хочет справедливого развития производства, по другому – поставить своего человека и прибрать к рукам серебряный заводишко. Как пить дать – оба воры и друг друга стоят, – заключил он. – Серебро – не золото, но тоже металл драгоценный, и главное – полезный. Но должна быть и третья точка зрения. И принадлежит она не городской администрации и коммерческому изданию, а губернаторской газете. – Гордеев пересмотрел половину пачки и наконец воскликнул: – Вот она! «Урал сегодня». Уже область. И опять передовица: «Противостояние мэра города Лощинска И.И. Зубова и директора завода «Сияние Урала» И.С. Карпова уже всем набило оскомину. Губернатор предлагает закопать топор войны в землю и перековать мечи на орала…» – Гордеев осекся и стал хмуриться.
– Вы бы поели – остынет, – кивнул Алексей на тарелку с первым, стоявшую перед его старшим товарищем.
Только тут Петр Гордеев заметил, что солянка уже подана. В густом бульоне, на поверхности которого липли друг к другу колечки жира, плавало две оливки и долька лимона.
– Пусть, – сказал он, наполнил рюмку, выпил залпом и закусил той же селедкой. – Пусть стынет, Леша. Я не дочитал тебе до конца. – Он обратился к тексту: – «…Перековать мечи на орала, пока этот спор не зашел слишком далеко».
Гордеев требовательно взглянул на компаньона.
– И что? – с ложкой у рта спросил Алексей.
– «Пока спор не зашел слишком далеко», – повторил Петр. – Спор, Леша, спор.
– А-а! – опустив ложку в тарелку, воскликнул молодой человек. – Спор! – Он горячо закивал. – Спор… Наша Ева торопится на бал!
– Один из них и есть тот самый высокопоставленный клиент?
– Несомненно, – жадно читая дальше, ответил Гордеев. – Несомненно! Либо один брат убрал другого, чтобы ему больше досталось, либо ей заказали обоих.
– Как-то страшновато выходит, Петр Петрович, вы не считаете?
Немного веселый от спиртного, но еще более возбужденный и злой, Гордеев взглянул в глаза спутнику.
– Страшно, Алеша, это когда города бомбят, а это, – он тряхнул газетой, – забавно!
– Но что за званый вечер? – потянулся к нему Алексей. – Как мы узнаем о нем?
– Из той же газеты «Урал сегодня», – мрачно усмехнулся Петр. – Вот он, званый вечер, – уже совсем весело добавил он. – Ежегодный бал у губернатора! Именно – бал! Уже теплее, теплее. Тут он назван «примирительным балом». Понятно: господа Зубов и Карпов всем осточертели с их войной, и губернатор решил помирить две враждующие стороны. А когда состоится этот бал? Сегодня?! Надо же. Место действия – Дворец культуры «Олимп». Время: шесть часов вечера. – Гордеев поймал взгляд Алексея. – Вот куда торопился наш Колобок и его подруга. Вот почему они не прикончили нас в Предтеченске, в том подвале. Времени не хватило. У них – заказ на заказе. – Он покачал головой. – Вот почему ее хваленый «дядя» то и дело разъезжал по России. Он разрешал споры!
– Но как он собирается решить этот? – поинтересовался Алексей.
– С помощью трав, как же еще, – все так же мрачно и весело одновременно усмехнулся Гордеев.
– Она и этому клиенту из баллончика в лицо прыснет?
– Посмотрим, посмотрим. Главное – это результат. Сегодняшнее примирение закончится поцелуем Иуды. Голову даю на отсечение! Человек с кинжалом под плащом уже прибыл. Он и его ассистентка, – нервно рассмеялся Гордеев. – У меня появился аппетит!
– А у меня пропал, – откликнулся Алексей.
– Это потому, что ты уже все съел, – резонно заметил тот, берясь за ложку. – М-м, вот это солянка! На периферии работают мастера.
