— Андрей Корзников,
Желаю всем приятного прочтения)
Девять лет, шесть месяцев и одиннадцатые сутки после Битвы при Явине…
Или сорок четвёртый год, шесть месяцев и одиннадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.
За время своей службы командор Добраму не раз и не два бывал на палубах основных боевых кораблей Имперского флота.
Всегда и везде он видел лишь одну картину — спокойствие и размеренное несение службы.
Но едва его шаттл типа «Лямбда» вошёл в створ прямоугольного желоба главного ангара «Повелительного», пролетев мимо застывшего на страже брюха треугольного гиганта кореллианского корвета типа CR90, он словно почувствовал витающую в воздухе угрозу. Холодок пробежал по спине.
Командор, лично пилотирующий шаттл, бросил взгляд сперва налево, потом направо, подумав над тем, что поблизости может быть источник опасности. Но привычные взгляды не выявили ничего необычного. Всё те же ровные ряды защищенных опущенными тяжёлыми дюрасталевыми щитами секции, в которых располагались эскадрильи авиакрыла звёздного разрушителя. Практически все они были закрыты, кроме ближайшей к широкому зеву основной секции ангара, предназначенной для посадки челноков и прочих кораблей среднего размера.
Акрей не удержался, посмотрел в незащищённую щитом секцию — оставленную специально для дежурной эскадрильи на случай оперативного реагирования внешней угрозе. Но здесь, в звёздной системе Конбартиста сектора Чайкин, в нескольких часах пути от системы Милагро, где намечен перехват кораблей мятежников, было спокойно. Эта планета не имела сколько-нибудь значимого интереса в глазах космических путешественников. Поэтому её выбрали в качестве точки встречи оперативного соединения. Или же по той причине, что некогда в этой системе республиканские коммандос из отряда «Дельта» вырвали из лап трандошанских наёмников и работорговцев ударный крейсер типа «Аккламатор» со звучным названием «Прокурор».
Глянцевая чёрная палуба, начищенная до зеркального блеска так, что глядя на неё не зазорно было бы и побриться — отражение соответствующее. Добраму с завистью подумал о том, что его собственные техники и ангарная команда однозначно подзапустились — на палубе секции ангара имперского звёздного разрушителя не было ни малейшей лишней детали, не предусмотренной регламентом технических служб.
Пунктирные линии осветительных приборов, восходящие от палубы к потолку и наполняющие помещение ангарной секции излучением, разгоняющем темноту.
Кронштейны, свисающие с потолка хищными металлическими манипуляторами, удерживающими дюжину TIE-истребителей в подвешенном состоянии. Проходящие за корпусами машин помостки, с помощью которых пилоты добирались до кабин своих «глазастиков», как шутливо прозвали на флоте эти машины за их форму кокпита и широкую площадь остекления. Всё как и всегда — эти малышки опускаются на палубу лишь для оперативного технического обслуживания. Для ремонта повреждённых кораблей на ИЗР-ах имелась собственная мастерская, расположенная вблизи главного ангара, но в носовой части корабля.
Акрей искренне жалел пилотов техники TIE, которым по несколько раз за стандартные сутки приходилось как парковать свои машины в эти манипуляторы, так и взлетать с них. Это ж каким ювелиром надо быть, чтобы приземлить немалых размеров машину после горячки боя или вылета в строго очерченное пространство на палубе, чтобы ни разу не имеющая погрешности для корректировки пространственного положения, лапа манипулятора смогла поднять машину под потолок!
Жаль, очень жаль, что эти парни с развитым глазомером гибнут так быстро…
Ангар ИЗР (и способ размещения в секции TIE-истребителей).
Акрей успел подметить, что все двенадцать TIE-истребителей находятся на подвесках, а в самой секции пустынно — только дежурные техники возятся по углам.
