Читаем без скачивания Жизнь замечательных Блондей - Кира Измайлова

Вошел мрачный, как туча, Людвиг Вольт, долго молчал, потом сдался. У этого, оказывается, взорвалась недостроенная атомная станция, да с такими последствиями, что пришлось эвакуировать чуть не всю Танагуру…

– Итак, что мы имеем, господа? – спросил Кристиан, решив не дожидаться Рауля Ама с заместителем. Он небеспочвенно подозревал, что тот как раз способен пролить свет на этот странный казус, но хотел сперва выстроить собственную версию.

– Очередные неприятности? – осведомился Вернер, гладя кота. Кот недовольно шипел, чего вообще-то не позволял себе по отношению к хозяину. Очевидно, ему тоже что-то сегодня приснилось.

– Возможно, – ответил Консул и откинулся на спинку кресла. – Кстати, вы все сегодня оставались на ночь в Эосе?

Утвердительный ответ дали все, что Кристиана вполне удовлетворило.

– Таким образом, все, кто ночевал в Эосе, видели странные, очень чёткие и яркие сны, в которых нечто непоправимое случалось с чем-то для них… – Он замялся, подбирая подходящее слово. «Дорогим»? Как бы после такого заявления Вернер не высказался… – Небезразличным. Ценным. Важным. Выбирайте, кому что больше нравится. Причем отношение именно личное, насколько я сумел заметить, не так ли?

– Похоже на то, – ответил Эмиль. – Кстати, а где…

– К этому я и перехожу, – остановил Кристиан. – Себастьяна в Эосе не было, как и Мартина. Себастьян вовсе не спал, от него в данном случае проку мало, а Мартин кошмаров не видел. Я поинтересовался еще кое у кого, кто разъезжался по домам, – он умолчал о том удивлении, которое вызвали подобные вопросы у сотрудников, – и им также кошмары не снились. Отсюда можно сделать вывод, что эта напасть одолела только тех, кто в Эосе был. Всех или нет, неизвестно, нужно опрашивать поголовно. Но мне кажется, выборка и без того достаточна.

– И что? Либо не ночевать в Эосе, либо каждую ночь видеть что-нибудь в этом роде? – мрачно осведомился Вернер.

– Либо найти первопричину, – спокойно сказал Консул. – Вы ведь не верите, что это простое совпадение?

– Конечно, нет, – сдержанно усмехнулся Людвиг. – И вариантов не так уж много.

– Один-единственный, если на то пошло, – вздохнул Кристиан и поднял взгляд на вновь вошедшего. – Рауль! Рад видеть тебя. Как спалось?

– Превосходно, – ответил тот с заметным самодовольством и оглядел собравшихся. Его верный заместитель следовал за ним тенью и пытался придать лицу невозмутимое выражение. – Прошу простить за опоздание, с утра такие пробки… Кстати о пробках!

– Его нет, – поспешил вставить Кристиан, – и речь сегодня пойдет о совсем другой проблеме.

– Догадываюсь, о какой именно, – Рауль занял свое место, элегантным жестом расправив полы элегантнейшего костюма в недавно вошедшую в моду шотландскую клетку (почему именно шотландскую, не знал никто, но что поделаешь со старинным названием?). Алан сел чуть позади, так ему легче было скрываться в тени великолепного начальника. – Очевидно, я должен принести вам свои извинения, господа.

– Значит, мы угадали, – удовлетворенно произнес Первый Консул. Остальные уставились на Второго Консула хищно. В кои-то веки не им предстояло перед ним оправдываться! – А теперь поведай нам, пожалуйста, что это было?

Рауль вздохнул, тщательно поправил золотой локон (он всегда так делал, когда хотел взбесить собеседника) и коротко объяснил, что же всё-таки произошло. Разумеется, это был очередной сомнительный эксперимент в области на сей раз в области сомнологии. Какой-то из новых сотрудников Рауля усовершенствовал и модифицировал некий прибор, способный определенным излучением воздействовать на живые существа во сне и заставлять их переживать целый спектр эмоций. Разумеется, можно было задать только общее направление: радость, страх, печаль, боль, а далее мозг сам преобразовывал заданные настройки, если можно так выразиться, в очень яркие, очень живые сны. Просыпаясь, человек далеко не всегда мог сказать, приснилось ему это или же случилось на самом деле!

Разумеется, по привычке немедленно обращать все изобретения на благо Амои, а именно проверять их на возможность использования в качестве биологического оружия, Рауль начал эксперименты… На людях, разумеется.

– Кто давал тебе разрешение испытывать этот прибор на нас? – процедил Кристиан. – Или мы тоже считаемся людьми?

