Читаем без скачивания Синдзи-кун. Тетралогия (СИ) - Хонихоев Виталий

Она убирает голову в сторону и в разрез, в противоход, под этим мощным ударом – коротко бьет в подмышечную впадину, сжав пальцы в узел, так называемая форма кулака «кейко». Обычно так не бьют в тело, эта форма – для удара по глазам, но она знает, что в подмышечной впадине расположен нервный узел и для вывода из строя всей руки не обязательно бить сильно. Достаточно бить точно.

– Оссс! – шипит ее соперник, отшатываясь в сторону и придерживая бессильно упавшую руку. А он молодец, думает Читосе, ему сейчас очень больно, но терпит. Как и ожидалось от сенпая школы «Настоящего традиционного каратэ». Все‑таки черный пояс. Она делает шаг назад и вопросительно смотрит на соперника – будет ли он продолжать поединок, или сочтет, что с него достаточно.

– Спасибо за науку, Незнакомка‑сан! – коротко кланяется тот, придерживая руку: – боюсь, я не в состоянии продолжать.

– Спасибо за поединок. – кланяется Читосе. Она начала с школы кунг‑фу «Летящего Феникса», главой которого был сухонький старичок, который очень больно бил по нервным узлам «финиковой косточкой» – кулаком, сжатым так, словно ты держишь между указательным и большим пальцем финиковую косточку. Потом была школа традиционного каратэ «Блэк Белт» и ее сенсей Ито Сэтору, гора мышц и обаяния. Его удары Читосе запомнила надолго и если бы не бородавки Шики – на этом бы ее сегодняшний поход и закончился бы. Когда Ито‑сенсей понял, что с Читосе можно не церемонится – он выдал такую серию ударов, что она поняла всю силу и славу традиционного каратэ на своей собственной шкуре.

– Пойми, Читосе‑тян – говорил он: – это не спортивное каратэ, где в зачет идут касания и люди приучаются наносить не удары а касания. Здесь надо бить в полную силу и уметь держать такие удары. Хорошо, что ты – супер, а это значит, что я наконец могу ударить кого‑то в полную силу не опасаясь сесть в тюрьму! – тут Читосе потребовалось некоторое время, чтобы объяснить уважаемому Ито‑сенсею, что да, технически она – супер, но не такой, который все удары может выдержать. Она просто быстро обучается. Это немного расстроило Ито‑сенсея, но он все же заметил, что она восстанавливается быстрее чем обычный человек и разрешил сам себе работать в половинную силу. Два часа подряд. За это время у Читосе просели пять бородавок и отнялись ноги. После того, как Ито‑сенсей наконец похвалил ее и они сели на веранде, она – пить чай, сотворенный кем‑то из старших учеников школы, а Ито‑сенсей – пить пиво, которое, как оказалось он мог поглощать литрами.

– Ты молодец, Читосе‑тян. – сказал Ито‑сенсей и хлопнул ее по спине, да так, что несведущий человек мог принять это за атаку: – неси свет истинного каратэ в массы. И я благодарен вашим девчатам, что немного осадили гокудо в этом городе. Слишком много талантливых молодых бойцов искали свое будущее в этих рядах.

– Я не понимаю, о чем вы, Ито‑сенсей. – сказала Читосе, отхлебнув немного чаю. Чай в школе традиционного каратэ был не очень. Ну и ладно, подумала Читосе, тут же не чайные домики, тут другому учат. Она понимала, на что намекает Ито‑сенсей, ее все‑таки опознали как одну из Всадниц Сумераги‑тайчо, но открыто признаваться в этом не было смысла.

– И ладно. – согласился Ито‑сенсей: – неважно. Хорошо, что в городе порядок.

– Хорошо. – согласилась с ним Читосе: – Ито‑сенсей? А давайте лучше я вам чай заварю…

– А давай. – легко согласился тот: – а то мои балбесы только кулаками махать умеют.

