Лебедева, давай свихнемся? Позволь мне раздеть тебя и показать, как я могу любить?
Глава 22
— А любить ты умеешь только избавив девушку от одежды? Других вариантов не предусмотрено? — я поджала губу, каждой клеточкой тела ощущая на себе его пристальный взгляд.
— Можешь хоть раз не усложнять? — отвернувшись, Воронов опустил стекло, впуская в салон влажный ночной воздух.
Незаметно вытерла о джинсы вспотевшие ладошки, пристегнув ремень безопасности.
— Ты опять под чем-то?
Кирилл холодно рассмеялся.
— Не употреблял ничего крепче минералки, — притормозил на перекрестке, глядя перед собой.
Зато я внезапно ощутила, что бокал шампанского, принятый на голодный желудок, немного ударил в голову. По телу разлилось приятное обволакивающее тепло. А еще в салоне так хорошо пахло. Им.
Откинувшись, я беззастенчиво рассматривала сосредоточенный профиль водителя. Спина Кирилла была прижата к спинке сидения, правая рука расслабленно лежала на руле, челюсти крепко сжаты, подбородок опущен.
И эта небрежная трехдневная щетина добавляла его лощеному образу той самой хулиганской распущенности. Вынуждена была признать — хорош до безобразия. Прямо падший ангел во плоти.
Воронов повернул голову, и, посмотрев на меня в упор, бешено погнал автомобиль по ярко освещенной неоновыми вывесками магистрали. Сердце совершило кульбит. Адреналин ускорил движение крови по артериям и венам. Быстрая езда спровоцировала волнительную дрожь в ногах.
А прямой властный взгляд спутника натолкнул на шальную мысль…
Может, плюнуть на всё и принять предложение Кирилла?
Свихнуться. С Ним.
Позволь мне раздеть тебя и показать, как я могу любить?
Ведь кто, если не он? В самом деле… Увы, других кандидатов, кому бы я могла доверить свой первый раз, так и не нашлось. Вернее сказать, я не подпустила к себе никого…
— Куда мы едем?
— Катаемся, — равнодушно пожал плечами. — Я все еще жду твоего ответа.
— Ты и сам прекрасно знаешь, каков он будет, — обняла себя за плечи. — И к чему был этот цирк с мнимым родством, братишка?
Бросив на меня хмурый взгляд, Воронов свел темные брови на переносице.
— Думал, ты усвоила урок, — вздохнул. — Но нет… Повелась на бутылку дешевого пойла!
Вот даже как?
— Шампанское было отнюдь не дешевым… — тихо возразила, барабаня кончиками пальцев по прохладному стеклу.
— Угостить тебя хорошим шампанским? — с ударением на предпоследнем слове.
Я закатила глаза. Ну, прямо благодетель!
Возможно, он ожидал, что я начну оправдываться за то, что ответила на симпатию молодого человека в клубе, но я упорно молчала. Вот вообще не чувствовала за собой вины…
Ведь Виталий вел себя максимально достойно, и, если бы не вторжение «названного брата», с большой вероятностью, в скором времени мы бы отправились смотреть рыб.
Так и не дождавшись от меня ничего вразумительного, Воронов начал рассуждать вслух.
— Допустим, ты молодая девчонка, и у тебя есть определённые потребности… — таким самоуверенно-едким тоном, прямо как профессор математических наук. — Не обязательно таскаться по подсобкам и давиться дешевым шампанским! — выставив средний палец в окно, дергано перестроился в правый ряд.
Это его пренебрежительное «таскаться» больно резануло, совершенно не вписываясь в контекст.
— Что значит «таскаться по подсобкам»?
Пыталась понять, к чему он клонит, ведь в прошлый раз именно он не выпускал меня, обожравшись дури.
Кирилл сглотнул, его кадык дернулся.
