— Умер?! — ошарашенно вскричал я. — Как — умер?
Остальные, тоже не ожидавшие ничего подобного, присоединились к моему, мягко говоря, изумлению.
Гесс:
— Умер?
Любимов и Монтинин хором:
— Умер?
Можайский:
— Митрофан Андреевич?
Инихов:
— Как так?
Чулицкий, несмотря на свое заявление о нежелании говорить:
— Ну и ну!
Даже Саевич не сдержался:
— Черт возьми!
И только доктор, по-прежнему мирно спавший на диване, и Иван Пантелеймонович, просто проведший ладонью по своей совершенно лысой голове, остались безмолвными.
— Да, господа, — подтвердил Митрофан Андреевич. — Фирсанов умер.
— Но как это случилось?
— Удар.
— Но почему?
Митрофан Андреевич бросил на меня не слишком приязненный взгляд:
— Я — не доктор.
— Но…
— Послушайте, — Митрофан Андреевич сцепил пальцы рук в замок и выставил их вперед как бы в отчасти молитвенном, отчасти — в угрожающем жесте. Костяшки его пальцев побелели. — Послушайте: чего вы еще хотите? Признания в том, что смерть Фирсанова — моя вина? Ну так получайте!
Митрофан Андреевич шагнул ко мне.
— Получайте! — почти закричал он. — Да: я виноват. Я так сильно тряс несчастного, что у него кровь пошла носом. Меня оттащили от него, а самого Фирсанова усадили на стул. Вот тут бы и вызвать врача, обратить внимание на то, что Фирсанову совсем худо, так ведь нет! Вместо этого я всё требовал и требовал объяснений и не успокоился до тех пор, пока не получил их. Пока все эти люди — один за другим — не рассказали мне о своем бедственном положении. Пока все они не признались: даже помощь из кассы им перестали давать, так как они задолжали столько, что никакое жалование не могло уже покрывать их ссуды! Один за другим они рассказывали мне всё это, а я оставался беспощадным требователем. Моя гордость была так уязвлена, что я должен был упиваться их рассказами: только они давали мне утешение, свидетельствовали о том, что не я, как неважный и слепой руководитель, повинен в произошедшем, а злосчастное стечение обстоятельств! И пока они — вот так — утешали меня, Фирсанову становилось всё хуже. А потом…
Митрофан Андреевич запнулся.
— …потом он просто упал со стула.
Секундная тишина.
— Мы — все — подбежали к нему: даже я — наконец-то! — опомнился. Но было поздно. Он умер на наших руках, почти сразу потеряв сознание и больше в него не приходя.
Я покраснел:
— Прошу прощения, Митрофан Андреевич…
Полковник расцепил руки, сложил их за спиной и отступил от меня:
— Что вы, Сушкин, — сказал он с леденившим кровь спокойствием, — не за что. Зато видите, как всё удачно обернулось? Я выяснил причину, по которой мои люди пошли на преступления. И рассказал о ней вам. А вы напишите и выпустите в печать. Поди плохо?
Краска сбежала с моего лица, по спине пробежали мурашки:
— Митрофан Андреевич!
Митрофан Андреевич отвернулся.
-----------------------------------------------------------
Поддержать автора можно переводом любой суммы на любой из кошельков:
в системе Яндекс. деньги — 410011091853782
в системе WebMoney — R361475204874
Z312553969315
E407406578366
в системе RBK Money (RuPay) — RU923276360
Вопросы, пожелания? — paulsaxon собака yandex.ru
Примечания
1
Адресат неизвестен.
2
2 См. примечания в основной части книги.
3
3 Первый пожарный автомобиль (был поставлен на вооружение в Александро-Невскую часть) вышел из мастерской Фрезе 6 июля 1904 года.
4
4 Вероятно, имеется в виду пожарный флот: пароход, катер, специальные шлюпки, а также оборудование собственного специального эллинга, позволившее сократить время обслуживания пожарных судов и повысить качество ремонтных работ.
