этой цивилизации, без магии практиков не вылечить.
— Вы вообще ничему не учитесь? — удивлённо спросил я, от ив брошенный камень.
Остальных двух нападавших, что успели до меня добраться, я встретил новым широким взмахом палки с приседом, что пришёлся им по голени, первому из них ломая голеностопный сустав, а второго на остатке энергии замаха просто сваливая с ног на землю, и тут же не сильно наношу удар в висок. Не сильно, чтобы сразу не убить, но достаточно, чтобы вырубить его.
Остальные больше бежать на меня, почему-то, не горят желанием, вместо этого, следуя примеру прошлой партии шпаны, просто держась от меня подальше.
Осмотревшись, понял, что больше на меня никто не нападает, а самому нападать на эту мелочь мне как-то претит. Все равно ничего интересного не показали, да и практиков, как я надеялся, тут не оказалось. Была надежда, что в одной из этих мелких банд будет начинающий практик, более бое способный, чем мои соратники в деревне, но увы и ах — ничего подобного. Даже практика первой стадии, и то не нашлось — кости у всех нападающих ломались легко, словно сухие ветки.
Недовольный, я размахнулся и бросил закрутившуюся палку в того, кого выявил в симуляциях, как лидера и главного в этой компашке. Парнишка попытался прикрыть я руками, но его просто снесло — не страдать же из-за меня только одной группе шпаны.
— Эх, разочаровали вы меня — совсем с вами не интересно. А вы, ребят, — посмотрел я на побитых ещё ранее группу, — не хотите снова на меня напасть?
Никто не ответил, только отрицательно покрутив головой из стороны в сторону.
Развернувшись, я отправился обратно к более оживленным улицам, направляясь дальше осматривать город и искать, куда бы деть своё богатство.
Никто из детей меня не преследовал, к счастью, так что уже скоро я вернулся в общий поток бродящих по улицам людей, отправляясь дальше по направлению движения и снова начиная осматривать все ближайшие закалки и магазины.
Вокруг было много всякого. Разные магазины предоставляли самые разные товары, в одном таком магазине, где торговали свежей выпечкой я сразу же закупился немного, дальше продолжи путь с тёплыми, свежими и такими воздушными булочками. Иногда я интересовался продаваемым товаром в магазинах и уже в реальной жизни заходил внутрь, чтобы своими глазами и более подробно осматривал я вокруг, желая найти что-то интересное.
И вот, в очередной раз, заходя в магазин, в этот раз торгующий книгами, я надеялся купить немного литературы.
Вообще, в этом мире с письменностью все довольно сложно. Она есть и очень распространена. Люди тут, относительно Земного средневековья, очень грамотные. Считать дети учатся с самых младших лет и делают это очень хорошо! По крайней мере, в сложение, вычитание, умножении и делении местные дети дадут фору Земным детям их возраста и легко их обскочат. Может быть, хотя я подозреваю, что это так и есть, это связано с местным время исчисление, которое завязано на какие-то внутренние, синхронизированные для всех людей, процессы в организме. И это привело к тому, что считают тут все очень быстро и легко. С письменностью тут тоже все не так плохо, как было при аналогичном, именно что технологическом уровне развития на Земле. Родители учат детей читать и писать. И письменностью представляет из себя тут нечто, похожее на китайский язык. Похожее для того, кто китайского языка вообще не знает, но для тех, кто хоть немного в этом понимает и изучал китайский язык, это совершенно разные языки. Как русский и английский языки. Буквы где-то могут быть похожи, но тем не менее, это разные языки. И тут ситуация похожая.
В прошлой жизни, путешествуя по миру… с разными целями, я, хоть в какой-то степени, но изучал многие языки и на том же китайском я мог хотя бы и с трудом, но говорить с жителями аналогичной страны. И вот местный язык устроен совсем иначе. Как и письменностью, собственно. Иные иероглифы, некоторые из которых могут быть похожи на то, что используют в Китае, но все же не то.
Ввиду того, что в каждой деревне и семье родители учат своих детей грамоте самостоятельно, то со временем возникает ситуация, при которой в разных деревнях, ввиду накопления ошибок при обучении, могут писать текст по разному. Возникают разные диалекты. Тут нет массового общего образования, но тем не менее, грамоту тут передают едва ли не все. Хотя далеко не все дети учатся ей в должной мере.
Книги же здесь… честно говоря, я понятия не имею, как их тут создают. То есть, взяв любую книгу, можно ясно увидеть, что текст в ней написан от руки. Это видно с первого взгляда! Но, тем не менее, книг тут действительно много. И когда я говорю, что их много, я имею в виду то, что даже в нашей деревне, которая, будем честны, является той ещё глубинкой, есть собрание из нескольких десятков довольно содержательных книг, большинство из которых несут более практический смысл содержания. Но вот здесь, в городе, я встречаю настоящий магазин, где продают книги! Да, дорого, да, содержимое магазина не сравнится с какими-нибудь даже не особо большими библиотеками моего прошлого мира, но их тут, в магазине, многие сотни, если не тысячи! И это я говорю о книгах с разным содержанием, а если говорить о копиях, то умножайте это число ещё в несколько раз.
И, честно говоря, без какого-то аналога печатного станка, я не представляю, как здесь это возможно?
Зайдя в магазин, я поприветствовал его владельца/продавца и направился вдоль многочисленных полок, читая иероглифы, описывающие название книги и дающие общее представление о том, что в книге содержится. Несколько раз я брал книги, название которых мне ничего не говорило, чтобы открыть её и прочитать страничку — другую, а после поставить её на место.
Тут же я открыл для себя нечто ещё более удивительное.
В магазине я нашёл несколько копий одной книги, после чего тщательно осмотрел содержимое и… знаете что? Оно не имело никаких отличий! То есть, совсем! Полная копия! Даже почерк автора был абсолютно идентичен от книги к книге и не изменял я ни разу!
Нет, тут точно замешана какая-то магия практиков, иначе я просто не представляю, как такое возможно!
— Знаешь, молодой человек, — отвлек меня от книги знакомый голос, источник которого находился от меня всего в паре шагов, — у практиков есть особая привилегия в книжных магазинах.
— Рад снова встретить щедрого господина! — сложил
