Пацан сказал, пацан сделал.
— Не боись, — ответил рыжий парень, внешне выглядевший как ошпаренный кот на помойке. — Базара — нет, все будет пучком. Солдат ребенка не обидит!
Ваня тут же, чтобы общение у них протекало «в теплой и дружественной» атмосфере, постарался задобрить своих новых знакомых, крупных парней, без особых признаков интеллекта на лице, анекдотом:
Рабинович, проходя вместе с ноябрьской демонстрацией перед трибунами, поднимает руку и кричит:
— Пламенный привет, товарищи! Пламенный привет!
— Рабинович, с каких это пор вы их так любите? — тихо спрашивает идущий рядом Абрамович.
— Не могу же я прямо заявить: «Чтоб вы сгорели!»
Парни рассмеялись и потом к своим разговорам. По десятибалльной шкале, где на единицу приходятся «Дебилы конченые», а на десять — «Нормальные ребята», Саблин бы поставил этой компании твердую четверку.
Народ здесь собрался простой и темы для бесед у них имелись соответствующие:
— У меня дядька на днях вернулся из КПЗ, почти семь месяцев отсидел, — рассказывал один быкоголовый крепыш, сжимая и разжимая набитые кулаки.
Оказавшись у этого крепкого рабочего парня на пути, не испугался бы только полный осёл. Либо бы в подобной ситуации обмочил свои штаны. А вот морда у этого паренька совсем не интересная. Передних зубов нету.
— И за что его посадили? — поинтересовался рыжий, он же молодой специалист по «Текущему ремонту экскаватора», переминаясь с ноги на ногу.
— Так он на базе кладовщиком работает. А у них недостача подсолнечного масла обнаружилась. Из бака три тонны пропало. Вот его и загребли как материально-ответственного. Говорят: кроме тебя — некому.
— Действительно так или менты заливают?
— Ключи или у него, или у директора. Тот тоже иногда масло отпускал. На воротах сторож охраняет, документы проверяет. Просто так не вывезешь. Механик там по совместительству работает, так он ментам доложил, что бак обследовал никакой врезки и утечки нигде нет.
— Это директор твоего дядьку подставил. Гадом буду! — проявил свои дедуктивные методы рыжий с серьёзной мордой на лице.
— Да он редко отпускал. Он же то в тресте, то в главке на совещаниях. Только когда дядька занят был, вмешивался, чтобы покупатели не стояли.
— И как же твой дядька вышел? — поинтересовались любопытные.
— Так пропажи продолжились. Пока директор в одиночку отпускал товар, менты через две недели еще раз ревизию провели. А там раз — и еще триста литров недостача. Тогда и директора вместе с дядькой в КПЗ посадили. А там новый директор, когда пришел, еще раз проверили — новых двести литров не хватает. Тогда уже за сторожа взялись. А тот и кричит: «Не виноватый я. Это, наверное, механик, у него жена в магазине продавцом работает. И продает как раз подсолнечное масло». Поверили и правда труба за забор тянется в сторону пристани. Тут механика посадили, а моего дядьку и директора выпустили.
«Однако!» — удивленно подумал Саблин. — «Как тут милиция плохо работает». Действительно, как можно набирать в правоохранительные органы таких идиотов? Вот же майоры Пронины недоделанные! Послушать их, так каждый в одиночку и без нагана брал Горбатого, а на деле полные нули!
Значит их ни разу не смущало, что база стоит на берегу Дона и баки изначально по проекту были подсоединены к пристани, чтобы наполнять и опустошать их с судов самотеком. А в чертежи посмотреть не судьба? Поверили преступнику механику на слово, что врезок нет? А ничего, что заглушку, в люке за забором, любой рукастый мужик мог просверлить и заткнуть деревянным чопиком? И если бы не зарвавшийся механик, нагло продолжавший кражи, то сидели бы случайные люди? А так, механическим методом посадки всех подозреваемых подряд по очереди, случайно наткнулись на реального преступника. Вот дела! «На деревне суета, кто-то в жопу пнул мента, ищут автора пинка по размеру башмака!»
