И еще он точно мог сказать, когда Диана начинала отвечать на его поцелуй. По сравнению с ней Корнелия целовалась так привычно, как будто прогуливалась по улице. Экспериментируя, он просунул свой язык ей между губами. Она застыла, потом резко отодвинулась от него. Ее лицо побелело.
– Клэр, ты не должен… Я не выношу этого! – Он нахмурился, потом поднял удивленно брови, и она добавила слабым, тихим голосом: – Я прошу тебя, дай мне немного времени, чтобы привыкнуть… Прежде чем позволить такие… такие интимные вещи.
Герцог извинился, немного смутившись. Явно Корнелия не была такой уж опытной. Она, наверное, только казалась такой. Когда он снова попытался обнять ее, она положила руки ему на грудь.
– Нет-нет, хватит!! – вскрикнула она.
Он подумал, что сейчас с ней случится припадок. И Клэр уже искал слова, которые могли бы ее успокоить. Но она вдруг пришла в себя. Поправив шляпку и платье, она предложила вернуться к фаэтону.
– Представляю, как я выгляжу, – сказала она. – Все сразу догадаются, чем мы тут занимались.
Она быстро пошла по тропинке. Больше не спотыкаясь.
– Конечно, догадаются, – согласился он. – Как только будет объявлена помолвка, весь город догадается. Интересно, а что ты думала? Все влюбленные парочки предаются таким наслаждениям, когда только могут.
Корнелия вспыхнула. Значит, все будут знать? Но это ужасно!
И она, леди Корнелия, вынуждена подвергаться таким унизительным вещам. Только представить! И дальше еще хуже! С еще больше страстью он будет накидываться на нее. На одну секунду вся храбрость покинула Корнелию. Она чуть было не отказалась от своего намерения выйти замуж. Затем она вспомнила, что собирается стать герцогиней Клэр. И сказала себе, что за это выдержит все.
Когда герцог помог ей сесть в фаэтон, она решила, что не позволит себя соблазнить до самой свадьбы, день которой лучше оттягивать как можно дольше.
Но минуту спустя она уже успокоилась, улыбнулась герцогу и могла обсуждать с ним план их помолвки. Клэр сказал, что хотел бы дать объявление в прессу. Уже сегодня.
Однако Корнелия настаивала, чтобы он отвез ее немедленно домой. Герцог предлагал поехать к нему, чтобы она могла сама объявить герцогине о помолвке. Но Корнелия боялась, что герцогини не будет дома, и она окажется опять одна с ним и с его отвратительной страстью.
Когда они приехали, она была рада, что Клэр только поцеловал ей руку и не собирался зайти в дом. Целовать руку можно, и это даже приятно. Все остальное, связанное с помолвкой, Корнелии абсолютно не нравилось. Она поспешно поднялась к себе, умылась и почистила зубы.
Вечером за обедом Клэр объявил о помолвке.
Вдова герцогиня сияла от счастья. Эмили пыталась показать, что она тоже очень довольна, но не могла скрыть своего разочарования. Ей была неприятна мысль, что брат все-таки поддался на хитрые уловки Корнелии.
– Дорогой мой мальчик, я так рада! – воскликнула его мать. – Надо немедленно приказать, чтобы из Клэр-Корта доставили старинное обручальное кольцо. Ты помнишь – там огромный изумруд с бриллиантами. Корнелии оно очень пойдет.
Однако по какой-то причине Клэр возмутился. Может, потому, что он до сих пор считал, что это кольцо принадлежит Диане.
– Думаю, это совершенно излишне, мама, – сказал он. – Я хочу купить Корнелии что-нибудь посовременней. Мне никогда не нравился этот старый дизайн.
– Ей подойдет большой алмаз, белый, похожий на кусок льда, – проронила Эмили.
– Тихо, Эм, – сказал герцог, и сестра замолчала.
О помолвке герцога и Корнелии сообщили все газеты. Все издания поместили поздравления и лучшие пожелания новобрачным.
Корнелия праздновала победу. Герцог Клэр наконец-то ее! Ей доставляло удовольствие, что он, красивый и представительный, сопровождал ее всюду. Но все что она позволяла ему, это невинный поцелуй в конце вечера. Да и сам герцог, кажется, потерял интерес к страстным объятиям, за что она была ему благодарна.
В ее новой роли невесты Корнелию радовала каждая мелочь. Все эти вечера в ее честь, улыбки, пожелания счастья. Она восторгалась огромным бриллиантом, который Клэр ей подарил.
Особое удовольствие ей доставляли визиты в дом герцога. Она строила грандиозные планы по обустройству ее нового дома. Что касается вдовы и этой несносной старой девы, то Корнелия собиралась после свадьбы отправить их куда-нибудь подальше.
По поводу предстоящего брака заключалось множество пари. Пьерпонт Эванс как-то сказал своему другу, что он надеется, что тот понимает, сколько денег он ему стоил, сделав предложение Корнелии.
– Я был уверен, что у тебя никогда до этого не дойдет, Клэр, – огорчался он. – Кто бы мог подумать, что ты сдашься этой ля'Корнелии… Восхитительна, не спорю! Но… по-моему, это просто невозможно!
Лорд Барретт высказался еще более определенно:
– Слушай, кузен, опомнись! Только представь, куда ты лезешь и что тебя там ждет! И очень скоро, должен заметить. Ну в кого ты превратишься через пару лет? Да, я знаю, она красавица. Но зачем же привязывать себя на всю жизнь к одной, когда их тысячи вокруг! Подумай о том, сколько ты потеряешь!
Клэр не слушал ни того ни другого. У него было тяжелое чувство, что он не только торопится и поступает неправильно. Ему казалось, что у него уже просто нет выхода. Он не может повернуть назад. Все равно, что скакать не обезумевшей лошади, не разбирая дороги, не имея возможности ни повернуть, ни остановиться.
Он пожимал плечами, думая, что все это ерунда, и пытался выкинуть странные мысли из головы. Он сделал предложение, и, конечно, ему надо достойно выполнить свой долг.
Диану он не видел уже в течение некоторого времени. Она не была на балу у лорда Эванса. Леди Майклс и ее мать спрашивали у нее, почему она никуда не выходит. Диана ответила, что устала от слишком большого количества балов и приемов. Леди Майклс не удовлетворила свое любопытство, но миссис Трэвис, заметив слезы в глазах дочери, ее побледневшее лицо, решительно увела тетю из комнаты.
– Но послушай, Сара, – протестовала леди Майклс, когда они остались одни. – Что случилось с нашей Дианой?
– Я не вполне уверена, но, зная характер моей дочери, мне кажется, что будет лучше, если мы оставим ее в покое. Пусть она придет в себя. Должно быть, что-то случилось, однако я не имею понятия что.
Вскоре после этого распространилось известие о помолвке герцога и леди Корнелии. Леди Стаффорд зашла, чтобы это обсудить.
– Сказать по правде, я никогда не думала, что Корнелии это удастся, – заявила леди Стаффорд. – Я бы могла поклясться, что, когда Диана приезжала к нам, у нее была какая-то история с герцогом Клэром. И Энн тоже так считает.