После того, как Читосе заварила чай и напоила им Ито‑сенсея, после того, как тот дал ей свою «рекомендательную грамоту», как он ее назвал, после того, как они распрощались, и Читосе пообещала обязательно заглянуть во вторник и помочь с обучением, а заодно снова угостить сенсея своим ароматным чаем – она направила свои стопы сюда. В школу «Настоящего традиционного каратэ». Да, конкуренты. «Блэк Белт» нещадно критиковали и за прозападное название, и за то, что Ито‑сенсей позволял своим ученикам одевать жилеты и шлемы, а также накладки на руки и ноги – для смягчения ударов. Глава и учитель школы «Настоящего традиционного каратэ», презрительно называл учеников Ито‑сенсея «белоручками» и «слабаками». В свою очередь Ито‑сенсей уверял, что без накладок и жилетов нельзя научится бить в полную силу, иначе вы будете с каждого занятия калек выносить. Тут, говорит он, приходится идти на компромисс, потому как тут или бить в полную без накладок и перчаток и не обучить никого и ничему, потому что половина помрет еще на первых тренировках, или одевать перчатки и понимать, что и техника будет немного иная, так как в перчатках ни кулак толком не сложить, ни заблокировать. Вот например – бокс, говорил Ито‑сенсей, в боксе сразу учат бить сильно и по месту. В результате, боксеры – очень опасные бойцы в любой уличной драке. А уж по правилам бокса, каратисту у них выиграть – практически нереально. По крайней мере так говорил Ито‑сенсей. В свою очередь, Исороку‑сенсей называл все эти перчатки, накладки, шлемы и уж тем паче – жилеты – «западной мерзостью», «упаковкой для слабаков» и «ересью». Непримиримая вражда, которая тем удивительней, что оба сенсея – ученики одной и той же школы и обучались у одного и того же сенсея.

Потому Читосе, которая обучалась в школе Ито‑сенсея вот уже полдня– была на стороне школы традиционного каратэ «Блэк Белт». И у нее был сертификат! За это время Читосе сдала на черный пояс и была выпущена из школы с почестями – по крайней мере именно так она расценивала поощрительный хлопок Ито‑сенсея по плечу, после которого ей едва не понадобилась регенерация от бородавки Шики. Ито‑сенсей сказал что в школе «Настоящего традиционного каратэ» ее никогда на свете не выпустили бы с сертификатом и поясом через полдня обучения. Потому что Исороку‑сенсей выше всего чтил традиции, пусть даже глупые. И каждый ученик в его школе был обязан пройти свой курс молодого бойца – сперва подметать двор, потом, в течении года – учится правильно дышать и ходить, и даже если ты – талантливый малый, никто не допустит тебя к спаррингам раньше, чем через год. А то и два. Но сейчас другое время – говорил Ито‑сенсей и я хочу, чтобы старый пень наконец это понял.

Читосе была понятливой девушкой. И она уважала своих учителей, особенно – Сина, который дал ей новую жизнь, дал ей возможность жить и не боятся. Читосе не знала, была ли у нее способность и раньше, или это кровушка Сина пробудила ее, но ей это было неважно. Она знала одно – все это пришло в ее жизнь только благодаря одному человеку. И если бы преклонение коленей перед ним каждый божий день было бы ему хоть на йоту приятно – она бы стояла на коленях каждый день. Но она знала также и то, что это будет скорее неприятно. И поэтому она должна стать ему полезной другим способом, ведь на коленях стоять каждый может. Толку от этого никакого. Но вот то, что ее способность оказывается – не попадать в цель, а обучатся всему, чему только она действительно захочет – это было… немного обидно. Получается, она сама не знала в чем ее способность. Да, в школе ей всегда все легко давалось, может поэтому она и пошла в школу актерского мастерства, хотя у нее был аттестат с отличием. Кто бы знал… она помотала головой, возвращаясь в реальность.

– Четвёртый поединок. – говорит Исороку‑сенсей: – Кеншин! Твоя очередь.

– Хай, сенсей! – с места вскакивает плотно сбитый крепыш в белом доги с черным поясом. Пояс – как и положено настоящему мастеру – обтрепанный по краям, выгоревший, почти серого цвета. Черный пояс, завязанный на талии у Читосе – новенький, едва ли не хрустящий, что также вызывает насмешки у учеников Исороку‑сенсея. Вызывало. До того, как Читосе сильно не напрягаясь победила уже двоих старших учеников. И если в первом поединке ученик явно сдерживался, чтобы не повредить «этой сумасшедшей, решившей покончить с собой, бросив вызов нашему додзе», то во втором этого уже не было, а в третьем удары были предельно серьезными. Читосе не устала, она выигрывала поединки едва двигаясь, не прилагая излишних усилий. Так сражалась Линда – если это можно было назвать сражением. Она просто делала легкий шаг – и соперник проваливался, поправляла его руку и, казалось, даже не атаковала сама. Крайне эффективно. Вот только Линда знала куда ударят до того, как противник замахнется. Читосе взглянула на своего соперника. Она пока еще не знает, как пройдет поединок, но она уже может прочитать его движения, когда он начнет атаку – за долю секунды до этой атаки.