Но в этом Лакласторос вполне убедился еще на Рари.
Другое дело Каф! Рейд в Алмазную Долину, предпринятый для пополнения казны, оставил у профессора незабываемые впечатления. Огненный мир! Мир, в котором космос заполнен разреженной, очень горячей плазмой! Мир гигантских сверхсолнц и пылающих туманностей! Рато Лакласторос даже представить не мог, что такое возможно!
Однако Лэнг возбудил его еще сильнее. В первый же день профессор начал наблюдение за небосводом, и оторвать его от этого было весьма сложно. Особенный интерес у него вызывали алые луны-близнецы, висящие прямо над Кадафом.
— Я смотрел на них в-в телескоп! — восхищенно воскликнул Лакласторос, с трудом отрываясь от планшетного компьютера. — В-в телескоп!.. В-вы просто не представляете!.. Не представляете!.. В-вам известно, что это такое, профессор Креол?!
— Их называют аркалами, — пожал плечами Креол.
— Аркалами?.. — наморщил лоб Лакласторос. — Не слышал такого слова. Это планеты! То есть… ну как планеты… это… тут совершенно другая физика… совершенно другой космос… тут в-вообще нет космоса как такового… Но там точно тоже есть жизнь!.. или, по крайней м-мере, она там в-возможна!.. Я в-видел в телескоп горы, леса, реки… правда, огненные… там, похоже, очень горячо… очень м-много в-вулканов…
— Для нас это имеет какое-то значение? — перебил его Креол.
— Ну… я не думаю… но…
— Тогда мне наплевать.
— Но они совсем близко!.. Совсем близко!.. Я думаю, до них м-можно долететь просто на ракетоплане… там, правда, присутствует какая-то странная з-завеса…
— Это Тьма, — терпеливо объяснил Креол. — Этот мир большей частью состоит из Тьмы. И в этом темном море бесконечности порой встречаются пузыри демонической жизни — их называют аркалами. Лэнг — один из аркалов. А эти два… ну, они очень близко к Лэнгу… вроде бы именно от него они когда-то и оторвались. Не уверен.
— Это его спутники? — жадно спросил Лакласторос. — Луны?.. Почему они не в-вращаются? Они должны в-вращаться! Или упасть! Почему они не падают? Почему в-висят на одном м-месте?..
— Не знаю. Никогда не задавался такими вопросами.
— Ох, как же я хотел бы это изучить… — простонал крохотный профессор.
— Когда победим — изучай сколько влезет.
— Ловлю в-вас на слове! Так о чем в-вы хотели с нами поговорить, профессор Креол?
— Проект «С’ньяк», — лаконично напомнил Моргнеуморос.
— Ах да, в-верно… Этот С’ньяк… он, как я понял, м-местный в-верховный в-владыка?
— Поднимай выше, — усмехнулся Креол. — Он верховное божество.
— О, — только и сказал Лакласторос.
Вплоть до первого контакта с Лэнгом профессор не верил в сверхъестественное… да и после него тоже в общем-то. Он всегда считал пришельцев из другого мира просто… пришельцами из другого мира. Странного и страшного мира, с иными физическими законами, населенного чуждым враждебным разумом — но не более того.
И даже теперь, после всего произошедшего, Рато Лакласторос не мог побороть врожденного скептицизма. Да, во время битвы полчищ он видел самого настоящего бога — Дагона. Не собственными глазами, поскольку в то время профессор отсутствовал в Иххарии, но тем не менее видел. Записей было сделано порядочно.
Однако и это не окончательно его убедило, ибо Дагон выглядел… не очень божественно. Громадный рыбочеловек, закручивающий трезубцем океан… о, какому-нибудь древнему язычнику этого было бы достаточно, но современному ученому?.. От бога он ожидал большего.
Впрочем, какое бы происхождение ни имели эти криптиды, в их невероятных свойствах и способностях профессор вполне удостоверился.
Аура Инанны вообще произвела на него неизгладимое впечатление.
— Получается, в-вы хотите убить… бога, — медленно произнес он.
— Я уже делал это раньше, — напомнил Креол.
— Да-да… Просто я к тому, что… чем м-мы м-можем в-вам в-в этом помочь?
— Можете. Убить бога… даже для меня эта задача на пределе возможного. Убить или хотя бы ранить бога можно только несколькими способами, и все они невероятно сложны…
— Кстати, я давно хотел в-вас спросить, — перебил Лакласторос. — А почему это так? Что такое отличает в-всех этих… существ? Они устроены как-то иначе на клеточном уровне?.. Или на атомарном?..
— На реальностном, — кратко ответил Креол.
— Не совсем понял, простите.
— Реальность — это основной параметр бытия.
— И-и?.. — наморщил лоб профессор.
— Почти все существующее реально лишь отчасти. На определенное количество процентов, — терпеливо начал объяснять Креол. — Наименее реальны воображаемые вещи — там счет идет на десятые или даже сотые доли процента. Затем идет реальность потенциальная, несотворенная — то, что еще называют Хаосом. Один-три процента. Чуть более реален чистый эфир — четыре-пять процентов. У высокоорганизованного эфира вроде маны — семь-девять процентов. У плотных астральных тел вроде призраков — десять-двадцать. Псевдоматерия и доппели имеют двадцать-двадцать пять, поэтому очень неустойчивы и легко исчезают. Алхимические вещества — двадцать пять-тридцать, поэтому они не совсем полноценны. Настоящая, полноценная реальность начинается с тридцати пяти процентов — именно столько имеют неодушевленные материальные объекты, обладающие астральной тенью. Одушевленные же существа реальны на сорок пять процентов и выше. Самые реальные могут достигать шестидесяти и даже шестидесяти пяти. Примерно столько у людей — около шестидесяти.
— Кажется, понимаю… — неуверенно кивнул Лакласторос. — А сколько у м-меня?..
— Почем мне знать? — вытаращился Креол. — У тебя на лбу не написано. И по ауре этого не прочтешь.
— А… Просто я думал… ладно, не важно. Сколько тогда у этих… демонов?
— Демоны, джинны и другие бессмертные реальны на семьдесят процентов и более. Архидемоны же как минимум на восемьдесят пять. Ну а с девяноста процентов начинается… сверхреальность. Ею обладают только боги, хтонические чудовища и еще некоторые крайне редкие объекты.
— Хм… А сто у кого-нибудь есть?
— Сто только у одного вида объектов. У Атманов.
— А… а что это такое?
— Сознание. Четвертая оболочка души, ядро. Стопроцентно реальное, вечное и абсолютно неуничтожимое начало. Единственное, чему вообще никто ничем в принципе не может навредить. Это и есть Третий Закон Творца.
Лакласторос покивал, обдумывая услышанное. Потом осторожно уточнил:
— То есть… в-все дело в-в том, что боги существуют на ином уровне реальности? Они… э-э… сверхреальны?..
— Да, абгаль. Чем выше реальность объекта, тем сложнее на него воздействовать. Например, обычный призрак не может даже сдвинуть ничего материального…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
