Кейтлин кивнула. Внезапная перемена в сводном брате удивила девушку. Каменное выражение лица напомнило времена, когда он ненавидел ее. Как быстро Рино меняет свое отношение к людям — в мгновение ока! Если бы его чувства к ней были серьезными и имели будущее, то не испарились бы за одну минуту. Он слишком привык к тому, что все вокруг бросаются исполнять его волю, стоит ему лишь глазом моргнуть. Отказов Рино не принимает.
Вот они, подумала девушка, эти доказательства его мелких и мимолетных чувств, в обмен на которые она хотела навсегда отдать свое сердце.
— Счастливого пути, — пробормотала она, и это было все, что Кейтлин могла из себя выдавить.
Рино пристально посмотрел на нее и опустил глаза.
— Мне еще надо собрать вещи, и я уеду.
Девушка отвернулась. Рино вышел из кухни. Она обессиленно облокотилась о раковину, слушая его удаляющиеся по коридору шаги.
Несколько минут спустя он, сбежав по центральной лестнице, выходил на улицу к своей машине.
Кейтлин застыла у раковины, борясь с гордостью и желанием вернуть его.
Следующие два дня прошли в «Броукен Би» спокойно. Кейтлин большую часть времени проводила на воздухе. Она ездила верхом, и гораздо дольше, чем разрешил доктор, и, уж конечно, не медленным шагом.
Девушка скучала по Рино. Она вспоминала каждое мгновенье, проведенное со дня возвращения на ранчо, обдумывала каждое его слово, каждый взгляд, каждый жест. В конце концов девушка решила, что не может человек с таким сильным характером, как он, резко менять отношение к людям.
Он всегда напоминал ей отца: суровый, замкнутый и недоступный. Но теперь Кейтлин не нашла бы у Рино и десятка схожих с Джессом черт. Невозможно было представить, чтобы Рино был груб с ребенком, своим или чужим. Он был горделив по-мужски, но не жесток, как ее отец: не отверг бы он родную дочь только потому, что мечтал о сыне.
К тому же Рино оказался отзывчивым к чужой беде человеком. Джессу никогда не было дела до чувств других людей, они его просто не касались. И жизненные ценности у них были разными. Рино уважал в людях надежность, умение брать на себя ответственность и наличие у них понятия о нравственности. Для отца же главными качествами в людях были дерзость и презрение к чужим правилам.
Помимо того, Рино, поняв, что был несправедлив к сводной сестре, мужественно признал это и раскаялся. В конечном итоге он изменил свое отношение к Кейтлин. С Джессом Бодайном такого не случилось бы, потому что он был абсолютно уверен в своей правоте и считал, что все должны подстраиваться и подлаживаться под него, если хотят с ним общаться.
Два дня, которые Рино собирался провести на своем ранчо, растянулись на неделю, а потом еще на одну и еще… Он несколько раз звонил в «Броукен Би», предупреждая о задержке — а скорее всего, хотел узнать, не уехала ли Кейтлин, — разговор между ними не клеился и походил скорее на обмен дежурными фразами двух малознакомых людей.
Адвокат Джесса разыскивал Рино, и Мэри просила его перезвонить на ранчо Дювалей. Услышав о звонке адвоката от кухарки, девушка догадалась, что тот хотел рассказать о результатах анализа на установление отцовства. Впрочем, какое ей теперь до этого дело?!
За время отсутствия сводного брата Кейтлин совсем поправилась: гипс сняли и головные боли появлялись все реже и реже. К концу второй недели отсутствия Рино девушка потеряла надежду на его возвращение.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Как-то вечером, возвращаясь с прогулки, Кейтлин заметила отъезжающий от их дома роскошный черный «кадиллак» Мэдисон Сент-Джон. Удивленная и заинтригованная, она со всех ног бросилась к заднему входу. В гостиной никого не было, кроме Мэри, внимание девушки привлек огромный сверток, стоявший у стены.
— Шофер мисс Сент-Джон привез это для вас, мисс Бодайн, — объяснила кухарка. — Он сказал, этот портрет был обнаружен на чердаке.
Кейтлин подошла к свертку. Должно быть, портрет мамы, мелькнуло у нее в голове. Она случайно взглянула на стену над камином и неожиданно вспомнила, что очень давно, совсем маленькой девочкой, видела портрет именно там. А мечи эпохи Гражданской войны повесили на это место уже после ее смерти.
Девушка какое-то время смотрела на аккуратный сверток, потом, затаив дыхание, дотронулась до шершавой бумаги. Тоска по прошлому поднялась в ее душе. Она осторожно развязала бечевку и стала снимать бумагу, не осмеливаясь даже взглянуть на картину, до тех пор пока не развернула ее совсем.
— Ой, да это же вы, мисс Кейтлин, — воскликнула Мэри. Девушка тоже удивилась в первое мгновенье, увидев на портрете свое изображение.
На поле голубых люпинов, сливавшихся с бездонной синевой техасского неба, гордо стояла величественная женщина в белой блузе с кружевными воротничком и манжетами, в темно-синей амазонке. Черные волосы ниспадали ей на спину и касались бедер. Несколько непослушных локонов развевались на ветру. В одной руке у женщины была ковбойская шляпа, в другой — букетик нежных люпинов.
По картине невозможно было определить эпоху: такая завораживающая красота могла жить в любые времена. Кейтлин вспомнила милое лицо мамы, ее лучистую улыбку и добрые небесно-голубые глаза. Элейн с грустью смотрела прямо на дочь.
Кейтлин не могла оторвать глаз от портрета, ей казалось, что мама стоит рядом. Впервые за последние пятнадцать лет она видела лицо матери и была поражена своим сходством с ней. Она прижала ладонь к губам, словно не давая вырваться своим эмоциям.
— Прикажете ее повесить, мисс Бодайн? — Вопрос Мэри прервал размышления.
Кейтлин кивнула и, подумав, попросила:
— Вы не могли бы… я бы хотела побыть немного одна…
Кухарка тут же вышла, а девушка присела на стул — ноги не держали ее. Она неотрывно смотрела на портрет, возвращаясь мыслями в свое прошлое.
Кейтлин и Мэри повесили портрет над камином, где он когда-то и был. Глубокие тона масляных красок картины придали комнате необычную торжественность и красоту. Картина притягивала к себе. И девушка весь день провела в гостиной, любуясь изображением матери, вспоминая дорогие для нее мелочи, связанные с родным человеком.
Глубоко тронутая отзывчивостью двоюродной сестры, приславшей портрет матери, Кейтлин позвонила Мэдди. Но горничная ответила, что мисс Сент-Джон занята и не может сейчас подойти. Тогда девушка попросила передать ей свою благодарность. Закончив разговор, она направилась в кабинет написать Мэдисон письмо, стараясь изъясняться простыми фразами. Двоюродная сестра ясно дала понять, что не желает иметь с ней никаких дел, так что не стоит придавать какой-то скрытый смысл ее поступку. Но все же Кейтлин огорчилась, что Мэдди не хочет наладить отношения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