– Что ты, – возмутился Рауль, несколько картинно возмутился, что наводило на определенные подозрения. – Я использовал добровольцев. Но, к сожалению, мои лаборанты неверно выставили мощность излучения, и таким образом под воздействием оказался почти весь Эос!

– Который ты, что любопытно, заблаговременно покинул, – кивнул Кристиан. Остальные помалкивали, не рискуя встревать в беседу двух Консулов, тем более, здесь не было начтранса, способного парой фраз разрядить обстановку.

– Случайность, – улыбнулся Рауль. – Можете не сомневаться, виновные будут примерно наказаны.

– Каким же образом? – ядовито поинтересовался Вернер.

– Я использую их в качестве подопытного материала для следующего эксперимента. – Рауль улыбнулся еще более обворожительно. – Да, господа, я не рассчитывал, что вы невольно примете участие в этом опыте, но мне было бы крайне интересно узнать, что именно вы узрели сегодня ночью. И если вы в качестве жеста доброй воли соблаговолите хотя бы в общих чертах описать это, буду премного благодарен.

«Попробуйте отказаться, – говорил его взгляд, – и, возможно, станете подопытным материалом для очередного эксперимента…»

– Хорошо, – процедил Кристиан. – Мы подумаем над твоим предложением. Однако могу ли я быть уверен, что очередные твои лаборанты снова не перепутают что-нибудь?

– Прослежу за всем лично, – заверил Рауль и поднялся. – Позвольте откланяться, господа, неотложные дела. Алан, будь любезен, замени меня на совещании.

Тот молча кивнул. Вид у него был нерадостный, очевидно, авантюры начальника пугали порой даже его.

Рауль покинул кабинет, присутствующие запереглядывались.

– А ведь хорошая штука, – сказал вдруг Вернер, – если даже нас проняло. Даже Людвига!

Вольт едва приметно вздрогнул, но сказать ничего не успел: Вернер поднял своего кота и продемонстрировал его присутствующим.

Кристиан склонен был согласиться: если эта штуковина способна выдавать направленное излучение, то… Запросто можно лишить противника боевого духа и вымотать: куда уж тут воевать, если не можешь уснуть, а уснешь, пожалуй, коли мерещится всякая жуть, да еще и не знаешь, наяву ты это видишь или нет! Что, впрочем, вины с Рауля никоим образом не снимало…

– А ты, конечно, знал? – поинтересовался Эмиль у Алана, и тот неопределенно пожал плечами.

Пытать его не стали, знали, что за начальника он пойдет в огонь и в воду, и даже если и знал что-то о планах Рауля, всё равно его не выдаст. А и выдал бы, что толку?

Совещание пошло своим чередом, заговорили о других насущных проблемах, раз уж собрались. Не принимал участия в общей беседе только Алан, и его не трогали. Да и всё равно обсуждали вещи, далекие от дел его департамента…

Алан же настолько погрузился в собственные мысли, что не сразу услышал голос Кристиана.

– Алан, – звал тот негромко. – Ты что, уснул?

– Нет, – тот выпрямился, готовясь отвечать на какой-то вопрос. – Прошу прощения, я…

– Совещание окончено, – сообщил Кристиан и посмотрел как-то странно. Будто понимал что-то. А может, и правда понимал, кто его разберет!

Алан огляделся – и правда, все уже покинули кабинет, остался он один. Можно было только встать, коротко поклониться и выйти, чувствуя на себе пристальный взгляд Первого Консула.

«Дела! – подумал тот, когда за Аланом закрылась дверь. – Опять что-то у них неладно, поклясться могу! Который раз, интересно?» Увы, подсчитать возможным не представлялось…

…Не представлялось возможным подсчитать, сколько раз Рауль находил очередного гения. Это было одним из его хобби (и, кроме того, профессиональной обязанностью): разыскивать многообещающих молодых сотрудников и вытряхивать из них всё, на что те оказывались способны. По большей части эти гении оказывались пшиком, они не могли выдержать даже простейшей проверки, и Рауль мгновенно про них забывал. С другими он возился, бывало, подолгу, выжимал досуха и отбрасывал за ненадобностью: увы, мало кто соответствовал его требованиям, а тех, кто мог еще и угнаться за полетом мысли руководителя, и вовсе надо было днем с огнем искать!

Алан наблюдал это не первый год и уже свыкся с тем, что время от времени на Рауля находит, он выписывает с периферии очередного гениального юнца и тратит на него всё свободное время, заботы департамента перекладывая на плечи верного заместителя. Первого и единственного, к слову сказать, хотя Раулю полагалось минимум трое. Увы, более он никого рядом с собой терпеть не желал, одно это и утешало…