— Нет желания озвучивать, — выдал предельно сухо. — К твоему сведению, я в состоянии оплатить номер в хорошем отеле. Кувыркаться на работе или в других людных местах давно не вставляет. Я же не твой Безруков! — запрокинув голову, развязно хохотнул.
Мой Безруков?
Несколько секунд я просидела с вытянутым лицом. Вот чего совершенно не ожидала, так это упоминания друга. С чего он вообще взял такое? Тем более, и у Егора все отлично в финансовом плане. Уж точно мог позволить себя «снять номер в хорошем отеле».
— А Безруков-то здесь причем?
— Ой, Лебедева, только не надо изображать из себя святошу! — одной рукой управляя авто, другой он демонстративно подцепил из кармана яблочный гаджет, набирая номер из контактов. — Могу я забронировать люкс на следующие сутки? — осведомился спустя несколько секунд.
На сутки?
Еле сдержала подступающий к горлу нервный смех.
— Не надо никаких люксов… Или у меня или никак, — прошептала в пустоту, однако Воронов моментально среагировал, сбрасывая вызов.
— Ты живешь с соседкой, — заметил, понизив голос до шепота.
— Её сегодня не будет… — пробормотала себе под нос.
Воздух в машине моментально начал потрескивать от повисшего напряжения, связанного с сексуальным подтекстом, пропитавшим наш диалог.
— Ты уверена? — Кирилл открыл бардачок, протягивая мне что-то.
— Уверена, — заморгала, обнаружив у себя в руках новую упаковку презервативов.
— У меня большие планы на эту ночь, — заверил без эмоций, разворачивая машину в сторону моего дома.
Я сделала глубокий вдох, уже не пытаясь скрыть, что внимательно его разглядываю. Такая непоколебимая уверенность в том, чем закончится эта поездка…
Жаль, Кирилл не в курсе моей незначительной лжи.
Света сегодня дома.
В какой-то момент я поняла, что спорить с ним, устраивая очередное «шапито» возле отеля, бесполезно. Единственный вариант скорее избавиться от его компании лежал на поверхности.
Разумеется, у Воронова и мысли не возникло, что я лукавлю… Я же из тех, кто «таскается по подсобкам и давится дешевым пойлом»!
А тут, наконец, подфартило, красавец-мужчина на мерседесе, еще и в состоянии оплатить номер-люкс. На сутки! А не по часам…
Оставшееся время до моего дома мы ехали молча. Я попыталась распрощаться, однако он вызвался проводить… Ну, ладно, Света ведь дома…
А потом…
Первый этаж.
До моей квартиры рукой подать.
Но этот путь рядом с Ним показался мне вечностью. Потому что Кирилл и шагу не дал ступить в темном пустом подъезде.
— Я ведь не шучу… — прижал меня к стене, наваливаясь сверху. — Буду любить тебя всю ночь. Слышишь? — пылко дышал в мою шею.
— Только ночью? — охрипшим полушепотом.
Пауза… такая звенящая. Различала бешеный стук его сердца, пропуская сердцебиение через себя…
— Лебедева, — сталкивая нас лбами, тихо матерясь, — ты же сама всё знаешь…
— Ничего я уже не знаю. Вообще не понимаю тебя, Кирилл… После подсобки… — мое дыхание с каждой секундой становилось все отрывистее… тяжелее.
— Неужели не чувствуешь? — зарылся пальцами мне в волосы, грубо наматывая их на кулак, притягивая так близко… рот в рот… — Везде все чувствуешь….
Потерся о мой живот каменным пахом.
Слегка толкнулся, многообещающе заглядывая в глаза.
— Кирилл… — непроизвольно смочила пересохшие губы кончиком языка.
Облизала, ощущая, как слабое тело затапливает мучительным желанием, чувствовать его ближе… Гораздо ближе.
— Лебедева, ты че творишь? — сипло рассмеялся. — Я как стекло… А все равно будто угашенный… В хлааам. В кого ты меня превратила? Сшила-таки?
