Читаем без скачивания Лабиринт теней - Улисс Мур

Ключ в дверях за занавеской звякнул ещё раз.

— Слишком поздно, красавица, — присвистнул младший Флинт.

Послышался стон.

Долгий стон.

Потом скрип.

Потом старший Флинт разочарованно протянул:

— Да нет тут ничего!

А потом его же вопль:

— О, чёрт возьми! Что это?

И в следующее мгновение на них на всех обрушилась лавина воды.

В таверне у моря Мариус Войнич ещё молчал. Он только рассеянно заметил какого-то мальчика со связанными руками и с кляпом во рту, который бежал со всех ног в переулок. Но не это заставило его заговорить.

А тот самый тучный доктор, который всё ещё улыбался, стоя возле них.

Близкий друг Вивианы Войнич.

Его проклятой сестры.

Придя в ужас от слов доктора Боуэна и даже пошатнувшись на краешке стула, Поджигатель замер, словно соляная статуя.

— Я что-то не так сказал? — озабоченно поинтересовался доктор Боуэн, когда почувствовал, что молчание длится слишком долго.

— Гм, Боэун… — заговорил Блэк Вулкан, поднимаясь со стула и намереваясь увести его к другому столику. — Не знаю, что именно… но… думаю, и в самом деле, что-то не так. Не мог бы ты…

— Я ведь только спросил, не знаком ли он с Вивианой Войнич! — возразил доктор Боуэн.

— И судя по всему, он не желает ничего знать об этой Вивиане Войнич. Может, это его бывшая жена, которая преследует его с целым полчищем адвокатов, откуда мы знаем?

Доктор Боуэн высвободил руку:

— Я понял, но это совсем не значит, что ты должен выталкивать меня отсюда таким образом.

— Извини, я не хотел тебя обидеть, — согласился Блэк Вулкан, который и в самом деле обошёлся с ним грубее, чем было необходимо.

— А вот и хотел. Хотел выставить меня в смешном виде перед твоим другом.

Блэк Вулкан посмотрел на него, побледнев:

— Но что ты такое говоришь?

— Когда ты перестанешь мучить меня?

В словах доктора сквозила старая обида, которая не имела ничего общего с происходящим. Он зло усмехнулся:

— Короче, я ухожу. Не буду мешать.

Достал из кармана корешок от авиабилета и монету, которую бросил на стол в оплату за напиток.

— Не нужно, я заплачу… — предложил Блэк.

— Вот ещё! — вскипел доктор. — Знаешь что, Блэк, ты бы лучше не возвращался в Килморскую бухту. Мы прекрасно и без тебя тут обходились.

После чего, жестом попрощавшись с господином Блумом и Войничем, удалился.

Глядя ему вслед, Блэк покачал головой, расстроенный этим глупым разговором.

Никто из них ни в чём не был виноват, но с годами иногда что-то меняется в худшую сторону. Так произошло и в отношениях с доктором Боуэном.

Блэк машинально взял корешок от квитанции и монету, которую доктор оставил на столе, и вдруг почувствовал, что наступила тишина.

Притихли птицы.

Все сразу.

Внезапно.

Блэк Вулкан посмотрел сначала на море.

Потом на город.

Стояла какая-то нереальная тишина.

— Сожалею о случившемся, господин Войнич, — говорил в это время господин Блум.

— Не нужно извиняться. Это не ваша вина. Вы тут не при чём. Но… это смешно…

— Что?

— Ещё несколько минут назад я был уверен, что несколько более или менее удачных совпадений привели меня в это место по важной причине…

Господин Блум решил, что в этой ситуации лучше всего помолчать.

— Воображение — самая коварная из наших способностей, господин Бултон, — продолжал Войнич. В его голосе слышались глубокое разочарование и бесконечное огорчение.

Он закусил губу, прежде чем продолжать.

— Сегодня я вообразил, что это совершенно особый день. Вообразил всеми своими силами. Мне хотелось писать, я прекрасно чувствовал себя. И от этого чудесного морского воздуха надулся, как индюк. Вы понимаете, что я имею в виду?

— Но ещё не вечер, господин Войнич…

— Однако моё воображение закончилось. Ваш знакомый внезапно опустил меня на землю. Он очень хорошо напомнил мне, кто я такой и кем мне суждено оставаться всегда. Братом моей сестры. И он, конечно, нисколько не виноват во всём этом, но…

Торопливые шаги Блэка Вулкана прервали слова Войнича на середине.

— Вы слышите? — взволнованно спросил бывший железнодорожник. — Вы тоже слышите, какая наступила немыслимая тишина?

Внимание мужчин сначала привлекла тишина, о которой сказал Блэк, а затем далёкий гул, похожий на шум вертолёта.

