— Спасибо, брат мой, — Рейдж слегка поклонился и, выпрямившись, приготовился к головокружению, которого не последовало. — Я чувствую себя неплохо. Прогресс на лицо.
— Я позову к тебе Хэйверса, как только мы закончим. — Улыбка Дариуса оставалась широкой, но взгляд был серьезным. — Уверен, он согласится с твоей оценкой своего состояния перед твоим неизбежным отъездом, который, судя по твоему облачению, наступит быстрее, чем подадут еду по ту сторону фойе.
— Вызывай целителя. — Рейдж поднял руки, стараясь игнорировать укол боли под ребрами. Хотя он действительно чувствовал себя намного лучше. — Я готов к тому, чтобы лекарь дал заключение о моем выздоровлении.
— Хорошо, — Дариус поманил его к себе. — А ты пока изучи плоды нашей работы. Я очень горжусь результатом.
Шакал кивнул.
— Он значительно улучшил мои идеи. Это будет настоящий дворец, построенный на долгие века истинными мастерами.
Рейдж уважил их обоих, приблизившись и нависнув над чертежами, кивая и восхищенно восклицая на каждом новом листе и жесте указательного пальца… хотя, по правде говоря, он понятия не имел, на что он смотрел и о чем они ему рассказывали. Для этих мужчин превращение двухмерного измерения в трехмерное в своей голове было чем-то обычным. Для него? Такая попытка стопорила мыслительные процессы. Бессмысленные пучки линий на этих архитектурных изображениях абсолютно никуда не вели.
Однако он определенно мог оценить их энтузиазм и искренность, и, кроме того, в его нынешнем настроении Рейдж был полон желания тонко шутить, поэтому так легко было излучать мягкую доброжелательность. Фактически, он даже был готов поблагодарить Джабона при выходе из особняка… и не только в вежливой, обязательной форме. Каким бы тяжелым ни было это испытание, Рейдж ценил гостеприимство. Хотя он определенно не станет скучать по додженам.
— Значит, решение о строительстве уже принято? — спросил он, когда возникла пауза в обсуждении стропил, контрфорсов и «несущих» вещей.
Шакал кивнул в сторону Дариса, и будущий владелец ответил:
— Все действительно готово к строительству. Спасибо этому парню за то, что выполнил свой долг. Сколько часов ты потратил на это за последние три ночи?
— Неважно. Я не сплю, — пока Дариус сосредоточился на мужчине, Шакал сделал вид, что меняет листы. — Это несложно, когда заказчик — настолько проницательный клиент и решительно настроен.
Через мгновение Дариус снова посмотрел на планы.
— И ты нашел всех необходимых рабочих. Как тебе удалось это сделать?
— Можете отдать должное нашему общему знакомому Джабону. Он поделился знакомством, которое, в свою очередь, оказалось отличным источником рабочей силы.
— Но ты останешься и доведешь проект до конца, да?
Шакал склонил голову.
— Я намерен вести его от самого фундамента до конечного штриха, и, чтобы сосредоточить свои мысли на правильной последовательности процесса, я изложил порядок здесь. — Он постучал по стопке белых страниц подходящего размера. — Это копия, которую вы можете оставить при себе и комментировать впоследствии. Я с нетерпением жду этого проекта, как никакого другого.
— Я рад, что ты будешь за старшего. Такое облегчение для меня…
Позже, когда Рейдж воспроизводил последовавшие события в своей голове, он вспоминал, что шаги по лестнице, такие настойчивые, но деликатные, являлись предвестником катастрофы. Катастроф. Однако, как и в случае со многими другими знамениями, он не сразу осознал их значение.
Вот с криком, что донесся со второго этажа, было иначе.
Когда он обернулся посмотреть, из-за чего поднялась суматоха, Эллани слетела с последней ступеньки лестницы, ее шелковый халат был совершенно не уместен в общественном месте. И как только она увидела его, она остановилась, персиковый шелк, покрывавший ее, закрутился ароматным завитком. Если бы он не стоял в гостиной, то она наверняка бы покинула дом и выбежала на улицу.
