уточнила королева, взглянув на меня.
— Много лет назад я учился в Цитадели и даже выковал несколько звеньев. — Ответил я, вызвав еще одну волну удивления. Кто такие мейстеры Дейнерис знала и на тех двух стариков, прибывших вместе с Юным Грифом я походил мало. — В те времена архимейстеры Бринар и Ормунд проводили одно очень интересное исследование. Ормунд был носителем целых трех звеньев из меди и, по праву, мог считаться лучшим историком в Семи Королевствах и Эссосе. В молодости, когда он был простым школяром, вместе со своим учителем они плавали далеко на восток, в далекое Нефритовое море. Там, между Краем Теней, Ленгом, И-Ти и Большим Мораком лежит Марахай. Прекрасный остров в форме полумесяца, с изобилием райских птиц, животных и плодовых деревьев. Но архимейстера и его учителя интересовал не сам остров, а вулканы расположенные в его бухте. — На этом моменте мне пришлось прерваться, чтобы пропустить несколько матросов, спешащих починить лопнувший на мачте брамсель. — Инь и Янь. Два великих вулкана, вечно изрыгающие из себя дым и пепел. По размеру они не уступали своим собратьям из Четырнадцати огней и мейстеров интересовало их извержение, произошедшее за двести лет до Рока. Если верить словам местного князя и предоставленным им бумагам из Ина, Асшая и Лэнг-Ма, столиц ближайших государств, — поправился я, заметив непонимание в глазах королевы на первом и последнем слове, — то их извержение не только потопило две-трети не маленького острова, придав ему форму полумесяца, но и вызвало настолько мощные цунами и землетрясения, что почти все южное побережье И-Ти превратилось в руины, а Лэнг, на короткое время перестал существовать как государство. Это уже не говоря об огромных пепельных облаках, закрывших небо почти над всем Эссосом. Даже мейстеры тех времен описывали эту неизведанную катастрофу, как Черный век. — И чуть наклонившись, будто по секрету, добавил. — Я думаю именно из-за этого Валирия не смогла завоевать Сарнор и Вестеросс. Драконы не могут летать в пылевых облаках, а огромное население полуострова стояло на пороге голода.
— Удивительно. — Задумчиво сказала королева, не отрывая взгляда от черных туч на горизонте. — Но причем здесь второй мейстер? Бринар, кажется?
— Верно, я немного ушел от темы. Извините, миледи. — Неловко кашлянув, продолжил я. — Бринар был архимейстером всю жизнь познающим небесную механику и, кроме наблюдения за звездами, знал много земных законов. Он рассчитал мощность взрыва двух вулканов, провел несколько опытов и сделал такие же расчеты для взрыва Четырнадцати огней. Результаты оказались очень странными.
— Что вы имеете ввиду, лорд Феликс?
— Если верить его словам, то на территории Фригольда катастрофа развивалась согласно расчётам. Выбросы лавы, пепла, цунами, землетрясения. Но на окружающие земли она почти никак не повлияла. Не были затронуты города Залива, хотя они находятся даже ближе чем итийские земли к Марахаю и почти не пострадали Элирия, Толос и Мантарис.
— Вы думаете Рок… — Широко раскрыв глаза спросила королева
— Да, если расчеты мейстеров верны, то Рок Валирии не был по настоящему природным явлением. — Сказал я, кивнув. — Не знаю происки это богов, магов, врагов Фригольда или кого-то неизвестного, но настоящее извержение Четырнадцати Огней должно было ввергнуть весь наш мир в такую Долгую Зиму, что люди бы просто не выжили.
Вкупе с одной моей старой теорией, про искусственное ограничение прогресса, то на ум невольно приходит очень неприятная аналогия. Что весь этот мир лишь большая доска для игр сущностей, сила которых выше моего понимания. Не знаю кто это — Великий Иной, Р’Глор, Лев Ночи, Владыка Гармонии или Семеро, но мне понятно одно.
Чтобы я не делал мне не дано им хоть как-то помешать.
Бог это в первую очередь существо, которое стоит гораздо выше человека на всех уровнях существования. И сравнение муравья и слона, капли и океана или огонька от спички и солнца было бы глупостью. Очеловечиванием. Заключением бога в понятные нам всем границы. А Бог это тот кто стоит выше человеческого понимания и пытаться осознать его действия подобно попытке осознать концепции «ничто» или «вечности». У человека мозги просто под такое не заточены.
Но я отвлекся. Так или иначе, попытка влезть или хоть как-то помешать божественным «играм» была для меня невероятной глупостью. Не только потому что это запарно, тяжело или «мне и так все нравится». Нет, просто я осознаю насколько это бесполезно. Конечно мое ЧСВ и вбиваемое в обеих жизнях правило что человек венец творения немного недовольны, но кто их спрашивал?
— Так значит боги Валирии и вправду обозлились на наш народ. — Выдернула меня из размышлений королева, которая с тоской и грустью смотрела на свою прародину.
— Не обязательно, миледи. — Ответил я, вспомнив одну из главных теорий падения Валирии, которую часто выдвигали жрецы. Грехопадение валирийцев. Будто бы драконьи владыки настолько возгордились от своей власти что перестали поклонятся своим богам. И Балерион, главный бог валирийского пантеона отвечавший за драконов и земной огонь, обрушил на них свою ярость, уничтожив их всех до последнего. — Ваш род же выжил и сохранил драконов даже после Рока. Так что не думаю что боги были злы на вас и ваших предков.
— Спасибо, лорд Феликс. — Ответила мне Дейнерис, благодарно кивнув. Обращалась она ко мне всегда в уважительном тоне и с приставкой лорд. В присутствии сторонников — по фамилии, а наедине переходила на имя. — Как думаете, что сколько времени нам понадобится чтобы завоевать Вестеросс?
— Интересный вопрос, миледи. — Не удивившись резкой смене темы, сказал я, задумчиво почесывая бороду на подбородке.
Еще до отплытия из Миэрина был составлен черновой план наших действий на Вестеросе, сразу после нашего прибытия на материк. Почему черновой? Потому что плавание даже при хорошем ветре должно было занять порядка двух-трех месяцев и за это время многое могло измениться.
Во-первых, местом прибытия, после многочисленных споров была выбрана моя вотчина. В отличии от Грифоньего Гнезда, Драконьего Камня или, предлагаемого все еще не верящим мне Ливеном, Солнечного Копья, мой город удовлетворял всем необходимым требованиям.
Достаточно большой гаванью, чтобы разместить почти пол тысячи кораблей.
Доступными запасами провизии, чтобы прокормить почти тридцать тысяч
