— бдительно следить за состоянием гостей, не позволяя им съесть больше безопасной дозы. Для этого необходимо не только знать тонкости приготовления этого блюда, но и обладать медицинскими знаниями, поскольку интенсивность воздействия яда зависит от комплекции, темперамента и даже цвета кожи человека.
— Охрене-е-е-еть! — протянула мама Кирилла, приглаживая на себе вставшие дыбом волосы. — А ты сама-то знаешь, как её готовить?
— Знаю, но приготовить не рискну, — наотрез отказалась брать на себя такую ответственность Лара и с иронией добавила: — Я слишком сильно люблю твоего сына.
— Расскажи мне! — с азартом прошептала мама Кирилла и придвинула стул поближе к кухонному столу. — Обещаю, что тоже никому не буду её готовить, но ты меня так заинтриговала, что я не усну сегодня ночью, если не узнаю этого.
— Ну, хорошо. Я расскажу. Но очень тебя прошу — не пытайся это повторить в домашних условиях. Ладно?
— Клянусь, — прикрыв глаза и приложив руку к сердцу, торжественно пообещала мама Кирилла и сконцентрировала всё своё внимание на знатоке японской кухни.
— Тогда слушай и НЕ запоминай, — шутливо начала своё повествование Лара, образно взяв в руки невидимую рыбу. — Прежде всего, нужно сделать надрез вокруг рта и снять слой зеленоватой чешуи. Затем, удалить глаза и промыть рыбу. Одним движением руки отрезать позвоночник и распотрошить. Большая часть яда рыбы «фугу» содержится в яичниках и печени, так что надо быть особенно острожным при потрошении. Одно неверное движение — и опаснейший яд попадёт в мясо. Когда органы успешно удалены, нужно убрать их в отдельный лоток. Дальше, положить рыбу на брюхо и сделать на голове два или три надреза, чтобы вытащить мозг. После этого голову можно спокойно употреблять в пищу, предварительно тщательно прокипятив. Разделать всё остальное на филе, а лоток с ядовитыми остатками фугу обязательно сжечь.
— Целый магический ритуал, — восхитилась мама Кирилла, с уважением взирая на обаятельного эксперта.
— Это точно, — поддакнула улыбчивая девушка.
— Слушай! А ты в салатах сечёшь? — оживилась мама Кирилла и стала энергично ёрзать на стуле. — Или ты разбираешься только в морской кухне?
— Я разбираюсь в любой кухне, — гордо приподняв подбородок, похвасталась Лара. — Если бы не серьёзное увлечение археологией, то я посвятила бы свою жизнь кулинарии. Она стала моим главным в жизни хобби после того, как мне на шестнадцатый День рождения подарили книгу «Правила и тонкости кухни» автора Вильяма Похлёбкина. Эта книга перевернула мою жизнь, как котлету на сковороде, и я стала видеть окружающий мир через «кухонные очки». Я в коровах видела — говядину, в свиньях — бекон, в листьях — салат, а реку, с плавающей в ней рыбой, я представляла ухой, томившейся на солнце.
— Значит, мне повезло, — обрадовалась мама Кирилла и, перейдя на шёпот, заговорщицки прошептала: — Дело в том, что у нас на работе проходит неофициальный «кулинарный конкурс» среди любящих пожрать, коллег. И каждый раз в этом «кулинарном поединке» побеждает «овца», которая меня пытается «подсидеть». Ты не представляешь, как мне хочется ей утереть нос и поставить эту зазнавшуюся цацу на место. Я, ради победы, даже, специально посетила крутой ресторан, чтобы подсмотреть там какое-нибудь блюдо и удивить им коллег. Мой выбор пал на салат «Цезарь». Я внимательно изучила ингредиенты, приобрела их в магазине, сделала салат, а вкус не тот. Билась я над ним месяц, добавляла и такие специи, и сякие, всё впустую. Я подозреваю, что у рестораторов есть какой-то свой секрет, но они же мне его не откроют.
— Главный секрет у этого салата — СОУС, — встав из-за кухонного стола, открыла заветную тайну Лара и, вырвав листок из висящего, на дверце холодильника, блокнота, протянула его маме Кирилла вместе с шариковой ручкой. — Записывай. Берем глубокую миску, кладем в нее анчоусы. При помощи задней стороны ложки или вилки измельчаем анчоусов до пастообразного состояния. Добавляем измельченный давилкой чеснок и два желтка. Затем добавляем лимонный сок, горчицу, пищевой уксус и при помощи венчика взбиваем все до однородности. Тонкой струйкой начинаем добавлять оливковое масло, продолжая взбивать венчиком. Сыпем соль, перец и тёртый сыр твёрдых сортов. Хорошенько перемешиваем. Охлаждаем его в холодильнике, хотя бы полчасика, после чего заправляем этим соусом салат «Цезарь». Уверяю тебя. Твои коллеги пальчики оближут, а потом и тебя как рукодельную хозяйку.
— Ну, спасибо тебе, доченька, — сгибая листок вдвое и убирая его в кошелёк, поблагодарила Лару, мама Кирилла и грозно помахала над головой кулаком. — Вот теперь я покажу этой «заблудшей овце», кто у нас на работе «кулинарная императрица».
— Кому это ты тут угрожаешь, смелая женщина? — входя на кухню, усмехаясь, поинтересовался Кирилл и, приобняв маму за плечи, поцеловал её в щёку.
— Да, не важно, сынок, — уклонилась, от никому ненужных объяснений, довольная женщина, уступая сыну место за столом. — Я вот тут вам на завтрак котлеток твоих любимых принесла. Ешь, пока не остыли. И с девушкой своей ими обязательно поделись. А то она со своей маниакальной заботой о тебе с голоду помрёт.
— Не беспокойся, не помрёт, — присаживаясь за стол, заверил маму Кирилл, имея в виду то, что Лара питается от солнца, а не от котлет.
— Кирилл! — «вспыхнула» разгневанная женщина. — Если ты будешь обижать эту святую девочку, я тебя собственными руками задушу! Мерзавец, ты, этакий! Ты меня понял? И не посмотрю, что ты мой сын!
— Да что здесь такое происходит? Что за женский сговор? — недоумённо всплеснул руками Кирилл, начиная заводиться.
— Не волнуйся дорогой, просто мама хочет, чтобы ты был счастлив, — попыталась разрядить обстановку Лара, нежно взяв Кирилла за руки.
— Я и так счастлив. Зачем этого хотеть? — пробубнил Кирилл, обиженно отворачиваясь от мамы.
— Ну, всё, сын. Не злись, — пошла на примирение с сыном, мама Кирилла, гладя его по голове. — Тебе досталась такая принцесса, а ты ведёшь себя с ней как гопник. Вот я и посчитала, что тебе нужно побережнее к ней относиться.
— Ваш сын очень внимателен ко мне, нежен и добр, — заступилась за возлюбленного, Лара, поглаживая его руки. — Предлагаю всем сесть за этот семейный стол и дружно позавтракать этими замечательными котлетками.
— Нет-нет, — решительно отказалась от завтрака, мама Кирилла. — Вы тут без меня, голубки, «поворкуйте» вдвоём и «поклюйте» моих котлеток, а я побегу домой. Уж больно мне не терпится попробовать кое-что сварганить, — подмигнув Ларе, поспешила к выходу окрылённая женщина, крепко сжимая в руках кошелёк, как «зеницу ока».
Тридцатый день счастья
В этот юбилейный день знакомства с Ларой, а точнее вечер, Кирилл решил порадовать свою искусственную вторую половинку и устроить, в честь этого праздничного