Мамэн звала ее своим резким голосом. Снова и снова. И когда Эллани даже не взглянула на верхнюю ступеньку лестницы, послышалась еще одна пара шагов.
Эллани не обращала внимания. Ее взгляд был прикован к Рейджу, глаза блестели от слез.
— Я сделала это для тебя, — прошептала она. — Я это сделала… для тебя.
Именно тогда он заметил кровь на шелке. Что спускалась полоской вниз.
Предупреждающие колокола громко и настойчиво звенели в его голове.
— О чем ты говоришь, женщина?
Эллани наконец посмотрела на свою мамэн, когда женщина спустилась на мраморный пол и устремилась к своему дитя. Прилично одетая дама схватила бедную девушку за худую руку и сильно встряхнула.
— Что ты наделала? — выпалила женщина.
Отчаянный взгляд Эллани вернулся к Рейджу.
В другой стороне фойе, в арке столовой появился Джабон с льняной салфеткой в руке и вежливо-вопросительным выражением на лице.
Когда он увидел, что происходило в его фойе, все изменилось. Он резко завел за спину руку, словно приказывая собравшимся в столовой оставаться на местах. А затем шагнул вперед и закрыл за собой двойные двери.
С суровым взглядом, который, казалось, совершенно не соответствовал его характеру, он обратился к двум женщинам.
— Сейчас не время и не место.
Они обе посмотрели на него, и последовал долгий момент молчания. Но Рейджа не волновало, что происходило между этими тремя. Он произнес громко и ясно, чтобы слышали все.
— Я отвергаю наличие любых плотских отношений с этой женщиной под вашей крышей, — сказал он. — В этом плане у меня не было никаких намерений, и Шакал может это подтвердить.
Когда Рейдж отошел в сторону и указал на другого мужчину, Эллани отпрянула, будто не ожидала, что в гостиной есть кто-то кроме Рейджа.
Собрав свое шелковое платье так, чтобы прикрыть пятна, она огляделась на всех своих старших, словно неумелый и слабый пловец, готовый нырнуть в гиблую воду.
— Он лишил меня достоинства, — объявила она. — Это был он.
Рейдж открыл рот, чтобы отрицать клеветническое обвинение… пока не понял, что она не показывала на него.
Она указывала на Шакала дрожащей рукой и трагическим взглядом покрасневших глаз.
— Он лишил меня девственности.
Глава 22
Шакал схватил Никс за руку, но не было необходимости тащить ее за собой. Она помчалась ровно с той скоростью, которую он задал, и они устремились обратно к достроенным помещениям Надзирателя.
Неужели он ошибся в выборе времени? Перепутал смены? Когда тот тюремщик подошел к Стене, он был удивлен… как и другой мужчина, и этот момент замешательства предоставил ему возможность, которой он сразу же воспользовался. Однако сейчас его беспокоила смена режима. И, что еще хуже, подмогу вызвали до того, как он убил охранника.
Завернув за угол, Шакал…
Колонна из четырех охранников, скоординировано двигавшихся строем в ряд два на два, мгновенно сбилась с темпа. Первая пара немедленно рухнула на колени, доставая пистолеты из кобуры, и в сторону Шакала и Никс направили четыре дула.
Шакал прыгнул вперед и широко раскинул руки.
— Вы же в курсе, что в меня нельзя стрелять.
— Что, — Никс прошипела позади него.
— В меня нельзя стрелять. — Понизив голос, он тихо сказал ей. — Давай.
Он понятия не имел, поймет ли Никс, что он имел в виду. Но затем почувствовал, как ее рука уперлась ему в спину, между его лопаток, и ее пистолет появился под его правой рукой.
Она нажала на курок. Снова и снова.
Когда оружие выстрелило, Шакал задумался, насколько далеко зашел мораторий на применение физического насилия со стороны охранников по отношению к нему. А потом он вообще перестал думать, пытаясь защитить как можно больше внутренних органов, не жертвуя прикрытием, которое он предложил Никс. Которая оказалась очень хорошим стрелком.