5
5 Николай Васильевич добился своего. Спустя всего несколько лет (впрочем, сам Николай Васильевич тогда уже вышел в отставку), в одной из петербургских газет появился восторженный и при этом совершенно искренний отзыв о пожарной службе:
…видная сторона деятельности Митрофана Андреевича заключается в том, что он привлек к пожарной службе способных лиц, которые и в настоящее время приносят огромную пользу в этом деле. Назовем Н. П. Требезова, Г. Н. Ревского, А. А. Язвицкого и других, которые с таким рвением принялись за свои новые обязанности и так все у них пошло успешно, что даже старые служаки подтянулись.
Кому ранее приходилось случайно проходить мимо пожарной части, тот, наверно, помнит, как происходила закладка пожарного обоза: шум, крики, подчас ругань прислуги, и даже лошади вторили служителям и как-то особенно громко ржали. А теперь? Теперь вся команда при закладе точно в рот воды набрала. Все хранят должное молчание, каждый делает то, что ему приказано брандмейстером.
Но вот проходит две минуты, и пожарный обоз готов к выезду. Брандмейстер быстро идет к линейке, садится, командует: «Шагом марш, садись, рысью!» И в полном порядке «серые герои» следуют к месту пожара.
Прибыли на пожар — опять молчание; каждый служитель делает свое дело, и только слышно громкий голос брандмейстера, который отдает приказания.
Вот ставят механическую лестницу, тоже почти без слов, лишь слышны указания и команды старшего при ней.
Пожар потушен!
Служители устали; их не заставляют, как было раньше, идти домой пешком. Нет, это уже отошло в область предания, так как теперь приказано, что служителям нужно поскорее добраться домой, чтобы после трудной работы привести обоз в порядок и, отдохнув, со свежими силами быть снова готовыми к борьбе с огненной стихией.
Не можем еще умолчать об одной реформе, введенной М. А. Кириловым. Нет более диких криков верхового (которого принято у нас называть скачком), это заменено рожком; на пожарной линейке стоит трубач, который во все время следования пожарных к месту пожара играет кавалерийские сигналы, чем предупреждает прохожих, кучеров и извозчиков. Этот трубный звук далеко слышен, и обыватели поспешно дают дорогу для проезда пожарных!
6
6 Адресат обращения неизвестен.
7
7 Николай (император)?
8
8 На Фонтанке, 57 находилось министерство внутренних дел.
9
9 Ныне улица Пестеля. По адресу Пантелеймоновская, 9 находились одновременно Канцелярия министра внутренних дел и Штаб отдельного корпуса жандармов.
10
10 Фонтанка, 16.
11
11 Фурштатская, 40.
12
12 Михаил Фролович намекает на негласные обстоятельства формирования жандармских корпусов: из переведенных — часто по неблаговидным причинам — офицеров гвардии.
13
13 Никита Аристархович не знал, что его отчет не пройдет цензуру и для широкой публики останется недоступным.
14
14 См. ранее: засаду около дома Никиты Аристарховича, задержание всех подозрительных лиц, появление, как полагали, барона Кальберга, якобы ускользнувшего прямо из участка.
15
15 Не входящее в обязанности или выходящее за рамки обязанностей. Митрофан Андреевич подбирает — попутно его же и создавая — мягкий термин для обозначения незаконной деятельности.
16
16 Возможно, Митрофан Андреевич намекает, с одной стороны, на многочасовые речи, которыми славился Цицерон, а с другой — на слова «veni, vidi, vici» («пришел, увидел, победил»), которыми Цезарь, не вдаваясь ни в какие подробности, описал свои войну с Боспорским царем Фарнаком и победу над ним.
17
17 Возможно, по случаю праздников или чего-то подобного. Вообще, Митрофан Андреевич славился своим стремлением всячески скрасить быт своих подчиненных, особенно нижних чинов.
18
18 Из прошедших действительную военную службу.
19
19 Лично императора. Само собой, без утверждения свыше Митрофан Андреевич не мог позволить себе вводить такого рода новшества. Впрочем, на самом деле это нововведение касалось, прежде всего, не вновь поступавших на пожарную службу, а их продвижения уже по службе; в частности, замещения вакансий более высоких чинов. Эта мера ввела элемент соревновательности и, как следствие, подняла общий уровень подготовки нижних чинов, но, тем не менее, никак не гарантировала от зачисления на службу малопригодных и нерадивых лиц.
