оборонительных укреплений Гамбурга. Гамбуржцы подняли великий стон, хотели жаловаться Наполеону (он отказался принять их) и на сей раз нашли непреклонным Даву, несколькими днями ранее защитившего их. Тем не менее они заплатили часть контрибуции, деньгами и продуктами, что было для нужд армии важнее всего. Около 10 миллионов отправили в Дрезден; огромные количества зерна, скота и спиртного погрузили на суда для отправки вверх по течению Эльбы.
Завладев ресурсами, Наполеон распорядился ими так, чтобы обеспечить пропитание многочисленным войскам во всех пунктах на реке и, главное, в Дрездене. В центре своих операций он хотел располагать двухмесячными припасами для 300 тысяч человек, и прежде всего, запасами сухарей, которые могли переноситься в солдатских ранцах и позволяли войскам маневрировать по семь-восемь дней кряду, не тревожась о пропитании. Для создания таких запасов требовалось 100 тысяч квинталов зерна или муки в Дрездене, и 8—10 тысяч квинталов в Кёнигштайне. Семьюдесятью тысячами квинталов располагал Магдебург, где запасы на случай осады и для содержания проходящих войск собирали всю зиму. Наполеон приказал перевезти по Эльбе эти 70 тысяч в Дрезден, немедленно восполнив их в Магдебурге равным количеством, подвезенным из Гамбурга. Благодаря такой комбинации огромному количеству продовольствия пришлось проделать только по половине пути. Обнаружив, что дизентерия, вызываемая у молодых солдат жарой и усталостью, очень быстро излечивается рационом из риса, забрали весь рис, какой был в Гамбурге, Бремене и Любеке; забрали также спиртное, солонину, скот, лошадей, кожу, сукно и полотно. Все лодочники, которым платили гамбургскими векселями, работали не покладая рук с первых чисел июня, в то самое время, когда Наполеон, сославшись на усталость, отказался принять Бубну.
Так Наполеон превратил Эльбу в мощную линию обороны и в неисчерпаемый источник пополнения продовольственных припасов. Но он не ограничился укреплением одной этой линии. В Лигнице за Дрезденом и в Эрфурте перед Дрезденом он также хотел располагать полностью снабженными складами. Пользуясь богатством Нижней Силезии, где была расквартирована армия, сражавшаяся в Бауцене, и не имея причин щадить эту провинцию, Наполеон приказал ежедневно заготавливать больше необходимого, используя двухмесячное перемирие для создания двадцатидневного запаса продовольствия. За Дрезденом, в Эрфурте, Веймаре, Лейпциге и Вюрцбурге, саксонских и франконских краях, он находился у союзников и пользовался ресурсами страны, платя за всё, что брал. Однако он обошелся без подобных церемоний в отношении Лейпцига, который выказал открытую враждебность. Наполеон приказал вывезти хлопковые и шерстяные ткани, зерно, спиртное, которыми были переполнены лейпцигские склады, и оккупировать общественные учреждения, чтобы устроить в них госпитали, а затем дополнил эти меры угрозой сжечь город при первом же мятежном движении. Эрфурт, Наумбург, Веймар и Вюрцбург были также наполнены госпиталями. Наполеон вооружил Вюрцбург и Эрфурт, дабы располагать цепочкой укрепленных пунктов на пути в Майнц на случай непредвиденных событий и отступления. Как мы уже не раз замечали, не желая допускать возможной неудачи в политических расчетах, он всегда допускал таковую в расчетах военных. Наконец, имея возможность найти оружие, боеприпасы и некоторые предметы снаряжения только во Франции, тогда как продовольствие можно было найти всюду, Наполеон заключил сделки с германскими компаниями по доставке из Майнца в Дрезден предметов вооружения и снаряжения, которые невозможно было раздобыть в Саксонии.
Вот посредством каких мер Наполеон задумал надежно защитить и обильно снабдить всем необходимым свою боевую линию ко времени возобновления военных действий. Оставалось позаботиться о приведении численности войск в соответствие с масштабами будущих операций, и Наполеон не забыл и об этом.
Хотя Наполеон и льстил себя надеждой, что Австрия присоединится к его планам, он всё же принял меры и в обратном предположении и подготавливал в Вестфалии, на Рейне и в Италии три резервных армии, способных в ближайшее время вступить в кампанию. За два месяца перемирия, которые он надеялся растянуть до трех, формирование этих армий, начавшееся в марте, должно было завершиться.
В Вестфалии из реорганизованных полков Русской армии формировались два больших корпуса, по шестнадцать и двенадцать полков, предназначавшиеся Даву и Виктору. Пока завершалась их организация, Наполеон распорядился о местах их расположения и применения. Корпус маршала Виктора был направлен на пограничную линию перемирия и расквартирован у Одера в окрестностях Кроссена, для завершения обучения и снабжения в соответствии с предписаниями, данными всем корпусам. Ожидая главного удара союзников в верховьях Эльбы, Наполеон решил, что Даву, подкрепленному датчанами, будет много четырех дивизий для охраны ганзейских департаментов и нижнего течения Эльбы, и задумал разделить его корпус. Даву оставили две дивизии, а две другие Наполеон вверил генералу Вандаму и разместил в Виттенберге, откуда генерал мог в случае нужды подтянуть их к себе или отослать в низовья Эльбы, если они понадобятся Даву.
Другие корпуса, назначавшиеся для подкрепления действующих войск, организовывались в Майнце. Там почти завершилась организация четырех дивизий, которые через два месяца должны были прийти в отличное состояние. Наполеон предназначил их Сен-Сиру, получившему ранение в 1812 году на Двине, но уже оправившемуся.
Таким образом, Наполеон предполагал увеличить свои силы в Саксонии, на случай появления Австрии на театре военных действий, с помощью корпусов Виктора, Вандама и Сен-Сира, включавших около 80 тысяч пехотинцев. Помимо этого мощного подкрепления пополнения должны были получить и корпуса, с которыми он открыл кампанию. Не считая четырех уже готовых дивизий в Майнце, Наполеон собрал части еще двух дивизий, которым предстояло завершить формирование под началом маршала Ожеро и присоединить две баварские дивизии. Эти четыре дивизии, две французских и две баварских, предназначались для угрозы Австрии в Верхнем Пфальце.
Наполеон с пристальным вниманием следил за исполнением приказа, отданного Евгению: сформировать в Италии 60-тысячную армию, к которой он хотел присоединить 20 тысяч неаполитанцев. Мюрат всё еще не прислал свой контингент. Тотчас по возвращении в Дрезден Наполеон категорически потребовал от него войск и предписал Дюрану де Марейлю, французскому послу в Неаполе, удалиться, если неаполитанскому корпусу не будет немедленно отдан приказ к выдвижению. В сборных пунктах можно было набрать 6–7 тысяч человек для легкой конницы будущей Итальянской армии, которых хватало для этих краев, где кавалерия, имея мало возможностей атаковать на линии, в основном занималась разведкой. Итальянские арсеналы и сборные пункты располагали также всеми частями прекрасной артиллерии. Поэтому Наполеон надеялся получить в Италии к 1 августа армию в 80 тысяч человек, снабженную 200 орудиями, грозившую вторжением в Австрию через Иллирию и нацеленную прямо на Вену. Он подсчитал, что Австрия, даже собрав 300 тысяч человек, что было много при состоянии ее финансов и времени, которым она располагала, сможет выставить на линию не более 200 тысяч. Однако 50 тысяч ей придется повернуть к Италии против Евгения,
