небритая», «пелотка с мехом», «щель мохнатая», «бобриха», «ежик в тумане», «волосатая дырь» – что общего у этих патриархальных slurs? Агент патриархии не просто наносит Женщине оскорбление – он суггестивно убеждает ее уничтожить или хотя бы укоротить природный волосяной покров для максимального ублажения его похоти. Так стригли своих болонок французские аристократы накануне гильотины. Женщина, не позволяй себя подчинить! Смертельный бой всем программам патриархии, лезущим в твою душу!
59
ЧАШИ ПСТО
Во время месячных, когда тебе кажется, что низ твоего живота жует древнеегипетский крокодил, увидь в нем мировую патриархию. Женщина безгрешна хотя бы потому, что каждый месяц искупает свои мелкие ошибки крестной жертвой. Мужчина был способен на это лишь раз в истории.
Собери кровь свою в чашу, сестра, и знай, что это святыня.
89
Я знаю, как рискую, публикуя в наши дни такой пост. Но промолчать не могу.
Что может быть махровее, реакционнее и архаичнее, чем вооруженный пистолетом голый мужчина с эрегированным пенисом, зачитывающий Женщине свой агрессивный нарратив?
О, сестра, как хочет он отразиться в зеркале твоих испуганных глаз! Этому преступлению нужны свидетели. Но тьма забвения и отмены – вот что ждет тебя, ланселот.
97
Поставить Женщину «раком». Отыметь Женщину «по-собачьи». Сексуальные практики патриархии направлены именно на расчеловечивание Женщины, на попытку уподобить ее животному и лишить полового достоинства. Но став собакой, Женщина может больно укусить.
102
Почитала новых поэтов. Послушала их песни под гитарку. Нет слов. Надела бы на каждое ухо по презервативу, но боюсь, что их сразу проткнет. Скоро – эссе «Пятый Цикл».
104
Обособление женских гениталий от Женщины – центральная практика патриархии. Патриархия требует дать ей вагину на секс. Наш боевой ответ – обособить мужские гениталии от мужчины, но не через кастрацию, а через интергендерную аппроприацию.
Пока через страпон. Скоро – интересные нюансы. Нужна база. Ждите важный теоретический пост.
105
Ежедневно в мире происходит примерно 120 000 000 половых сношений. Придет день, сестра, и мы будем морально контролировать их все. От нас не уйдет ни один патриархальный сперматозоид.
107
ТЕОРИИ ПСТО
Сейчас будет обещанный теоретический пост. Что патриархия называет «Копьем Судьбы»? Тут не нужен Фрейд, чтобы догадаться.
Копье, всю историю используемое для подчинения и контроля – не только символ агрессии и мощи, но и копия (sic!) мужеского полового органа. Поэтому удар копьем, выстрел из гранатомета, анальное изнасилование на зоне, насаживание осеннего листа на кол с гвоздем и прочие тестостероновые аффекты – это проекции патриархальной власти и одновременно образы мужской сексуальной энергии, создающей иерархию и порядок.
То же самое относится к мечу, ножу, заточке и пр. Символизм подчиняющей и убивающей пенетрации формирует нарративы мужского превосходства и женской подчиненности, воспроизводя циклы страдания и боли.
Акт протыкания холодным оружием или быстро движущимся снарядом – не просто физическое насилие, а метафорическая манифестация всей системы патриархального гнета как в социальных, так и в культурных практиках («я хочу, чтоб к штыку приравняли перо» и т. д.).
Сюда же относятся и патриархальные дискурсы со скрытой фаллической агрессией, например, коллективно-насаживающие заявления вроде «все галеристы – агенты ЦРУ», «все либералы – евреи», «все масоны – пидарасы» (но это тема для другого поста).
В дешевых высерах патриархальных писарчуков-шовинистов обязательно мелькает убийственный фаллос: стреляющая авторучка, всякая кибердилдоника, даже гранатомет на трубе. Но это не просто льстивое кадение патриархату. Символический пенис всегда – всегда! – отделен от своего носителя.
Почему?
Они проговариваются о том, чего боятся. Так проявляет себя навязчивый страх кастрации и кражи члена. Она тем временем непрерывно происходит в культурном пространстве – увидев ее один раз, развидеть уже невозможно.
Символическая кража пениса способна принимать много форм и не всегда осознается перпетраторами. Это может быть постироничное распевание матерных стихов, туристическое селфи с чужим автоматом, онимические медиамахинации и т. д.
Я писала в «Пятом Цикле», что по тюремным понятиям все фаллокрады необратимо зашкварены, потому что кража чужого члена начинается с прикосновения к нему. Это легко докажет любой уголовный софист, в том числе и для символической проекции. Но на Женщину подобный нарратив не распространяется.
Практики патриархии могут быть использованы и нами. Клин клином вышибают. Силу может победить только сила.
Чтобы изменить свою Судьбу, мы должны обрести свое Копье. Довольно молча проливать кровь внутри.
Пришла пора пролить ее снаружи.
112
Примеры интерсекциональных фем-идентичностей, которые могут и должны селебрироваться в условиях тоталитарной персекуции: Женщинаводитель. Кранопогрузчица. Уборщица. Обходчица путей. Доярка. Валяльщица-крутильщица.
Когда репрессивная культура не оставляет другого выхода, запрещая даже феминитивы, следует незаметно наполнять боевым фем-содержанием разрешенные патриархией клише.
126
Снилось вчера, что я победила в бою последнего жреца патриархии. Меня призвал радужный свет, я пришла, совершила должное и скромно удалилась – но потеряла инструмент. Когда проснулась, он был рядом. Верить. Только верить. Русские феминистки спасут планету!
191
Если бы Женщина только раз сделала то же самое, чем веселые членомрази занимаются от рассвета до заката по всей планете (да еще под тщательно подобранные музыкальные треки), ее бы, наверно, назвали величайшей серийной убийцей всех времен. Что, попробовать?
193
Мой «Пятый Цикл» бьет глубже, чем я понимала. Пока агенты патриархии тырили друг у друга дроченую пустоту, мы отжали у них сам клептофаллический дискурс. Но это не кража, а экспроприация. Дискурсу, как заводу или фабрике, нужен эффективный менеджмент.
Современная человекиня не будет страдать от фрейдистской зависти к пенису. Она смело отберет его у патриархии.
Тут пахнет гендерным Октябрем.
Я никогда не одобрял патриархального гнета и всегда поддерживал новую историческую роль женщины. У нас в корпорации с этим строго. Конечно, мне ясна была колоссальная культурная значимость этого текста, хотя из-за патины веков я понимал далеко не все.