Впрочем, зачем подобному удивляться? Ослов-то у нас всегда хватало. У того же Зощенко есть аналогичный фельетон, основанный на реальных событиях. Там трое граждан споили и изнасиловали одну легкомысленную гражданку. А когда их поймали, то эти несознательные граждане заявили в милиции, что совершили эти поступки по наущению одного своего знакомого. Им поверили и мужика загребли. А когда через семь месяцев выяснилось, что это оговор и мужчина вышел из камеры, то с изумлением узнал, что в газетах его ославили как организатора преступления, с опубликованием фотокарточки. Мужику пришлось срочно рвать когти из города!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В фойе клуба царил настоящий бедлам, посетителей была целая толпа. Над ними буквально светился ореол лихорадочного возбуждения, а люди — и парни, и девушки — в горячке азарта хаотично метались в состоянии невероятных надежд, как наэлектризованные частицы. По сравнению с этим клубом какой-нибудь Лас-Вегас со своими казино казался сонным оплотом покоя и безмятежности.
Взор Саблина внимательно скользил по группам девушек, которые тут же принимали неприступный вид. Окружали себя ореолом загадочности. Над мамзелями угрожающе нависало исполинское, неведомого автора полотно в раме, квадратных метров шести площадью, выполненное крупными, смелыми и жизнеутверждающими мазками слабого, посредственного мастера в жанре развитого социалистического реализма.
На картине какой-то сказочно-мордатый тип в костюмчике и при очочках на трибуне, явно представитель аппаратных структур, благосклонно принимал букеты цветов от идиотически радостных соплюшек, окруженных толпой умиляющихся родителей и представителей еще не спившейся интеллигенции. При этом на заднем плане гордые представители пролетариата со злостью продолжали городить некую уходящую за горизонт железную дорогу. Причем исключительно вручную.
Подобный шедевр живописи доморощенного чокнутого Рембрандта имел гордое название: «Л. И. Брежнев присутствует на торжественной смычке Байкало-Амурской магистрали». Раму сего исключительно художественного полотна, какой-то малокультурный подсобник, который ее вешал на стену клуба, продуманно украсил двумя накарябанными надписями, соответственно «Верх» и «Низ».
Лозунг рядом тоже был прикольным. Он гласил: " Да здравствует советский народ — вечный строитель коммунизма!"
Кто-то недовольно рядом ворчал:
— Разрядились как на бал-маскарад, а ходят прямо по ногам! И откуда такие берутся?
И тут же, без яда, этот обиженный жизнью инструктор по кролиководству и птицеводству и специалист по разным силосам, бросил вслед уходящей стайке дамочек, которым внешне прекрасно подошла бы роль буфетчиц на океанском пароходе:
— Баронесса какая! Под ноги смотри! Дармоеды!
Далее Ваня услышал в своей компании еще одну охренительную историю. У них на районе одного трудного пацана обвинили в изнасиловании. Пацан был раздолбай, даже не сдал нормы ГТО, а истица — «приличная девушка», «хорошистка» и эти нормы сдала, в числе всего прочего. Пронырливый адвокат воспользовался этим обстоятельством: «Вы видите» — заявил он на судебном заседании, «якобы „жертва“ бегает намного быстрее моего обвиняемого, так что заняться с ней любовью он мог исключительно по обоюдному согласию!»
Что же, и так бывает. Во время секса, если девушка кричит «Боже!» — значит она религиозная, если кричит «Мама!» -значит она любит свою маму, а вот некоторым парням все время попадаются девушки которые просто обожают милицию!
Потом заиграла музыка и все повалили в зал. Пошли «отрываться!»
«Волнуется сердце, сердце волнуется»… Своим неказистым дизайном местная дискотека больше всего походила на подвал, в котором некогда обитал Фредди Крюгер. Большинство присутствующих толпилось по периметру стен. Но, к середине танцев, народ разошелся, раздухарился и все пространство танцплощадки стало забито. Многие парни являлись на дискотеку с изрядным запашком, так что народ самозабвенно отплясывал.
Ты слышишь пароходов перекличка где-то, И это — добрая примета. Струною зазвенело лето — И это добрая примета! Идет навстречу нам с тобой лю-бо-вь!