Командор поправил курс своего шаттла, позволив тому коснуться палубы просторной секции, расположенной в торцевой части прямоугольных створок ангара звёздного разрушителя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Как и в секции для МЛА здесь царила идеальная, едва ли не образцовая чистота. Словно корабль вымыли дроиды-уборщики перед тем, как отдать его в руки имперских военнослужащих. Поразительная образцовая чистота! Такое-то в годы расцвета Галактической Империи сложно было представить, а уж в нынешнее-то… Тут точно оперативная точка рекогносцировки, или кто-то явно решил провести парад? Если так, то почему его кораблям никто ничего не сказал? А то болтаются сейчас вблизи Милагро в ожидании повстанцев и их товарищей-контрабандистов…
Чувство повышенной опасности, какой-то нереальной угрозы витало в воздухе. Акрей уже было начал думать о том, что этот корабль захвачен, но отряды штурмовиков и члены экипажа, занятые каждый своим делом, действовали успокаивающе. Словно на борту этого имперского звёздного разрушителя он вновь окунулся в годы величия Галактической Империи, когда всё было просто и понятно — враги отдельно, союзники отдельно… И не было всей этой чехарды с игрой в прятки на территории галактики. А сейчас, право, даже стыдно — боевая группа Империи вынуждена прятаться по малонаселённым системам, словно воры, пережидающие когда всё же хозяева соизволят убраться из своего дома…
Заглушив двигатель и прочие системы, командор Добраму покинул кокпит шаттла, направившись к опущенной аппарели транспортного средства. Бросил взгляд на покоящееся на посадочных опорах полугражданское судно, припаркованное по соседству. Хм… а ведь неподалёку висел, помимо кореллианского корвета, ещё и бронированный транспорт типа «Гозанти». И какой-то истребитель-переросток, более напоминающий атмосферный глайдер военного образца. Дизайн какой-то смутно знакомый… Набуанский, что ли?
Хотя, какая разница? Его вызвали на совещание командиров участвующих в засаде групп. Ему, а также экипажу его среднего крейсера типа «Удар» с гордым наименованием «Разящий», в составе небольшого, но сильного отряда имперских кораблей необходимо будет выполнить приказ. А подробности приказа будут сообщены только на борту звездного разрушителя.
Где его уже ждали.
Молодой — лет двадцать, не более — энсин с лицом, на котором застыла маска холодной вежливости. Словно он делал великое одолжение старшему по званию в том, что вообще общался с ним… Нет, на этом корабле решительно поддерживают дух Имперского флота!
— Командор Добраму, — обратился к нему младший офицер. — Капитан Шохаши ожидает вас в комнате инструктажа дежурной эскадрильи. Приказано явиться немедленно.
«Шохаши… Шохаши… Что-то знакомое…», — мелькнула мысль в голове Акрея.
В Имперских вооружённых силах не было практики знать поимённо командиров кораблей, с которыми ты проходишь совместную службу в одном флоте — профессиональная этика твердила прямо об обратном. Нет, знать своих подчинённых командир корабля был просто обязан — хотя бы поимённо, а вот обладать информацией, кто же командует соседним кораблём, курсирующим на манёврах, если эти данные не входили в рамки выполняемой тобой задачи — не просто не приветствовалось, но и каралось. Как-никак, но информация под грифом секретности.
Это сейчас молодые офицеры, которым ввиду кадрового голода довелось взойти на мостики крупных боевых кораблей, было не в новинку встретиться и распить друг с дружкой пару рюмок контрабандного кореллианского виски или вирренского выдержанного. А вот что касалось «старой гвардии»…
Попробуй ты ещё хотя бы за пару месяцев до Битвы при Эндоре поинтересоваться личностью командира другого корабля, как уже через час (самое большее) к тебе в каюту постучится сотрудник флотской службы безопасности мило и доверительно улыбнётся и вкрадчивым тоном поинтересуется: «А с какой это, собственно, целью ты делаешь подобные запросы? Империю предать хочешь, паршивец?». И последствия от подобных необдуманных действий могут быть… самыми непредсказуемыми.
