Читаем без скачивания Южный фронт - Сергей Зверев

– На раз, переворачиваем вверх ножками! – крикнул Батяня, обращаясь к дипломату.

– Я понял! – громко ответил тот.

– Раз! – недолго заставил себя ждать с подачей сигнала Лавров.

Русские разом перевернули стол. Уложив его поверх гвардейцев, они пробежались по нему и устремились к выходу. Однако в дверях их встретила еще одна группа солдат, которые не стали церемониться с русскими. Чтобы показать серьезность своих намерений, они открыли огонь по полу – там, где как раз остановились Андрей и Сергей. Один шаг в сторону, и гвардейцы начали бы стрельбу на поражение. С тыла на русских налетела пара громил, которые едва успели опомниться от удара столом. Совместными силами гвардейцы заставили гостей подчиниться и связали их.

Связанные Лавров и Ткачев полусидели на диване, когда в дверях кают-компании появился президент, адмирал и крючконосый тип в окружении вооруженных верзил. Батяня сразу понял, кем является мужчина с крючковатым носом. Во время допроса бандит

Рыбий Глаз отлично описал своего босса наркодельца дона Хулио Гарсию. В том, что вместе с беглым диктатором находится крупный мафиозо, сомнений не возникало.

Более того, выходило, что оба в дружеских отношениях. Все это было явно не к добру. Вторым неприятным сюрпризом для майора стало поведение бандитского главаря в отношении военного атташе.

– О, господин Ткачев! Сколько лет, сколько зим! – с наигранной улыбкой воскликнул Гарсия. – Мы все-таки встретились с тобой, дорогой. Как говорится, лучше поздно, чем никогда. Ты согласен со мной?

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – с испуганным видом пробормотал атташе.

– Ах он не понимает, видите ли, – ухмыльнулся главарь и стал шептаться с президентом.

Недоумевающий Батяня тихонько спросил у дипломата:

– Почему этот урод так фамильярничает с тобой? Вы знакомы?

– Да он наглый просто. Безнаказанным себя возомнил. Я по долгу службы со многими в этой стране встречался. В том числе и с наркобаронами. Вот оттуда он меня и знает, – все еще испуганным голосом объяснил Ткачев.

Комбат готов был побиться об заклад, что это был не просто страх перед бандитом, а нечто иное. Впрочем, долго ломать голову над ответом на этот вопрос не пришлось. Гвардейцы зашипели на связанных, тыча в них стволами автоматов и требуя немедленно прекратить шептаться. И тут же Хулио, отбросив остатки таинственности, вполне откровенно заговорил о деле.

– Послушай, Сергей, – спокойным тоном обратился он к атташе. – Сейчас нет времени играть в кошки-мышки и уж тем более в ролевые игры. Время платить по счетам. Ты взял у нас товар. Причем, как помнишь, не по мелочи. А вот расплатиться за него не успел. Или не захотел. Воспользовался этой повстанческой заварухой и решил дернуть вместе с товаром в Россию. Насколько я знаю, у вас, русских, это называется «кидалово». Так вот, дорогой партнер, «кидалово» не получилось. Понимаешь?

Дипломат молчал. Батяня, понимая суть происходящего, с мало скрываемым удивлением смотрел то на Ткачева, то на Гарсию.

– Думаешь, я тебя грохну? – не дождавшись ответа, продолжал мафиозо. – Нет. Я человек великодушный. Готов простить твое неуважение. Но и ты должен сделать мне шаг навстречу. Заплатишь все до цента за уже полученный товар. А плюс к этому выложишь мне еще пять миллионов долларов неустойки. Думаю, это справедливо. Сильно по твоему кошельку не ударит. Как-никак ты уже третий год поставляешь героин в Россию. Денег должно хватать…

Изумление Батяни достигло пика, и ему пришлось усилием воли заставить себя успокоиться. Трезво оценив слова мафиозо и ситуацию в целом, он вспомнил все странности в поведении Ткачева от выхода из трясины до переговоров с беглым президентом. Теперь все это не казалось таким уж и странным. Скорее, наоборот, логичным и закономерным. Атташе старался не смотреть на майора. Слова Гарсия его явно приободрили, и он готов был обсудить условия.

– Я отдам тебе эти деньги, – проговорил Сергей. – Но что будет потом? Скормишь меня акулам?

– Ну зачем так? – покачал головой Хулио. – Ты ценный, очень ценный партнер. Убить тебя, все равно что сжечь фабрику, где печатают деньги. Большие деньги! Поэтому мое видение будущего такое: ты продолжаешь работать с нами, но не пытаешься вести какие-либо игры. Будешь честно выполнять свою работу, и все будет хорошо. Ты пойми, что сеть распространения наркотиков – это часть моего бизнеса. Менять на ходу что-то, что до этого работало весьма эффективно, дело накладное. Да что мне, в конце концов, тебе объяснять. Ты и так все прекрасно знаешь.