— Я более, чем кто-либо… — заговорил доктор Войнич.

В следующее мгновение все трое вскочили на ноги.

Внезапно на центральную улицу выкатилось настоящее цунами. Гигантский водяной вал, подхватил вазы, скамейки, машины, прохожих. В те же секунды понесло к морю и чёрный бентли. Потом гигантская волна вознеслась над тротуаром и покатилась в порт.

— Бежим! — вскричал Войнич, увидев, что гигантская волна несётся на них. — Бежим! Бежим! Скорее!

Ни господин Блум, ни господин Блэк Вулкан не заставили его повторять дважды.

Глава 30

СЛОВА ИЗ ПРОШЛОГО

Ровно в час Нестор услышал первые крики.

Далёкие, ритмичные. Казалось кто-то зовёт на помощь.

Он остановился на середине тропинки. Спокойно колыхалась трава, жужжали в ветвях насекомые. Быстро двигались со стороны моря золотистые облака, на всём водном просторе не видно было ни единого судёнышка.

Внезапно крики прекратились, но потом возобновились, как будто люди, просившие о помощи, нуждались в передышке.

Крики доносились из усыпальницы.

Нестор помрачнел, повернув обратно, достал связку ключей и открыл ворота, которые вели к последнему прибежищу его семьи.

Крики зазвучали отчётливее.

— Эй! Кто-нибудь слышит нас? Помогите!

— Выпустите нас!

Но это же голоса…

Рика!

Джейсона!

Он не ответил, решив, что сейчас так или иначе подойдёт к ним, и хромая, спустился по лестнице и направился по коридору. Прошёл мимо пустых могил — своей собственной и жены, укрытых цветами, которые приносил сюда каждый день.

Как он уже понял, ребята звали с другого конца коридора, где находился выход из усыпальницы семьи Мур в подземелье виллы «Арго».

Нестор подошёл к калитке с бьющимся сердцем. Включил освещение.

И увидел их.

Их почему-то оказалось пятеро. Они держались за решётку, которая отделяла могилы от моста со скульптурами животных.

Джейсон, Рик, Анита.

И…

— НЕСТОР! — закричал Джейсон, увидев хромающего в полумраке садовника. — Нестор, слава богу! Я не сомневался, что ты услышишь нас!

Нестор не сразу смог сообразить, что спросить у ребят, направляясь к ограде с ключами в руках, но всё же поинтересовался, как всегда ворчливо:

— Можно узнать, что вы тут делаете?

— Открой! Пожалуйста, открой! — взмолились ребята.

— Минутку, минутку… Но… А эти господа?

Слишком много вопросов. Все сразу.

Он почувствовал, как из-за решетки Джейсон и Анита ласково тянут к нему руки, желая приласкать, невольно отстранился и принялся возиться с замком.

— Открываю. Открываю. Но вы должны всё объяснить мне.

Полчаса назад он показывал усыпальницу Маляриусу Войничу, и вряд ли удалось бы объяснить ему, что здесь сейчас происходит.

Садовник заметил рваные одежды двух незнакомых мужчин.

— Это братья Ножницы, Нестор, — объяснил Джейсон.

— Поджигатели, — уточнил Рик.

— Да, но мы раскаялись… — умоляющим тоном добавил кудрявый.

— Ещё как! — уверенно подтвердил белокурый.

Нестор поколебался.

— Выпусти их, — попросил Джейсон. — Они спасли мне жизнь.

— Жизнь?

Дверца скрипнула, повернувшись на петлях, и как только немного приоткрылась, ребята вырвались из-за неё и бросились на шею садовнику.

— Нестор! Если бы ты только знал, как мы счастливы видеть тебя!

— Мы дома! Дома!

Для него, всегда столь сдержанного и осторожного в проявлении чувств, это объятие оказалось настоящим потрясением. Уже многие годы никто не обнимал его. Во всяком случае с тех пор, как Пенелопа упала с утёса. Он чувствовал себя как дедушка с внуками. И это нисколько не нравилось ему, потому что напомнило о том, как он стар уже. Старый усталый ворчун.

Такое ощущение он испытал в жизни ещё только однажды.

Когда решил продать виллу «Арго».

Они направились к выходу.

— Так вы наконец объясните мне, как оказались тут?

Ребята переглянулись, счастливые, не зная, с чего начать.

— Это благодаря Джулии, — начал Рик. — Это она объяснила мне, что Джейсон в опасности.

— И нам удалось уговорить его войти в дверь из слоновой кости, а потом и в Лабиринт, — добавил Джейсон, весело глядя на друга.

— И он пришёл как раз во время, — подчеркнула Анита.

— Это и в самом деле получилось прямо-таки театральное сражение, — вмешался кудрявый.