в дом. Анастаси сегодня должна спечь вкусный пирог, так, что приглашаю вас на чай.
Дом на капитана произвёл непередаваемое впечатление. Наличие воды, освещения, больших окон, а после чая с вкусным пирогом, Антон учил капитана стрелять из карабина и пистолета. К ним присоединились и Настя с Лерхой, которая оправилась от ран и сейчас просто жила с Антоном, помогая по хозяйству. До захода солнца капитан постигал разборку и сборку пистолета, чистку, смазку и снаряжение магазинов. В пистолет он всё же влюбился, хотя первый выстрел его здорово перепугал, но наличие рядом женщин, которые спокойно стреляли по мишеням, заставило капитана преодолеть себя. Домой он отправился с пистолетом, висящим в кабуре на поясе, преисполненный гордости.
Проводя капитана Антон с облегчением выдохнул. Очень не простая задача раздвинуть рамки сознания людей древних эпох. Их важно не напугать и заинтриговать, чтоб количество выгоды перевесило количество страшного и непонятного. Антон помнил, что мире, в котором он жил в игре любую гадость тоже внедряли постепенно. В начале через КВН и прочие анекдоты, потом через предсказания и когда уже сознание людей более менее созревало, то и «осчастливливали» население очередной хернёй, которая не укладывалась в рамки здравого смысла. Это называлось Окна Овертона. Хорошо, что это всё было виртуальной реальностью и подобный маразм в жизни невозможен.
* * *
Плот с стенкой из брёвен в виде мишени сделали за неделю. Капитан искрился оптимизмом и Антону пришлось вбивать на гребне скалы стальной штырь и сбрасывать верёвку на сторону цитадели, чтоб капитан мог по ней взбираться в «Ласточкино гнездо».
Пристрелку орудия согласовали загодя и солдаты гарнизона, спустив плот на воду, оттащили его шлюпкой далеко в море. Осуществив наводку орудия, Антон показал капитану как прицеливаться из пушки, как она заряжается, а потом как производится выстрел. Жахнуло знатно и звуком выстрела были впечатлены все. Капитан даже побледнел и пытался перекричать звон в ушах, солдаты в цитадели просто присели от неожиданности, а люди в лодке, которая плавала в сотне метров от мишени, от силы взрыва, которая разнесла бревенчатую стену на плоту. Попали не в центр мишени, но от этого эффект был не меньше.
Антон и сам впервые стрелял с артиллерийского орудия и хоть морально был готов, но моральная готовность это не годами выработанная привычка, по этому матерились они в голос, делясь впечатлениями с капитаном, причём одновременно и не слыша друг друга.
Через пару минут эмоции схлынули и Антон протянул капитану подзорную трубу.
Толстые брёвна мишени, не смотря на свежесть брёвен, всё равно загорелись и дым обильно прикрывал плот.
— Месье капитан, вы как?
— Вы разве не слышали, месье Арно, всё что я высказал о этой пушке?
— Увы, месье капитан, но я в тот момент слышал только себя.
— В таком случае я могу сказать ещё раз, но в приличном обществе такое говорят только в приступе бешенства.
— Но надо отметить, что брёвна мишени, а они гораздо толще досок обшивки корабля, снаряд разнёс на загляденье.
— С этим я не поспорю, но сам выстрел… Я считал, что выстрел из карабина очень громкий, но пушка…
— А представьте как впечатляться те, в кого попадёт снаряд? Я думаю, что мокрые штаны будут обеспечены, и этих впечатлений им на всю оставшуюся жизнь…
Капитан представил и начал ржать. Слёзы проступили на его глазах, а сам он с трудом выпрямился. Отдышавшись за пару минут, смахнул выступившую влагу на глазах и проговорил:
— Вы знаете, месье Арно, а мне уже не терпится впечатлить парней ил Ролдона. Последний раз мы сними виделись четыре года назад, как раз тогда нам удалось отбить у них Дельфина.
— Вы думаете, что они решатся вернуть его?
— Думаю, что их король копит силы. Ролдон королевство не большое и потеря таких территорий для них не приемлема.
— А для чего Дельфин короне Долгрина?
— Как это для чего? Раньше пираты Ролдона грабили наших купцов, а со временем Его Величество создаст здесь базу флота и уже он будет грабить купцов Ролдона.
— Только и всего? Сомнительный доход, по отношению к тому, сколько средств вкладывается сюда.
— Да, денег сюда нужно вложить неприлично много.
— Вот и я о том. Казна-то вас финансирует нормально?
— Как вам сказать, месье. Жалование мы получаем, а вот на строительство средств практически не выделяется. Мы построили в тёх местах, где возможна высадка с моря укрепления и казармы, но всё остальное приходится строить на своё жалование и своими силами. Конечно мы помогаем друг другу, но домашнюю утварь и железо нам приходится покупать у купцов… В общем всё не просто.
— Было бы просто, то вы бы не упоминали о содействии гарнизону.
— Тоже верно. Ваши пилы очень облегчают работу по заготовке дров и строевой древесины, а керосиновые лампы это вообще подарок. Теперь нашим женщинам можно вечерами заниматься шитьём или ткачеством без ущерба для своих глаз. Они теперь собираются вечерами, посплетничать, в домах, где есть лампы.
— Появится возможность я ещё посодействую. Кстати, а как тут с пресной водой?
— На острове три родника и около них и построены поселения. А что?
— И с них вы берёте воду на еду, стирку и поение скотины?
— Да.
— А далеко родники?
— Нет. Ручей протекает сразу за посёлком. Выше по течению воду берём для людей, а ниже посёлка уже поят скотину.
— Как бы смотрите на то, чтоб сделать небольшое озеро с помощью взрыва?
— Даже не знаю. Не хочется пугать людей, но озеро бы не помешало. Можно было бы поставить много мостков и набор воды бы сильно ускорился.
— Тогда, как-нибудь вернёмся к этому вопросу.
— Лопатами точно не справимся?
— Точно. Лужу получите, но не более.
— А вы, месье Арно, откуда берете пресную воду?
— У нас тоже есть маленький ручей и от него я проложил трубы в ёмкости в доме.
— У вас очень хороший дом, месье — высказал скромную оценку капитан.
— Со временем и вас будет не хуже, месье капитан.
— Вы поможете мне с материалами?
— Обязательно, но сначала нужно укрепить оборону острова.
— У вас есть ещё пушка?
— Есть, но её нужно ремонтировать, а пока давайте договоримся, что сюда, в ласточкино гнездо, вы поставите ответственного парня, который, в случае тревоги, позовёт меня к орудию.
— Обязательно так и сделаем, месье Арно, а вы уж обеспечьте впечатлений парням из Ролдона.
* * *
Ларха органично вписалась в жизнь Соболевых. Возвращаться на фронт ей смысла не было, поскольку своё воскрешение ей было не обосновать, а просто так испытывать
