боевика угодила в стоявший на камине горшок с летучим порохом, рванувшим не хуже обычного.
Выдавив магией из ранок осколки и прочий мусор, я зарастил все дырки и омыл тело Эльвиры целебной силой с намерением убрать все постороннее. Попутно я подлечил душу миссис Гойл, ведь если исцелять пациентку, то нормально, а не останавливаясь на полпути. Что удивительно, на энергетической оболочке матери Грегори обнаружилась такая же мерзкая серая многоножка, которую я впервые увидел на душе Нарциссы. В остальном духовная составляющая волшебницы была вполне обычной – со следами застарелых проклятий, давно сросшимися с ней обетами и некоторым количеством поврежденных тканей.
Клятвы я трогать не стал, включая метку Лорда, но все остальное поправил, заставив Эльвиру вновь почувствовать себя молодой. Убрав руку, я оглядел шейку удивленной женщины и довольно заявил:
- Все, можешь вставать. Или ты от такой царапины помирать собралась?
Стоявший рядом и откровенно паникующий Гойл наклонился над супругой и в свою очередь принялся рассматривать и ощупывать залитую кровью шею волшебницы, а я рывком поднялся и схватил за руку Алекто, которой тоже знатно прилетело осколками горшка.
- Не шевелись! – приказал я источающей изумление Кэрроу.
Сосредоточившись, я быстро почистил ее многочисленные ранки, восстановил поврежденные ткани и подлечил душу, на которой тоже обнаружилась знакомая серая мерзость. Правда, чуть меньшего размера. Закончив с Алекто, я удалил кровь со своих рук и мантии, после чего поинтересовался:
- Кто еще ранен? – Видя, что внимательно наблюдавшие за мной волшебники не спешат высказываться, я добавил: - Если желающих нет, счастливо оставаться!
- Блэк, постой! – воскликнул Крэбб. – Меня в спину задело. Можешь глянуть?
- Я не Блэк, я Новак! – подняв указательный палец, твердо заявил я. – Джон Новак. Могу даже документы показать, чтобы вы могли правдиво ответить на некоторые неприятные вопросы, которые вам наверняка зададут авроры.
Достав из кармана маггловский паспорт, я вручил его Пожирателю, решительно развернул мага спиной ко мне и предметно изучил рану над правой ягодицей. Никакой угрозы для жизни она не представляла, но я все равно почистил и залатал ее своей магией, заодно исследовав душу Крэбба-старшего. Многоножке я уже не удивился, а вот багровое пятно на ауре, которое охватывало всю область низа живота, стало для меня сюрпризом.
- Виктор, - обратился я к своему пациенту, делая ударение на второй слог, поскольку дальние предки Крэббов были родом из Франции. – Я сейчас задам один вопрос, на который советую ответить максимально честно. Как у тебя обстоят дела с личной жизнью?
- Что ты имеешь в виду, Бл… Новак?
- Я вижу серьезные повреждения в твоей репродуктивной системе и хочу узнать, глаза меня обманывают, или ты действительно страдаешь мужским бессилием?
- Эм… - Крэбб кинул быстрый взгляд на стоявших в сторонке волшебников. Испытывающему счастливое облегчение Гойлу, который сейчас крепко обнимал всхлипывающую супругу, было на все плевать, а Кэрроу внимательно изучали маггловский документ, поэтому мой пациент собрался с духом и признался: – Ты прав. Я уже много лет не могу нормально заниматься любовью со своей женой. В последние годы перед каждым соитием мне приходится принимать специальные зелья, а удовольствия – почти никакого. И с мечтой завести второго ребенка я давно успел распрощаться. Но как ты вообще это понял?
- Я – целитель, - спокойно ответил я, продолжая работать над духовной составляющей волшебника, убирая серого паразита и латая прорехи в структуре. – Я способен видеть болезнь.
- Целитель? – повторил Виктор, в сознании которого начала разгораться надежда. – А ты можешь излечить меня? Умоляю, Си… Джон, сделай это! Я все, что угодно отдам, только верни мне мою силу!
Мысленно поздравив себя, причем не только с тем, что Крэбб угодил в примитивную психологическую ловушку и теперь окажется в списке моих должников, но и с подтверждением гипотезы о массовом воздействии на потенцию сторонников Лорда, я твердо заявил:
- Хорошо, я запомню твои слова.
После чего приступил к лечению. Я предполагал, что дело было вовсе не в душе, которая просто «подсвечивала» краснотой удручающее состояние определенного участка тела. Причина заключалась в повреждении тканей репродуктивной системы организма, которые подверглись воздействию специфического зелья. Или вируса. Либо какой-нибудь хитрой бактерии, а то и вовсе грибка – у меня не было нужных знаний, чтобы суметь точно определить причину по косвенным признакам. Все, что я видел – это омертвевшие, поврежденные и измененные клетки, восстановить которые не составляло труда. Нужна была только целительская сила и четкое намерение.
Две минуты потребовалось мне, чтобы привести тело Крэбба к нормальному, здоровому состоянию. Закрепляя успех, я омыл его организм волной лечебной магии с намерением удалить все чужеродное. Ведь если не убрать причину, болезнь вскоре вернется. И пусть я толком не представлял, что конкретно зарубило потенцию Виктора на корню, и присутствует ли оно до сих пор в его теле, но был уверен – моя магия сама разберется, что нужно делать. Не экономя энергию, которой после забега в резерве осталось еще очень много, я закрепил успех, подлечив мелкие болячки типа посаженной печени, изношенных почек и других последствий частого приема токсичных стимуляторов, после чего объявил:
- Готово!
Прекрасно ощущающий свое резко улучшившееся состояние Крэбб повернулся и попытался меня обнять со счастливой улыбкой на лице. Однако я вытянул руку, останавливая мага, и заявил:
- Времени мало. Кто еще желает подлечиться?
Ответом мне стало напряженное молчание, что было предсказуемо. Не представляю, как много успел рассказать Люциус своим коллегам, но доверять мне они не спешили. Что меня, положа руку на сердце, более чем устраивало. Проводить аналогичную процедуру над Гойлом и Кэрроу я сейчас не планировал. Крэбба с женщинами будет вполне достаточно для шикарной рекламы моих возможностей. А вот когда мой пациент на практике опробует вернувшуюся «мужскую силу» и поделится своей радостью с друзьями, Малфою придется отбиваться от толпы просителей, жаждущих исцеления.
Ну и попутно делать свой гешефт, набирая политическое влияние, заключая союзнические договора и выдаивая максимум из волшебников за организацию личной встречи с квалифицированным целителем. А то блондин настолько рьяно принялся разбазаривать вырученные от продажи камней деньги, что у меня возникают обоснованные сомнения в его финансовой грамотности. Уж лучше пусть «торгует» здоровьем. Всяческая поддержка в делах в обмен на полноценное возвращение потенции – думаю, за это предложение ухватятся многие маги, попавшие под удар Альбуса.
- В таком случае, мне здесь больше делать нечего! – резюмировал я, забирая свой паспорт
