашками покрывается.
- Отпусти! - пикает тихо, отворачивается.
Сдаваться не собирается.
- Помнишь, как нам было хорошо? Я любил тебя, Алиса. И сейчас люблю. Я на всё ради тебя готов! - падаю перед ней на колени.
Думал, что это будет просто наигранный жест, спектакль для одной лишь зрительницы, но как только обхватил её ноги и прильнул лицом к бедру, меня вдруг повело. Будто я бухой вдрызг. Её запах, её близость разрывают меня.
- Ты с ума сошёл! Встань! - вскрикивает Алиса, стучит меня по плечам, испуганно оглядывается по сторонам, будто боится, что нас увидят.
А мне так похуй. Пусть смотрят. Пусть все увидят, какое ледяное сердце у моей Алисы, что она не может меня простить до сих пор.
- Я люблю тебя, - выговариваю обречённо.
Как же сильно она мне нужна. Я ведь жить без неё разучился. Трахал всех подряд, собирая по частичкам её образ, выл зверем и надеялся, что когда-то легче станет. А сейчас, когда она вырывается из моих рук и никак не хочет понять, что я безумно в ней нуждаюсь, сердце словно стучать перестаёт и тошнота комом к горлу подходит. Не могу я принять поражение. Теперь-то уж точно.
- Дима, хватит! - кричит, а я только сильнее за её ноги цепляюсь.
- Подари мне хотя бы одно свидание, Алис. Пожалуйста! Давай всё обсудим, дай мне шанс! Я приму все твои условия, ребёнка твоего буду любить, как своего собственного! Только прости меня и позволь доказать, что я изменился! Я помогу тебе, квартиру тебе куплю, на работу устрою. Я всё сделаю, только будь со мной! - с надеждой тяну её к себе, сильнее вдавливая лицо в её бедро.
- Мне больно! - пикает, словно мышка.
Точно. Мышь в руках кровожадного кота, который играется с добычей, прежде чем сожрать.
- Одно свидание. Мы поговорим. И если мы не сможем ни о чём договориться, я исчезну.
- Ладно, ладно! Только сейчас отпусти!
Я отстраняюсь, и Алиса отшатывается, будто обожглась. Всё ещё стою на коленях перед ней, опустив голову. Как какой-то мальчишка! А внутри всё переворачивается и рвётся. Никогда не стоял перед женщиной на коленях. А тут упал, как безумный, жадно хватаясь за последнюю надежду.
