Читаем без скачивания Олег Бажанов. Избранное - Олег Иванович Бажанов

она сказала, что он торопится со свадьбой, – осторожно добавила Наталья, понимая, что бьёт очень больно.

Мир качнулся и остался в перевёрнутом состоянии. Я понял, что хочу побыстрее убраться из этого места и не видеть никого, тем более эту уверенную в своей самодостаточности Верину подругу.

Сославшись на дела, я расплатился за столик, попрощался с Натальей, вышел на улицу и направился, куда глаза глядят.

Сейчас я понимал как никогда очень ясно, что в играх с жизнью человек всегда проигрывает. Даже в самой радикальной форме бегства от неё – самоубийстве – человек не может спастись от унизительного чувства проигрыша. Я проиграл во всём. И от понимания ужаса происходящей действительности мне стало так плохо, что меня затрясло в прямом смысле этого слова нервной дрожью. Видимо, всё-таки накопилась «критическая масса». Всё перемешалось в душе. Весь мой скромный, кое-как благоустроенный холостяцкий мир тряхнул, как при десятибалльном землетрясении, и проснувшийся вулкан стал извергаться кипящей лавой в самом сердце! Я мучился от бессилия что-то изменить.

Спустя несколько часов, очнувшись в своём, ставшим чужим и холодным, жилище, я сел за стол, обхватил голову руками, взвыл по-волчьи и… вцепился в компьютер.

Дрожащими пальцами я набирал на клавиатуре буквы и слал строчку за строчкой туда, в Москву, где жила моя единственная любовь.

Я писал о покаянии, о муках, о смерти, о мечте. И ещё что-то нелепое, но что-то очень важное, сокровенное, что сознательно или бессознательно подавлял в себе столько лет и что не в силах был больше удержать.

Ждал ли я ответа? Надеялся ли? Наверное, я мог бы ждать его годами, потому что любил…

Ответ не пришёл ни тогда, ни на следующий день, ни потом…

Через неделю на электронной почте высветилось сообщение от Канадского издательства, что оно приступило к переизданию большими тиражами двух моих романов, пользующихся читательским спросом. Потом на мой электронный адрес пришёл договор, по условиям которого я становился достаточно обеспеченным человеком даже по европейским меркам.

Похоже, судьба жалела меня и менялась к лучшему, показывая, что можно ещё жить. И это оказалось только началом цепочки везения…

После описанных событий прошли два долгих года. Мой писательский псевдоним, ставший моим вторым именем, теперь был известен и за рубежом, и в России. Наверное, я должен был чувствовать себя счастливым человеком. Но…

Жизнь известного писателя тоже рутина: вместо спокойной работы над текстами – пустая суета, текучка, тысячи неотложных встреч… работаю! Да, но что я делаю? Устаю? От чего? От людей. Зачем? Ах, деньги… теперь их хватало на всё, даже с излишествами. А когда мне хотелось излишеств? До маминой болезни. А сейчас у меня было достаточно средств, чтобы считать себя богатым человеком: я мог купить дом где-нибудь на берегу Средиземного моря, белоснежную яхту и много всякой мелочи. Мог жить, ни о чём не заботясь, в какой-нибудь понравившейся стране. Но почему-то продолжал жить в своём родном городе, в нашей с мамой квартире, строго придерживаясь распорядка: дом, работа, дом. Правда, работа была уже совсем не та, что ещё два года назад при жизни мамы. С должности начальника отдела из фирмы я ушёл по собственному желанию, и теперь трудился как профессиональный литератор. В моих планах на год вперёд значились поездки по России и встречи с читателями, а также с разными нужными людьми.

Писать что-то новое мне удавалось лишь урывками, но я видел цель поездок в том, чтобы, знакомя людей со своим творчеством, помочь им быстрее сориентироваться в сложных жизненных лабиринтах и увидеть смысл самой жизни. А я сам? Видел ли я этот смысл? Да, ясно видел и хорошо понимал. Понимал, как страшно потерять любимого человека. И, совершив много ошибок, я понял, ясно ощутил, что жизнь без любви – только существование. И я любил. Да, любил. Безответно? Да. Безнадёжно? Ну и пусть! Любовь гораздо шире и сильнее телесной оболочки и физической значимости любимого. Рядом ли он сейчас или нет, жив или нет – и в малом и в самом большом масштабе всё это теряет значение, потому что не является главным. Главное, чтобы такого человека мы когда-нибудь встретили в своей жизни. И это будет огромным везением! Мне когда-то очень повезло…

В последнее время мне всё больше нравилось писать лирические романы со счастливым финалом, возможно, в чём-то и придуманные истории о человеческих отношениях. Возможно, у меня выходили добрые сказки. Взрослые сказки. О разных мужчинах и женщинах. Но всегда в главной героине была она – моя Вера. Не важно, где происходило действие, сколько ей было лет, какого цвета её волосы или глаза – это всегда была ОНА.

И оказалось, сказки нужны даже взрослым. Без них жизнь кажется скучной и однообразной. И люди придумывают себе сказки, вкладывая в них свои мечты, сокровенные желания. Но чудеса случаются. Встречаются два разных существа, два разных создания с разных планет – мужчина и женщина. И происходит чудо. Взрослые чудеса бывают со знаком «плюс» или «минус», но всё равно это чудеса. Ничего более сильного и более яркого природа не придумала. «Плюс» и «минус» – два противоположных полюса, и возникает ток, движение, а движение – это и есть жизнь. Так просто, но в этом-то и заключено главное чудо мироздания.

Кто-то из великих сказал, что человек ищет не счастья, а гармонии. Согласен – гармонии в отношениях.

О Вере долгое время я не знал ничего. После того, как Наталья помогла Антону отыскать семью погибшего донора, я перестал контактировать и с ней. Не хотелось лишний раз бередить ноющую рану.

Однажды, просматривая предлагаемые Союзом писателей маршруты моих ближайших встреч и выступлений, в списке городов Черноморского побережья я обнаружил Анапу. Не раздумывая, сразу же дал согласие на эту поездку. И долго думал прежде, чем набрать номер телефона Натальи. Потом всё-таки позвонил. Разговор получился длинным. Осведомившись о здоровье и делах, я спросил про Веру. Наталья рассказала, что у нашей Веры всё хорошо, что она купила квартиру в Москве, работает на высокой должности в той же компании, встречается со своим другом – бизнесменом, но замуж до сих пор не вышла.

Почувствовав промелькнувшую радость при упоминании о Вере Орловой, я сообщил Наталье, что в ближайшие дни еду в Анапу. И вдруг совсем неожиданно предложил ей поехать вместе со мной, пообещав оплатить все расходы.

– А почему бы и не отдохнуть несколько дней? – не стала возражать Наталья. – На работе улажу. Только не люблю я поезда и самолёты.