с ней любезничать. А Оля, положив в сумку какой-то учебник, потянула её к выходу. В общежитии они стали собирать вещи, готовясь к поездке домой. Впереди было два выходных и Анжела хотела съездить в гости к двоюродной сестре. Скоро должен подойти Сергей, чтобы провести их на автобус. Он, конечно, расстроился, что она не осталась сегодня, но она пообещала ему, что приедет в воскресенье вечером и они встретятся.
В последнее время она намеренно не соглашалась пойти с ним на свидания, потому что ей казалось, что тот поцелуй её теперь обязывает, а она была ещё не готова стать его девушкой. В голове у неё крутился сегодняшний разговор с Романом. Может быть, он прав и его приятель ей не пара? И она слишком хороша для него? Возможно, именно поэтому, она до сих пор не может решиться на серьёзные отношения с ним? Ведь, когда-то с Андреем ей достаточно было всего три свидания, чтобы их души и тела соединились в одно целое. И это произошло, не из — за того, что он из обеспеченной семьи. Она тогда ещё не знала, насколько он богат. Просто это была любовь с первого взгляда. А с Барыкиным всё не так. Нет, всё — таки не стоило тогда позволять ему себя целовать! И хоть он уже так долго за ней ухаживает, она не может подпустить его слишком близко к себе. Может, потому, что она боится снова любить? Она долго ругала себя: зачем в тот момент она пожалела его? Ведь, отлично знала, что жалость — первая ступень, ведущая по хрупкой лестнице симпатии к спрятавшейся в ожидании на чердаке любви. А симпатия уже зародилась где-то в глубине её сердца, только она не помнила, когда это случилось. Наверное, во сне?
Следующие два месяца пролетели, как в сказке. Анжела с Сергеем ходили на все кинопремьеры, кормили друг друга с ложечки десертом в кафе, пили красное вино, смотрели старые фильмы, фотографировались на улице. В общем, всё было так хорошо, что, казалось — лучше и быть не может. Все их называли молодожёнами, потому что, хотя бы пару раз в неделю их видели вместе. Но при этом, она продолжала утверждать, что они просто друзья. Их любовь начиналась, как бы в шутку. И уже к началу лета они безвозвратно утонули в нежности. Они ходили за ручку, целовались практически везде, пили из одного бокала в кафе. И самое главное во всём происходящем — его глаза. Они такие искрящие, такие трогательные, иногда мутные от недосыпа. Его глаза. Каждый день. Близко — близко… Всё было безумно трогательным-то, как он перецелует каждый пальчик на её руке, как снимает с неё обувь, как дарит мелкие безделушки, как посвящает ей стихи. И она стала оттаивать, купаясь в его любви. Она вдруг поняла, что она изменилась. Выкарабкалась, выпуталась, не сломалась, забыла, отпустила и простила…
14
Солнце, с нетерпением ожидавшее наступления лета, решило, наконец, вытащить из запасников все свои многочисленные прозрачно — жёлтые лучи и аккуратно опустить их на землю, чтобы окончательно отогреть её от холода. Анжела ждала своего благоверного, сегодня они собирались вечером пойти в бар «Подкова» с её соседкой по общежитию и Максимом. Он уже оставил всякие попытки добиться её, поняв, что у неё другой и теперь встречался с её приятельницей. Всё было хорошо, всё, как надо — и в то же время, всё не так. Не так, как она мечтала и представляла. Снаружи отлично, а внутри пусто. Будто развернула конфету в яркой обёртке, а там ничего нет. Есть подруги, есть любящий человек, есть всё, что нужно. Но жизнь почему-то не приносила ей удовлетворения и это её очень волновало.
В баре приятно пахло жареной курицей и перцем. Посетителей пока было мало. Компания заняла дальний столик у решётчатой стенки, увитой зелёным декоративным плющом, и удобно расположившись, сделала заказ. Барыкин со своей парой сидел во главе стола и крепко обнимал её, постоянно целуя и при этом успевая поддерживать разговор и вставлять уместные шуточки. Ольга рассказывала, как ходила со своим ухажером в магазин и смеялась:
— Я купила фрукты и один банан. О, нужно было видеть его блудливые глаза и их недвусмысленное выражение! Всю дорогу он не мог успокоиться — зачем мне банан и почему один? И не может ли он мне помочь? Видимо, бесполезно объяснять этому пошляку, что я в кои-то веки затеяла фруктовый салат!
Он тоже засмеялся и обнял её. Но Анжела не замечала их, её мысли витали где-то очень далеко.
«Этот год был не самым удачным, что я пыталась доказать себе? К чему я пришла?» — думала она и пила текилу. Она лизнула большой палец, посыпала его солью, снова лизнула. Движения привычны и хорошо заучены. Зачем она заказала себе текилу, у неё, что — ностальгия по прошлому? Она невольно вспомнила Андрея. Несмотря на то, что было тепло, её почему-то знобило и не покидало ощущение, будто она — это вовсе не она, не здесь, не сейчас — нигде. Всё смешалось и перепуталось. «Что дальше?» — спрашивала она себя, глядя на пустую рюмку и ломтик лимона. Грустно опустив глаза, она вертел в руках жёлтую салфетку. Всё, одно, и тоже.
Макс не переносил курящих девчонок, его собственная дымила, как паровоз, но, как, ни странно, ему было всё равно. Он всё время рассказывал анекдоты, которых знал неимоверное количество, и множество смешных историй из своей жизни.
— Смотрите, Полина здесь, — вдруг сказал он.
— Где? — засуетилась его подружка.
— Возле стойки бара стоит, — показывая рукой, пояснил он.
Все дружно обернулись, посмотрев в указанном направлении. А его пассия окликнула ту и жестом позвала к их столу.
— Странно, что она тут делает сама?! — удивилась возлюбленная Сергея.
— Вряд ли она здесь одна, со своим, наверное, пришла. Видимо, он отошёл куда-то, а она ждёт его, — недовольно произнёс он и явно был не рад встрече.
— Привет, — улыбаясь, поздоровалась брюнетка, подойдя к ним.
— Привет, дорогая, — Оля привстала с дивана, чтобы поцеловать её в щёчку.
Её ненаглядный тоже поднялся, расставляя руки для объятий, и они расцеловались в обе щеки. Анжела со своего места послала подошедшей воздушный поцелуй, заметив, как её землячка нахмурилась, приревновав своего милого к их общей приятельнице. Что поделать, он был любителем красивых девочек, а его половина явно не дотягивала до стандарта.
— Полина, присаживайся к нам, ты тут сама или как?! — услужливо пригласил