– Вы думаете попасть на этот бал?
– Непременно! – откликнулся Гордеев.
Алексей покачал головой:
– Но как мы там окажемся?
– Хитростью, как же еще, – пожал плечами его старший товарищ. Солянку он проглотил быстро и, вооружившись ножом и вилкой, взялся за отбивную. – И мясо что надо! Я еще не знаю как, но попасть на этот бал нужно обязательно. Только незаметно, Леша, – он поднял глаза на молодого человека, – а не то мы сами станем объектами решения спора!
В половине шестого они заняли наблюдательный пост в небольшом парке, разбитом перед ДК «Олимп», – огромным стеклянным зданием, отражавшим черными зеркальными боками заходящее апрельское солнце. Гости еще не съезжались, но многочисленная пресса уже начинала собираться. Настраивали аппаратуру телевизионщики, не желая проморгать вход местного политика или крупного бизнесмена.
Гордеев и Погодин настроили и свою нехитрую аппаратуру.
– Ох, как хочу на него посмотреть! – прошипел Алексей.
– На Колобка?
– На кого ж еще! – зло откликнулся молодой друг.
– Потерпи еще немного, – посоветовал Гордеев. – Только сдерживай себя. Я уже научился, – усмехнулся он.
А потом начали съезжаться и гости. Сразу, точно сговорившись, потянулась вереница машин. Стали выбираться из салонов пузатые дядьки с кирпичными лицами в дорогих костюмах под ручку с длинноногими и вальяжными дамами. Из черного «Мерседеса» в окружении охраны вывалился сухопарый дядька – губернатор, его Гордеев сразу узнал по фотографии в газете. Он усмехнулся: третейский судья! Оказалась среди приехавших и статная русоволосая девушка, рядом с которой Гордеев не сразу разглядел полного коротышку…
– Она, она! – едва не подпрыгнул Алексей. – Петр Петрович, это она!
– Да вижу, вижу! – тихо откликнулся Гордеев.
– А вон и Колобок! Рядышком! Точно, он же, он?!
– Да он, он, – в ответ прошипел Петр Петрович. – Чего разорался? Сейчас полиция заинтересуется, будешь знать.
– Ваши документы, – металлическим голосом проговорили за их спиной. – И, прошу вас, тихо, без волнений.
Гордеев и Алексей оглянулись одновременно. Позади них стоял коренастый мужчина средних лет в костюме и плаще. Лицо его было суровым и непримечательным одновременно. За ним вросли в плиты парка еще двое таких же. Втроем они цепко смотрели на Гордеева и Погодина, точно ожидали, что парочка в любую минуту обратится в предателей-инопланетян.
– А в чем, собственно, дело? – спросил Гордеев.
Двое подошли ближе. Тот, кто задал вопрос, достал из плаща корочки и, ловко открыв их пальцами одной руки, показал Гордееву. Петр только и успел рассмотреть пару строк: «Майор ФСБ Скоропятов Вениамин Степанович».
– Собственно в этом, – ответил явившийся чертом из табакерки майор Скоропятов.
– А-а, – примирительно улыбнулся Гордеев. – Тогда все понятно. «Не стоило так прыгать и тыкать пальцем в приехавшего губернатора», – думал он, решая, как им повести себя в сложившейся ситуации. – Наши документы, товарищ майор, остались в гостинице «Урал», – бодро сообщил он. – Как и удостоверения журналистов.
Скоропятов недовольно поморщился: во-первых, журналистов никто не любил – от них можно было ждать любой неприятности; во-вторых, профессия отчасти оправдывала их поведение. Но лишь отчасти…
– Петр Гордеев и Алексей Погодин – номер тридцать шесть, люкс, – смело добавил он. И пока Скоропятов кивнул одному из подручных, явно дав указание проверить информацию, продолжал: – Мы представляем центральный канал «Шторм-плюс», отдел «Происшествия, преступления, скандалы».
