Во время банкетов во дворце выступали труппы танцующих девушек, которые жили и тренировались тут же во дворце. Многие были семитскими рабынями, захваченными во время набегов на Азию. Обнаженные, они танцевали томные и ритмичные восточные танцы, в то время как музыканты играли, пели или хлопали в ладоши в такт ударам босых ног по крашеному полу.
Существовали и акробатические танцы. На одном из набросков изображена танцовщица восемнадцатой династии, прогнувшаяся назад. Ее длинные волосы скользят по полу. Она одета в узкую юбку, грудь пересекает повязка, а живот оставлен открытым.
Акробатами были женщины, но многие профессиональные артисты были мужчинами. Существовали прославленные слепые арфисты. Стоило такому приглашенному арфисту войти в зал, сесть на предложенную табуретку и ударить по струнам, как почтительно замолкали самые шумные гости.
Египтяне очень любили песни. В основном это были комические куплеты, «профессиональные» песни и песни о любви. Многие песни посвящались животным и птицам. Одна из самых любимых и популярных песен предположительно пелась от лица ласточки.
«Профессиональные» песни были созданы рабочим людом восемнадцатой династии, чтобы облегчить свой труд. Некоторые из них были наполнены юмором. Одна песня была написана на основе шутки: египтяне использовали скот для молотьбы, но в этой песне стадо овец лишь бродит по току и втаптывает зерно. Объясняя нелепость происходящего, крестьянин поет:
Пастух плавает в воде, с рыбами.Он разговаривает с тенями…
Другая «Песня молотильщика» была серьезной, ее крестьяне пели во время молотьбы, заставляя скот ходить по кругу:
Молотите для себя, молотите для себя,О скот!Приготовьте солому для себя и ячменьдля своих хозяев…
Специальные песни существовали для каждого вида работ. Например, песню пахаря крестьянин пел, когда его упряжка тянула деревянный плуг по богатой черной земле:
Хороший день! Прохладный день.Быки тянут плуг.Небо такое, как мы хотим. [День был ясным.]Давайте поработаем для знати!
Еще одну песню, вероятно, пели жнецы, под взмахи своих серпов с медными лезвиями:
Хороший день пришел на землю.Задул северный ветер.И небо такое, как мы хотим.
Большой популярностью пользовалось искусство декламации, большинство декламаторов были мужчинами. Они рассказывали истории или декламировали гимны и стихи, некоторые – собственного сочинения. Поэты были очень популярны. А уж когда появлялся профессиональный рассказчик, садился, скрестив ноги, перед хозяевами и начинал плести свою удивительную историю, все общество замирало и обращалось в слух, несмотря на то что большинство их рассказов было старо, как сам Египет.
Все это время очаровательные обнаженные девушки доливали вино в кубки, которые теперь сохранились лишь в музеях, воздух был тяжелым от запаха духов, цветов и вина. Время от времени знатная дама могла легко соскользнуть со своей тахты и быстренько скрыться за спинами всегда готовых помочь рабынь. Более старшие пары требовали коробки с играми и низкие столики. За ними шла игра в азартные игры, такие, как сенет – игра, напоминающая шашки, – и кости, при которой игроки выбрасывали палочки, предварительно встряхнув их в коробке. Поскольку денег не существовало, играли на драгоценности.
Другие пары после пира ускользали в сады, павильоны и летние домики.
И во дворце, и в домах бедняков рассказывались одни и те же истории. Египтяне, как дети, никогда не уставали их слушать. Но было бы несправедливым считать их детьми. Просто сам мир был еще очень молод. Рассказы и песни были в новинку. Египтяне были искушены в житейских делах, но ум их был неискушен. В детстве няня Тиу пела песни и рассказывала Эхнатону и Нефертити те же сказки, которые позже, в Амарне, они будут слушать со своими детьми.
Во времена царствования Эхнатона стремительно развивалась литература, но почти ничего не было записано. До нас дошло лишь несколько поэм, гимнов и народных сказок. Многие из них были основаны на грубом юморе.
Египтяне любили каламбуры, составление рифм, просто игру в слова и в слова, которые, будучи поставлены вместе, составляли новое слово. Им нравились рассказы о повседневной жизни, истории о сверхъестественном и сказки. Они обожали сатиру, причем высмеянным мог оказаться любой человек, вплоть до жреца и царя. Им нравились рассказы о любви, мести, приключениях, змеях, нападавших на корабли, о людях без голов, колдунах, злобных монстрах, мужчинах, женщинах и богах. Часть сказочных историй подходила для любой аудитории, а некоторые были написаны специально для женщин. Существовали отдельные рассказы для детей и рассказы, не предназначенные для детских ушей, а также моралистические истории.
Они рассказывались в Египте веками, никому не надоедали и вызывали неизменный восторг. Некоторые из историй, которые слушали Эхнатон и Нефертити, через несколько столетий появились в других странах на других языках, а поскольку сказки универсальны, их можно вечно рассказывать всегда и везде.
Самой известной из них является история Синуха, которую Редьярд Киплинг считал одним из шедевров мировой литературы.
Будучи студентом, Ай неоднократно копировал историю о Синухе, поскольку она относилась к классике и всегда приводилась как совершенный образец литературы тем, кто учился писать. Синух был придворным в Древнем Египте, который сбежал из страны во время политического восстания. Он пересек Суэцкий перешеек и долго скитался по пустыне. В конце концов его новая жизнь сложилась удачно, но он очень скучал по родному Египту и решил вернуться домой. Путешествие длилось несколько лет и сопровождалось множеством приключений. Он потерпел кораблекрушение, в него влюбилась царица змей, но Синух выжил, вернулся в Египет и был вознагражден богатством и почестями. Это была одна из тех историй со счастливым концом, которыми так восхищались египтяне. С тех пор она услаждала слух многих людей в разных странах. Читали ее и мы, поскольку Синух был прообразом Синдбада-морехода.
Другая сказка могла стать прообразом «Али-Бабы и сорока разбойников». Герой существовал на самом деле, и история основана на реальных событиях, хотя они могли быть сильно преувеличены. В ней рассказывается о генерале Тутиу, любимом офицере фараона Тутмоса III Завоевателя, одного из самых прославленных предков Эхнатона.
Желая захватить кажущуюся неприступной крепость Йоппа, генерал послал в город караван ослов, который вели офицеры, переодетые в купцов. Каждый осел был навьючен двумя большими кожаными корзинами, где прятались солдаты. Оказавшись внутри крепости, воины вылезли из мешков и ночью открыли ворота города. Йоппа была захвачена, а Тутиу получил «богатые награды». Неизвестно, было это на самом деле или нет, но в Париже в Лувре находится золотое блюдо с надписью: «Дань любви от царя Тутмоса III своему фавориту Тутиу, принцу, жрецу, писцу, военачальнику и губернатору северных земель».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
