Минелла рассмеялась счастливым смехом.
— Вам не нужно тревожиться, — сказала она. — Пока я не встретила вас, я была уверена, что в мире нет другого мужчины, столь же привлекательного, как мой папенька, а теперь я знаю, что никто не может быть таким замечательным, как вы и так… волновать сердце.
Перед последними словами она сделала небольшую паузу и залилась очаровательным румянцем.
Граф повел ее в спальню и, посмотрев на кровать, убедился, что она удобна и достаточно широка, чтобы два человека могли улечься рядом, и при этом между ними оставалось бы расстояние.
Нашлось и ватное одеяло, поскольку Хайс, как и рассчитывала Минелла, сделал все, чтобы хозяевам было как можно удобнее, а также два белых пушистых пледа, аккуратно уложенные в один из встроенных в стену шкафчиков.
Взглянув на них, Минелла улыбнулась.
— Вот видите, я была права! — сказала она.
— Я вижу только, что буду спать со всеми удобствами, — ответил граф и поцеловал ее снова.
Потом он взял с кровати свою пижаму и пошел в гостиную.
— Позови меня, когда ляжешь в кровать, — сказал он по дороге. — Не хочешь, чтобы я помог тебе расстегнуть платье?
— Я… справлюсь сама, — ответила Минелла. Она стояла и смотрела, как он идет к двери, а когда граф был уже у порога, сказала:
— Обещайте мне, что вы… не будете шокированы, если я предложу… Возможно, было бы лучше, если бы я… ночевала в гостиной, потому что я… меньше вас и могла бы… свернуться калачиком.
Граф протянул к ней руки, и Минелла бросилась ему в объятия.
— Сегодня мы испробуем твой план, — сказал он, прижимая ее к себе, — а завтра, если тебе захочется чего-то другого, скажи мне, и мы что-нибудь придумаем. Однако, мое сокровище, я хочу, чтобы ты доверяла мне.
— Конечно же, я доверяю! — сказала Минелла.
Она произнесла это так, словно ее удивили его слова, и граф понял, что она действительно не догадывается, что он имеет в виду.
Выйдя в гостиную и закрыв за собой дверь, граф подумал, что ни к одному мужчине судьба не могла быть более благосклонна, чем к нему.
Он не смел и надеяться найти в высшем обществе, где он вращался, не говоря уже о гейети герлз, столь чистую и непорочную и в то же время такую образованную и интересную девушку, как Минелла.
Беседуя с ней в замке, граф был поражен ее начитанностью и точностью суждений. У него не укладывалось в голове, почему девушка такого ума хочет сделать карьеру на сцене.
Гейети герлз, такие, как Герти и Нелли, были красивы и очаровательны, но образованному и умному мужчине не могли предложить ничего.
Ни с одной женщиной за всю свою жизнь граф не мог завести разговор о вещах, о которых он говорил с Минеллой.
Он подошел к иллюминатору и, глядя на далекий берег, подумал, что она обогатит его жизнь и откроет ему новые горизонты, которых он не знал прежде.
Все это казалось тем более удивительным, что она была так юна.
Однако граф знал, что ни одна женщина прежде так его не пленяла.
Он желал ее страстно и не уставал восхищаться ее красотой.
Вместе с тем привлекательность Минеллы заключалась не только в физической красоте, но и во врожденной одухотворенности, которая означала такую чистоту помыслов, о которой граф мог только мечтать и уже почти отчаялся встретить в реальной жизни.
«Я люблю ее!»— сказал он себе и с мукой подумал, сколько пройдет времени, пока он сможет жениться на ней.
Граф как раз переоделся в пижаму, когда Минелла позвала его из спальни.
Войдя, он увидел, что она погасила все лампы, кроме той, что стояла у самой кровати. Светлые волосы Минеллы рассыпались по ее плечам точно так, как в ту ночь, когда граф проник в ее спальню через скрытую дверь.
Еще тогда, глядя на нее, он понял, хотя не осмеливался признаться в этом даже себе самому, что хочет, чтобы она стала его женой, хочет видеть собственного ребенка, прижимающегося к ней во сне.
Он подошел к кровати и увидел, что Минелла очень смущается. Ома старалась не встречаться с ним взглядом, и щеки ее слегка порозовели.
— Я… Я положила подушку посередине, — неуверенно проговорила она. — Папенька говорил мне, что так делают в Швеции… Я подумала, что вам будет удобнее…
На губах графа мелькнула улыбка, но он ничего не сказал.
Он просто сел на кровать рядом с Минеллой и взял ее руку в свою.
— Ты знаешь, что я люблю тебя, моя красавица, и настанет день, когда ты станешь моей целиком. Он будет не только радостным для нас обоих, но и священным, и мы будем помнить его всю нашу жизнь.
Граф говорил очень торжественно и почувствовал, как пальцы Минеллы сжали его запястье.
— Я… Я боюсь, — прошептала она. — Я… совсем ничего не знаю об этом… Маменька никогда не говорила мне, как это бывает, но… если это похоже на твои поцелуи, значит, это самое лучшее и изумительное, что дал людям Бог.
— Именно так, — сказал граф. — А теперь спокойной ночи, моя дорогая, и обещай, что будешь видеть во сне меня.
Минелла рассмеялась.
— Иначе и быть не может!
— Граф поцеловал ей руку, потом взял лампу и, обойдя кровать, лег с другой стороны.
Лежа на одеялах, он чувствовал подушку, которую Минелла положила между ним и собой. Граф накрыл себя половиной ватного одеяла, и Минелла с тревогой спросила:
— Вы не замерзнете?
— Не волнуйся, — успокоил ее граф. — Поверь, что будучи в полку, мне частенько приходилось спать на земле, и я готов снова это сделать, если ты захочешь, чтобы я перешел в другую каюту.
— Мне нравится, что вы рядом, — сказала Минелла. — С вами я чувствую себя в безопасности, хотя и боюсь, что сделаю что-то не правильно и вы рассердитесь.
— Я никогда не буду на тебя сердиться, — ответил граф и погасил лампу.
— Нелли сказала, что вы страшный мужчина. И я тоже так думала, когда впервые увидела вас.
— А теперь? — спросил граф в темноте.
— Теперь я думаю, что вы самый замечательный, самый лучший мужчина! И я буду благодарить Бога в своих молитвах за то, что вы любите меня.
— Тогда помолись и спи, — тихо сказал граф, — Спокойной ночи, моя любимая.
— Спокойной ночи, — шепнула Минелла. Она начала молиться, но, еще не закончив молитвы, уснула, потому что очень устала.
Граф долго лежал с открытыми глазами, слушая ее нежное дыхание, и думал, что он, хотя и не заслужил этого, сейчас стоит у райских врат.
Глава 7
В Бискайском заливе море было неспокойно, и Минелла была рада, что граф рядом. С ним было не так страшно.
Она заметила, что он ни разу не коснулся ее, если не считать того, что поцеловал ей руку на ночь.
Она решила, что таким образом он хочет показать ей, что любит ее и уважает, как свою будущую супругу.
