Карамон схватил мешочек Ирвина, игнорируя протестующий вопль кендера — и вывалил его содержимое на игровую доску.
— Вы видите что-нибудь еще принадлежащее вам, моя леди?
Пристальный взгляд Шавас, хлестнул по кендеру, на мгновение, задержавшись на кольце на его пальце.
— Нет, — сказала она Карамону. — Спасибо.
— Нам давно пора уходить, — сказал Рейстлин, наклоняясь за посохом и вставая. — Я сильно устал, чтобы о чем-то думать.
— Я дам вам мой экипаж, чтоб доехать до гостиницы. Вы скажете мне завтра, если решите взять эту работу, Рейстлин? — спросила Шавас, изящно поднимаясь на ноги.
— Возможно, моя леди, — ответил маг и, поклонившись,вышел из комнаты.
— К чему отношусь?
— Почему ты так относишься к людям? — потребовал ответа Карамон, сидя впереди на удобных кожаных сидениях личного экипажа члена совета. Экипаж был сделан так, чтобы защитить от вечернего холода.
Рейстлин посмотрел на близнеца, удивленный необычно антагонистическим тоном брата.
— Отношусь к людям как?
— Ты знаешь, — Карамон не мог выразить всю свою ярость словами. — Она не сделала ничего, что бы тебя обидеть.
— Не сделала? — пробормотал Рейстлин, но слова были приглушенными красным капюшоном его одежд. Он помешкал немного, — не будь наивным, Карамон. Она хочет заручиться нашей помощью, это соответствует ее планам. Ты же слышал, она сама признала, что другие члены совета недолюбливают нас, и собираются принять наши услуги только потому, что она так сказала.
— Они недолюбливают только тебя, — сказал Карамон, затем осекся, закрыв рот. Он не мог вообразить, почему он сказал это, кроме того он почувствовал себя не хорошо. Его внутренности скрутились подобно змеям.
Рейстлин рассматривал брата оценивающим пристальным взглядом.
— Ладно, — сказал Ирвин, — так мы будем браться за работу или нет?
— Какая тебе разница, кендер? — раздраженно спросил Рейстлин. С каких это пор ты стал заботиться о работе?
Ирвин мигнул, потирая руку. Кожа вокруг одного из пальцев зудела.
— Я забочусь о большом количестве вещей! Ты никогда не относился ко мне серьезно, вот и все. А должен! — заявил он, впиваясь взглядом в спутников. — Если ты не будешь делать этого, то когда-нибудь пожалеешь!
— Успокойся, — пробормотал Карамон, потирая рукой живот.
— Мы возьмем ее. В этом не было никаких сомнений, — заметил Рейстлин.
— Тогда, когда мы начнем? Что мы будем делать сначала? Я знал! — громко закричал Ирвин.
Карамон посмотрел на друга, его лицо скривилось в замешательстве и боли. — Почему?
— Я только знаю и все! — сказал Ирвин вызывающе, падая назад на место и скрещивая руки на груди.
— Что случилось с тобой сегодня вечером? — спросил Карамон.
— Что случилось с каждым из нас? — отрезал Рейстлин.
Никто ничего не сказал, каждый из близнецов имел свой собственный ответ, но не хотел говорить его вслух.
Поездка к таверне была спокойной, все-таки уже была ночь. Рейстлин видел красочное оформление многих зданий, подготовленных к наступающему фестивалю Глаза. Он медленно покачал головой, находя посох Магиуса на дне. Эти люди глупы. Они очень глупы. Они празднуют, танцуют. Они не знают почему. Они не знают о той ужасной жертве, вызвавшей этот праздник, сказал он себе.
Рейстлин вернулся мыслями к времени, проведенном с членом совета. Близость, которую они разделили, была захватывающей и закончилась слишком быстро. Она выскользнула из его объятий так стремительно, как попала в них, шепча ему что-то о слугах. Рейстлин, что бы отвлечь себя, сосредоточил свое внимание на том, что было важным, на полках с книгами. Он нашел тексты по магии, по колдовству, вызову. Он думал, бросая взгляды на редкие издания говорящие о магии, иллюзиях, превращениях. Древние чудеса заполняли полки, чудеса, которые отсутствовали в течение сотен лет.
Я слышал о некоторых из этих книг, когда был отдан в обучение. «Почему они здесь? Почему они у нее?» — спросил он себя. Рейстлин вспомнил ее признание, о том, что книги находились здесь, когда сюда явилось ее семейство после Катаклизма. Это конечно было вероятным ответом, но…
Маг попробовал вспомнить все, что он видел в комнате — художественное оформление, статуэтки, картины. На столе было пять камней необычных цветов, с палец величиной, очень гладких, сияющих в свете камина. Они могли соответствовать описанию Посланных Камней. Была хитро сделанная из меди модель вселенной, построенная из движущихся частей, сфер, датчиков, вертящихся катушек, производящих энергию, вдруг Рейстлин почувствовал, как кто-то сжал его руку. Он подскочил, но быстро успокоился, увидев, что это был всего лишь Карамон.
— Не дотрагивайся до меня! Ты же знаешь, как я ненавижу это! — прорычал Рейстлин.
— Мне жаль, Рейст, но я… мне не очень хорошо.
— Действительно? Ширак, — прошептал он. Свет посоха мерцал в экипаже. Рейстлин посмотрел в лицо брата. Его черты заострились, под глазами были темные круги, как будто он активно трудился в течение многих дней. Его спина была согнута, плечи опустились.
— Это, должно быть, бренди, — заключил Карамон, со стоном прислоняясь к стене экипажа
— Сколько ты выпил? — спросил Рейстлин.
— Не много, — защищаясь, пробормотал Карамон.
Рейстлин тихо оценивал брата. Карамон вообще мог перепить большинство мужчин за столом. Протянув руку, маг зажал пальцами запястье брата, чувствуя его пульс, быстрый и прерывистый. Бисеринки пота проступили на лбу воина и над верхней губой.
Рейстлин знал эти признаки, и знал их очень хорошо. Но не хотел верить себе.
— Ты должен учиться управлять своими аппетитами, братец, — сказал маг.
Экипаж остановился перед гостиницей. На этот раз Рейстлин помогал близнецу подойти к дверям Бренсток — Холла.
— Я в порядке, Рейст. Честно, — сказал Карамон, стыдясь своей слабости. Он встал прямо, отказавшись от руки брата.
Рейстлин посмотрел на него и, пожав плечами, пошел к лестнице, опираясь на посох. Ирвин тащился позади. Ирвин тащился позади. Его голова наклонилась, он не смотрел ни направо, ни налево, упершись взглядом в пол перед ним. Карамон двигался немного покачиваясь. Ему казалось, что потолок готов рухнуть на него.
Владелец сидел за столом в главном зале, просматривая книгу и делая пометки черным пером.
— Вы вернулись поздно. Уже прошла середина ночи. Я думаю, ваша встреча с членом совета прошла хорошо, так, господа?
— Я не думаю, что это ваше дело, — тихо сказал Рейстлин, обходя стол, что бы подняться по лестнице к своей комнате. Владелец, оскорбившись, вернулся к работе.
Карамон натолкнулся на лестницу и упал на колени. Рейстлин оглянулся назад, останавливаясь в беспокойстве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