Президент и адмирал смотрели на атташе и посмеивались, будто наблюдали сцену из фильма.

– Если все действительно так, как ты говоришь, то я мог бы согласиться, – отреагировал дипломат. – Правда, и ты должен понимать, что прежний процент, который я получал за переправку товара, следует пересмотреть в сторону повышения.

«Вот сука! – подумал Батяня, не имея возможности открыто выплеснуть злость на предателя, работавшего на наркомафию. – Висит на нитке, а думает о прибытке».

Мафиозо расплылся в улыбке и заверил атташе:

– Поднимем мы тебе процент. Как раз об этом с господином президентом только что говорили. Так что не беспокойся.

Беглый лидер латиноамериканской республики тут же закивал в знак подтверждения слов гангстера. Сцена выглядела малоубедительно, однако Ткачев решился дать окончательный ответ на предложение бандитского главаря:

– Я согласен.

– Отлично. Не сомневался, что деловой человек в тебе все-таки победит, – заметил Гарсия и через секунду обратился к Батяне: – Я в восхищении от того, как ты умеешь воевать. В моей группе хватало вояк, которые были наемниками черт знает где. Во всех наших рейдах они побеждали благодаря своему опыту. Но сейчас их больше нет. Их победил ты. Значит, ты больший профессионал, чем все они вместе взятые. А профессионалов я ценю. Такие люди, как ты, мне позарез нужны. Поэтому не буду здесь долго ходить вокруг да около, а предложу тебе перейти на мою сторону. Будешь у меня инструктором. Станешь тренировать моих ребят. И не бесплатно. Ты будешь получать такие деньги, о которых у себя в России – ты ведь никакой не украинец! – не мог даже мечтать. Поэтому долго не раздумывай и соглашайся!

Лавров посмотрел на мафиозо, а затем на покусывающего губы атташе, и тихо промолвил:

– Шансов на выбор вы мне не оставляете… Что будет, если я не соглашусь?

– Я думаю, вы догадываетесь, что будет. Пиф-паф, и на корм рыбам, – бандитский главарь демонстративно поигрывал пальцем по спусковому крючку пистолета.

– Можно я подумаю? – стал тянуть время десантник.

– Десять секунд, – мафиозо был непреклонен.

– Я хоть сотню тысяч долларов в год буду иметь? – уточнил Батяня, стараясь быть максимально убедительным в своих намерениях продаться бандитскому главарю за «бочку варенья и корзину печенья».

– Это гарантированный минимум, мой друг. А если учесть, сколько нам предстоит операций и рейдов, то твой гонорар может возрасти в полтора-два раза! – начал уверять крючконосый, напоминая в те секунды рекламного зазывалу.

– Если это так, то можно и поработать. Очень выгодное предложение. Я согласен, – сказал Лавров, смотря наркодельцу прямо в глаза.

Гарсия либо не уловил подвоха, либо попросту не хотел этого делать, ожидая хотя бы формального согласия. Он усмехнулся и похлопал майора по плечу. Спецслужбист с согласия президента приказал гвардейцам развязать русских.

32

В рыбацкой деревне не сразу поняли, что происходит. Офицеры с военного корабля ранее заверяли, что дальше прибрежной зоны на берег никто с их судна выходить не будет. Однако теперь всем жителям пришлось наблюдать, как со стороны моря в направлении деревни двигался отряд вооруженных людей. Они были как в официальной военной форме, так и в гражданской одежде. Людям было невдомек, что на них идет совместная группа президентских гвардейцев и бандитов дона Гарсия. По дороге к ним примкнули остатки группы порученца, которые все это время таились в гроте. Объединенный отряд вели лично президент, мафиозо и их помощники. В первых рядах также шли Лавров и Ткачев.

Войдя в деревню, пришельцы призвали всех жителей собраться на большой площадке перед полуразрушенной церковью. Люди выходили из своих жилищ и отправлялись к церкви. Правда, настроение у большинства было уже не таким, как несколькими часами ранее во время приветствия военного корабля. Многие предчувствовали беду, однако все равно шли в указанное место. Когда площадь оказалась заполненной, президент без каких-либо предисловий спросил:

– Есть ли в деревне оппозиционеры?

Жители ответили гробовым молчанием.

– Я еще раз спрашиваю: есть ли среди вас те, кто сочувствует мятежникам и выступает против меня? – расшифровал свой вопрос беглый диктатор, наслаждаясь возможностью напоследок упиться властью и остаться без наказания.