Дмитрий напрягся как струна, а когда услышал фразу на русском языке вообще не смог сдержаться и резко открыл глаза. Тот час, это движение констатировал женский голос.
Но увиденное глазами поразило еще больше.
«Если меня схватили спецслужбы, то почему содержат в какой-то мрачной пещере с низким сводом? И при чем здесь говор на языке из мира Зелени?ГРГРГр. Что здесь вообще происходит и как осмотреться, если я не могу повернуть голову! Шея болит, словно отрубленная! Да что же это такое!…»
Он постарался со стоном скосить глаза вправо, где видимо и находились все присутствующие в этой пещере, как вдруг над ним нависло два смутно знакомых лица, мужское и женское. Пытаясь сфокусироваться на этих двух расплывающихся пятнах, услышал, как мужчина заговорил вполне доброжелательно:
- Что, расхотелось умирать? Ну и правильно, тебе еще с нами возиться и благодарить за заботу.
Тогда как женщина засомневалась:
- Он хоть нас узнал? Смотрит как на привидения.
- Эй, ты нас слышишь? Моргни глазами… Ага, слышит. А узнаешь? М-да…, - мужчина еще ближе приблизил свое лицо к разбегающимся глазам раненого: - Мы «третья», которую ты погнал к черному монолиту с приказом его уничтожить. Меня зовут Василий, ее Дана. Пить хочешь?
Пришлось моргнуть ресницами еще раз. Общее состояние после нескольких глотков воды не улучшилось, но зато удалось разборчиво прошептать:
- Вколите мне обезболивающего!
После некоторого ворчания почувствовал, как что-то кольнуло в плечо, а еще чуть позже как давящая и дергающая боль стала отступать. Теперь можно было хоть вздохнуть с некоторым облегчением и в самом деле распознать пару воинов из заброшенной в мир Зеленигргргр, пятерки спецназовцев. Мелькнула мысль, что это они его как-то пленили, но потом припомнил странные слова о заботе. И подумал, что провалился к ним сюда неосознанно. Скорей всего в критической ситуации сработала выработанная в последнее время привычка стремиться или в свою Башни в королевстве Ягонов, или сюда, в Успенскую империю на поиски и осмотр идущей к цели «третьей».
Вот и получилось, что ввалился он сюда чисто машинально, в полностью невменяемом состоянии. И самое печальное, что при полной своей обездвиженности он вряд ли сможет сейчас переместиться в такое более удобное, защищенное, обеспеченное лекарствами и помощью место, как Перекресток. А еще лучше в свой графский замок в Свирепой долине. Уж там бы его быстро привели в кантуемое состояние. К сожалению, ног он не то что поднять не мог, но даже не чувствовал при попытках пошевелить пальцами.
- Что со мной?
Василий озадачено переглянулся с подругой, но привередничать с пояснениями не стал:
- Куча ранений, другой бы наверняка помер, но ты может и выкарабкаешься.
- А с ногами? Не чувствую…
- Ну-ка пальчиками подвигай! Да нет, шевелятся… Скорей всего онемение из-за уколов, они ведь термоядерные, все обезболивают.
Действительно, теперь Дмитрий уже чувствовал, что и губы у него деревенеть стали. Поэтому постарался быстрей хоть немного уяснить для себя обстановку:
- В двух словах, почему вы здесь и чего ждем?
Кажется, на этот вопрос Василий обиделся:
- Что значит почему? Можно подумать что мы всю жизнь мечтали сюда попасть, и спотыкаясь мчались наперегонки к этим варварам!
Но Дана жестом ладошки попросила помолчать, и стала объяснять сама. За парочку минут объяснила всю диспозицию, место в ней отшельника, надобность охоты и известные отныне детали внутренностей монолита. Закончила словами:
- И вчера, поздней ночью ты свалился сюда вместе с кроватью. Весь в пыли и белой меловой штукатурке.
- Э-э…? Кровать? - Не поверил Дмитрий, одновременно пытаясь сообразить, а на чем он в самом деле лежит. Поднял правую руку в изголовье, нащупал литую декоративную спинку. Ему чуть приподняли голову: те же самые различия в ногах. Сразу узнаваемая кровать королевского госпиталя в столице Ягонов. Перепутать невозможно, ведь сам выбирал самое современное и унифицированное оборудование. Получалось, что вначале он туда свалился, а потом сюда ломанулся? Да еще и после перевязки? Но и поверить в такое трудно:
- Как же я кровать с собой уволок? - сделать подобное в лежачем состоянии для него невозможно, но об этом он благоразумно помалкивал.
- Долго ли умеючи? - буркнул воин спецназа, кося глазами на шевельнувшегося за столом Деймонда Брайбо. - А как же ты нам «сбросы» делал?
- Так, то сбросы…, - говорить было тяжело. К тому же раненый вдруг стал ощущать усиливающееся головокружение и общее ухудшение своего состояния. Сил для любого перемещения хватало вроде как с излишком, но вот что с ним случится на новом месте? Удастся ли попасть именно, куда вознамерился? Вон как швыряет по всем мирам. Невероятно смущал и тот факт, что его тело очутилось на самой середине тракта Магириков. Раньше он в своих проникновениях из подпространства вообще не мог заскочить за Ворота. Да что там за Ворота, все горное образование Бавванди являлось непроходимым из-за магического тумана, в виде прикрывающего сгустка, насыщенного оранжевого цвета. Потому и задействовал для ликвидации основной силы Успенской империи один из лучших диверсионных отрядов Земли. Не пропадать же таким великим специалистам по вине их слишком ретивого и любопытного начальства.
Но самое главное - следовало срочно начинать интенсивное лечение, а такое возможно лишь в окружении лучших медиков Свирепой долины. Поэтому короткий стон, Дмитрий продолжил вопросом:
- Какая здесь специфика и могут ли со мной уйти два человека немедленно?
Опять следовало отдать должное Дане. Она сжато и по существу рассказала о взаимоотношениях на тракте, черных шапках отшельников и наличие в пещере кроме них только одного ашбуна. Но успела описать его как человека доброго, всей душой мечтающего стать врачом.
- Пусть подойдет…, ему тоже будет на пользу. «Замочим его на вертушке».
Последнего выражения бойцы спецназа не поняли, но лишь перекинулись при этом между собой многозначительными взглядами. Жаргон десантников в устах Светозарова выглядел несколько противоестественно.
Когда Деймонд подошел по приказу Василия, раненый неожиданно приказал на местном языке без малейшего акцента:
- Отдай шапку ему, - при этом нашел силы показать правой рукой на старшего группы. - Василий останется здесь временно вместо тебя. Ну?
Глаза раненого стали наливаться сердитым огнем, и отшельник понял, что ослушание чревато немедленным наказанием. Но стоило видеть, с какой душевной болью и терзаниями он отдавал каракулевое отличие в руку таинственного дона.
- Это ненадолго…, - утешил растерянного парня Дмитрий. - Теперь вдвоем с Даной берите кровать и медленно поднимайте на угол в сорок пять градусов. Еще лучше будет, если я при этом упрусь ногами в спинку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
